На дне

— Мои подданные, граждане королевства, трудятся до кровавых мозолей и семи потов, но и получают за это сполна. Золотом. Набивают брюхо самой лучшей едой. Имеют хорошие дома. Что там говорить, при моём правлении не было вспышек чумы…

Король бы продолжил перечислять все свои заслуги и нахваливать жизнь простых работяг, но Ньяргвин прервал его красивые речи.

— ЛИБО ТЫ СЛЕП, ЧТО НЕ ВИДИШЬ ДАЛЬШЕ СОБСТВЕННОГО НОСА, ЛИБО НАГЛО ЛЖЁШЬ! ТОЛЬКО ВЧЕРА ИЗ-ЗА ЧУМЫ НА ЗЕМЛЯХ НЕЖИТИ ПОЯВИЛИСЬ НОВЫЕ... СТРАДАЛЬЦЫ. СЕЙЧАС ЧЕЛОВЕЧЕСТВО МУЧАЕТ САМОЕ СТРАШНОЕ ИЗ ЗОЛ: БЕЗДАРНЫЙ КОРОЛЬ. У ТЕБЯ (8) ТЫСЯЧЬ ИНТЕЛЛЕКТА, НО ТЫ ДАЛЕКО НЕ МУДР! ТЫ ЛИШЬ ВПИТАЛ БЕСПОЛЕЗНЫЕ ЗНАНИЯ… ЗА СВОИ ЗЛОДЕЯНИЯ ТЫ БУДЕШЬ НАКАЗАН, ИБО ОТЕЦ ТВОЕГО ПРАПРАДЕДА ОБЕЩАЛ МНЕ ПРОЦВЕТАНИЕ ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. Я ПОВЕРИЛ, НАДЕЛИЛ ВАШ РОД ВЛАСТЬЮ. И ЧЕМ ВЫ ОТПЛАТИЛИ?

— Аа-оу… Я-я… — король не знал, что сказать. Ему казалось, что бог говорит о каком-то другом королевстве, ведь в его всё было замечательно… Олдор считал себя самым мудрым, а тут такое…

— ТАК Я И ДУМАЛ. ТЫ, САМЫЙ МОГЕЩЕСТВЕННЫЙ И ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ, ИЗ ВСЕХ ЖАЛКИХ ЛЮДИШЕК И ДОПУСКАЕШЬ СТРАДАНИЯ СВОЕГО НАРОДА… НО Я ДАРУЮ ТЕБЕ ВТОРОЙ ШАНС. 

— Я готов на всё, — Олдор клялся и бил себя кулаком в грудь.

— ТЫ УМРЁШЬ. СТАНЕШЬ НИКЕМ — ОПУСТОШЁННЫМ. ТРОН ЗАЙМЁТ ТВОЙ ПРИЕМНИК.

Говоря о нём, Ньяргвин повернул голову в сторону соседней комнаты и подмигнул Нурберту, который подглядывал через замочную скважину. Поговаривают, что после того дня он стал полностью седым. Впрочем, это не помешало ему стать новым королём, ведь наследников рода Вайлар не осталось.

— Чего-о? — сказать, что король удивился, значит не сказать ничего.

— ИМЕННО. СЕЙЧАС ТЫ УМРЁШЬ. ПОСЛЕ СМЕРТИ ТЫ ПОПЫТАЕШЬСЯ ВЕРНУТЬ ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ И ВОССТАНОВИТЬ КОРОЛЕВСТВО. ЕСЛИ ПОЛУЧИТСЯ И ЛЮДИ НАЧНУТ БОГОТВОРИТЬ ТЕБЯ, ТО Я ВЕРНУСЬ. ОДНАКО, НЕ ВЕРЮ В ТАКОЙ ИСХОД. НО ПЕРЕД НАЧАЛОМ СВОЕГО ПУТИ ТЫ УВИДИШЬ, КАК УМРУТ ТВОИ ЖЁНЫ И ДЕТИ. НЕ ПРОСТО УМРУТ ИХ НАСТИГНЕТ ИССМЕРТЬ. ЗАСЛУЖЕННО НАКАЗАНИЕ, КАК ДУМАЕШЬ?

— Но они не в чём не виноваты, — заскулил король, как маленький щенок перед диким волком.

— ТЫ ПРАВ. ПОЭТОМУ МУЧАТЬ Я БУДУ НЕ ИХ, А ТЕБЯ. ОНИ УМРУТ БЕЗ БОЛИ.

Тронный зал озарил яркий свет. Бог исчез. Женщины и дети короля начали стареть. Их спины горбились, волосы седели, лица тускнели и покрывались глубокими морщинами. Плоть иссыхала, кожа обтягивала кости… всё это происходило в течение пары секунд. Сначала в прах превратились жёны, затем уже дети, соблюдая старшинство. Олдор впал в ужас, он выл на весь замок и рвал на себе волосы. Ему невыносимо больно смотреть на то, как гибнут самые близкие люди. 

