На грани бытия

Щиплый вытащил сигарету и начал нервно её раскуривать. Мертвецкий поблагодарил азиата и вернул ему телефон, повернув голову в сторону Щиплого, позвал его в машину.

– Куда едем? – спросил Щиплый.

– Перекусить, – ответил Мертвецкий, – не гоже валить демона на голодный желудок. Глядишь там и план родится.

Они сели в машину и отправились вглубь города, заехав в ближайшее кафе, уронили там кости, чтобы поесть и обдумать все.

В кафе Мертвецкий разглядывал свой дневник и делал там какие-то поправки, к нему подошёл Щиплый сказав,

– Зачем так нагло врать? Не проще шлюху на дом?

– Ты дурной? – спросил Мертвецкий, – нам нужен пустой дом хотя бы потому, что демон почувствует магию, что творится в его логове.

Мертвецкий допил свой виски и затушил сигарету, махнув Щиплому рукой, позвал его с собой.

В особняке он спустился в винный погреб и стал расчерчивать белой жидкостью, знаки на полу. Достав бумажку, он что-то прошептал на латыни. Стоило ему закончить, рисунки сразу растворились.

– Что тут? – заскочил в комнату Щиплый.

– Какого ты здесь делаешь? – спросил Мертвецкий, – закрой дверь с той стороны и поднимайся на верх.

– Но Грека уже тут! – тревожно крикнул Щиплый.

– Это меняет дело, – сказал Мертвецкий, – давай на верх, задержи, отвлекли, но он не должен понять, что я здесь.

Щиплый убежал на встречу к Греке. Мертвецкий достал из лежащей рядом сумки черенки с начертанными на них, знаками.

– Скажи как мне Щиплый, – пугающе спокойно сказал Грека, – что за сходняк в другом конце Питера, на который явился лишь я?

Щиплый растерянно смотрел на него, руки его дрожали, а на побледневшем лице был написан страх.

Грека прошёл мимо.

– Потом поговорим, – сказал он, – сделай мне похавать пока, а потом найди мне Мертвецкого.

– Он никогда не просил подобного, – подумал Щиплый, – сделать похавать?

Мертвецкий поднялся с подвала и снова услышал звук рояля. Поднявшись на верх, он заглянул в комнату Греки, достав свой «Пустынный орёл», сделал оглушительный выстрел. Грека упал со стула, ударившись о рояль.

– Получи ублюдок, – прошептал Мертвецкий.

Грека лежал неподвижно, Мертвецкий подошёл к телу и достал заточенный черенок .

– Ну же, Аба, – сказал Мертвецкий, – я знаю, что тебе не больно.

Тело Греки подлетело спиной к потолку, его лицо стало обезображено, глаза ровно как и область вокруг них почернели.

– Какой красавец, – ухмыльнулся Мертвецкий.

Одержимый бросился на Мертвецкого, но угодил на кол, Мертвецкий оттолкнул его и принялся убегать. Демон бросился его преследовать, он не бежал, он левитировал. Все падало на пол и рушились на его пути. На верх залетел Щиплый.

– Грека! – прокричал он.

Демон обернулся и подлетел к нему, схватив его за горло, он сказал,

– Моё имя. Абалам.

Хруст шеи. Щиплый упал на пол замертво. Выстрел, пуля попала в голову демона. Рёв, демону было больно, он вытащил пулю, на которой тоже были вырезаны знаки. Выстрел в ноги, Абалам рухнул на пол.

Взрыв двери. В дом ворвалась толпа человек тридцати, то была охрана Греки. Демон подскочил и полетел в их сторону, через три минуты пальбы и криков, охрана была уничтожена. Лужи крови, горы внутренней и трупов.

Тем временем Мертвецкий искал в подвале место, где затаиться.

– Серёжа..! – крикнул Абалам, – зачем ты прячешься? Давай поговорим.

Мертвецкий выскочил из-за угла и бросил в демона стеклянный флакон с жидкостью.

– Святая вода? Серьёзно? – усмехнулся демон.

Мертвецкий рванул в другой коридор.

– Я могу это делать бесконечно, – сказал Абалам, – а ты? Мелкий колдун, проклял друга, потерял любимую и сломал себе жизнь, кто ты такой чтобы противиться мне? Я заполучу тебя и выжму твою душу, словно это тряпка.

Мертвецкий снова выскакивает из-за угла, но в него прилетает ящик с вином, оставленный пылиться. Мертвецкого отбросило в сторону, бутылки поразбивались, оставив на нем много маленьких порезов и пятен от вина и крови. Мертвецкий покорчился от боли. Абалам полетел к нему, но он не растерявшись всадил в него кол.

Демон взревел от боли. Мертвецкий оттолкнул его и побежал в сторону винного погреба. Абалам пустил в него теле кинетическую волну.

Мертвецкий упал, Абалам резко подлетел к нему, но получил клинок в ребро. Абалам схватил его руку, клинок выпал, Мертвецкий вырвался. Демон успел лишь стянуть с него мантию, на его рубашке были закатаны рукава, на левом запястье бросался в глаза шрам в виде круга и двух кос на нем, символизирующие колесо смерти.

– Ты! – крикнул Абалам.

– Я, – сказал Мертвецкий и резким движением произвёл выстрел.

Демон снова взревел от боли. Мертвецкий оттолкнул его и побежал в хранилище вина. Абалам полетел за ним, залетев в комнату, он прошёлся обычным шагом в центр зала.

– Загнал себя в угол! – сказал он.

– А вот хрен там, – сказал Мертвецкий.

В ту же секунду он кинул на пол горящую зиппо. Их окружило пламя. Демон бросил на Мертвецкого злобный оскал, а он резко вышел за пределы круга.

– Пламя как и ты, может гореть бесконечно, – сказал Мертвецкий, – ни хрена ты не знаешь, чёрт.

Мертвецкий достал пистолет и всадил в демона остаток обоимы.

__________________________________________________________________

Два дня спустя.

– Ты думаешь эти наручники, это кресло, клетка смогут меня удержать? – улыбаясь спросил Абалам.

Мертвецкий промолчал и достал из кармана колючий кляп, что следом вошёл в рот демона.

– Привыкай к БДСМ, тварь! – сказал Мертвецкий, – а я пойду выпью, не каждый день сжигаешь тридцать человек.

Мертвецкий удалился из комнаты, протянув демону неприличный жест.

Поднявшись на верх, он обошел все обломки и вышел во двор. Потянувшись и вздохнув, полез он в карман, откуда достал пачку пятитысячных купюр.

__________________________________________________________________

Через два часа он сидел в баре «Роскошь», его внимание привлекла молодая девушка в чёрном платье, с милым лицом и светлыми кудрявыми волосами. К девушке подошёл официант и вручил ей бутылку «Дон Переньон».