На утином дворе

Чу-чу-чу-чу!

Уж я не промолчу,

Я вас воспеть хочу!

Чу-чу-чу-чу!

– После обеда мне надо отдохнуть!
– сказала утка.
– Пора вам привы- кать к здешним порядкам. Я хочу спать!

Бедная пташка совсем растерялась, она ведь хотела только услужить! А когда госпожа Португалка проснулась, пташка уже опять стояла перед ней и поднесла ей найденное зерно. Но Португалка не выспалась как следует и, разумеется, была не в духе.

– Отдайте это цыпленку!
– крикнула она.
– Да не стойте у меня над ду- шой!

– Вы сердитесь на меня?
– спросила пташка.
– Что же я такого сделала?

– "Сделала"!
– передразнила Португалка.
– Выражение не из изящных, позвольте вам заметить!

– Вчера светило солнышко, - сказала пташка, - а сегодня так серо, темно... Мне так грустно!

– Вы не сильны во времяисчислении!
– сказала Португалка.
– День еще не кончился! Да не смотрите же так глупо!

– Теперь у вас точь-в-точь такие же злые глаза, как те, от которых я спаслась!..

– Ах бесстыдница!
– сказала Португалка.
– Вы что же, приравниваете меня к кошке, к хищнице? В моей крови нет ни единой капельки зла! Я при- няла в вас участие, и я научу вас приличному обхождению!

Она откусила птичке голову, и та упала замертво.

– Это еще что такое!
– сказала Португалка.
– И этого вынести не мог- ла! Ну, так она вообще была не жилец на свете. А я была ей как мать род- ная, уж я-то знаю! Что у меня, сердца нет, что ли?

Соседский петух просунул голову на двор и закричал, что твой паровоз.

– Вы хоть кого в могилу сведете своим криком!
– сказала утка. - Это вы во всем виноваты! Она потеряла голову, да и я скоро свою потеряю!

– Не много же места она теперь занимает!
– сказал петух.

– Говорите о ней почтительнее!
– сказала Португалка.
– У нее были ма- неры, она умела петь, у нее было высшее образование! Она была нежна и полна любви, а это приличествует животным не меньше, чем так называемым людям!

Вокруг мертвой птички собрались все утки. Утки вообще способны к сильным чувствам, будь то зависть или симпатия. Но завидовать тут было нечему, стало быть, оставалось жалеть. Пришли и куры-китаянки.

– Такой певуньи у нас больше не будет! Она была почти что китаянка!
– И они всхлипывали, другие куры тоже, а утки ходили с красными глазами.
– Что-что, а сердце-то у нас есть!
– говорили они.
– Этого уж у нас не от- нимут!

– Сердце!
– повторила Португалка.
– Да, этого-то добра у нас здесь почти столько же, сколько в Португалии!

– Подумаем-ка лучше о том, чем бы набить зобы!
– сказал селезень. - Это главное! А если и сгинула одна шарманка, что ж, их еще довольно ос- талось на свете.