На глазах короля впервые за последние тридцать лет появились слёзы. Конечно, ему сложно пережить ИСсмерть всех жён и детей. Он думал о скорой смерти. Но не это заставило его плакать, а непонимание того, что происходит с его королевством. Олдор так часто смотрел на небо, что не замечал, как идёт по головам обычных людей. Каждый его шаг, косвенно, но всё же, нёс смерть.

В королевском роде уже прославился человек, проливший много крови. Дед Олдора, его звали Тору. Но даже он, будучи самым ужасным тираном и ненавистником людей, не причинил столько страданий народу Граунес. Когда-то давно Олдор презирал и ненавидел жестокого короля, а сейчас переплюнул его, правда ещё этого не осознал.

Он ощутил пронизывающую боль каждой клеткой своего тела. Кожа начала рваться, казалось её полоснули сотни раскалённых ножей. Мышцы распускались на едва видимые тоненькие ниточки. Кровь брызгала из ран. После затрещали кости. Тело короля начало деформироваться, принимать невообразимую, неестественную форму. Он пребывал в сознании, чувствовал всё многообразие боли. После того, как его тело свернулось в уродливый узел, он стал сжиматься ещё сильнее. Спустя пару секунд давление ослабло. Олдор подумал, что его минутные мучения, которые, казалось, длились целую вечность, закончились. Распухшее тело ещё живого короля выглядело так, будто его пропустили через мясорубку, а некромант недоучка попытался его оживить... 

Произошло самое ужасное: каждая клетка его изувеченного тела начала увеличиваться. То, что пару мгновений назад оставалось человек, взорвалось кровавым фонтаном из костей и плоти. Кровавые останки покрыли все стены, пол и потолок тронного зала.

Король умер…

Нурберт, единственный, кто остался в замке, в страхе отпрянул от замочной скважины. Он облизнул указательный палец и попытался вытереть кровь с левого глаза. На его лице появилась хитрая ухмылка. Встряхнув седыми длинными волосами, но уже планировал, как будет переделывать всё королевство, чтобы превратить свою жизнь в сплошное удовольствие.

Он позвал верховного мага и задал ему вопрос:

— Ты можешь стереть память умершего человека? Я заплачу, денег тебя хватит на всю оставшуюся жизнь.

— Да, могу, — неуверенно ответил маг. 

Предложение таких денег повергло его в шок, и чёрт с ним с мёртвым королём. Он быстро провёл ритуал, и память Олдора была стёрта. Вот только, эти двое не учли, что стереть её навсегда не выйдет. Всё-таки жертва заклинания уже мертва… Вернее, падший король уже превращается в скелета.

 Глава XXIII...

Олдор, лёжа на траве, открыл глаза. Из них выступила скупаю мужская слеза. Он словно находился в сонном параличе. С той лишь разницей, что кошмарный сон превратился в ужасную реальность. Мёртвый король будто впервые оказался на Древнем Кладбище. Даже, когда очнулся в гробу, он не чувствовал себя настолько погано. Что вполне логично и объяснимо. Ведь он ничего не помнил. Не знал, что случилось с его семьёй, а теперь известно, что все они отправились в небытие. 

Больше Олдор никогда не увидит своих жён и детей.

Казалось бы, что может быть хуже. На самом деле может. Осознание произошедшего в тронном зале очень медленно пронизывало разум Олдора. Ведь когда он очнулся, то помнил не всё. Воспоминания начали крупицами восстанавливаться только после пробуждения. Он заново собирал весь тот паззл, который, складываясь в целую картину, приносил только больше страданий.

В памяти всплыли слова верховного бога Ньяргвина.

Павший король вспомнил за что получил наказание, но не мог в это поверить. «Я худший король за всё время… Тору Вайлару даже не снилось, что я натворил. Как я мог отдалиться от народа… Обожествление! Да… самое важное… Будь оно проклято…» — думал он и попытался встать. Но тело совсем не слушалось. Также он всё ещё был связан.

Тогда Олдор попытался крикнуть, но ему не удалось издать и самого тихо писка. Он, взглянул на чёрное небо, и смерено закрыл глаза. Понял, что его сковали не верёвки, а это продолжали действовать галлюциногенные грибы. Погрузившись в тёмную пучину собственных мыслей, он остался наедине с самим собой.

Каждая мысль била в самое больное место… Олдор понимал, что со временем он научиться жить, зная, что вся его семья мертва. Не скоро, но когда-нибудь. Но он никогда этого не простит Ньяргвину. Немного порывшись в мыслях, он почти смирился со своей личной жизнью и величайшей потерей.