Начало

Вот так и развлекались. Правда в какой-то момент Потапычу надоело приспосабливаться к мечу, в его лапище практически любой клинок, из тех что предоставляли нам тифлинги, смотрелся прутиком, и он где-то раздобыл шест, точнее боевой посох. Причем похоже не просто нашел готовый, а ему сделали под его руку. Ну да, он как раз с кузнецом клановым и парочкой гномов, тоже работающих в кузнице, сошелся на почве изготовления колючей проволоки для школы. Ну и еще они чего-то с Тирли химичили там на пару, я не уверен, но по-моему эти ухари задумали собрать блочный арбалет, вроде как получалось. Но к посоху Потапыча. Мы с ним вместе пытались бою на шестах научиться. Мне довольно быстро надоело, да и было это не так уж необходимо, скорее развлечение для нас обоих. А вот пулеметчик увлекся и в какой-то момент тифлингам свое увлечение и продемонстрировал. Ну да, у рогатых все школы их единоборств были построены не на силе, хотя и ей тифлинги обижены не были, а на скорости и ловкости. Пулеметчику то хуже всех из нас приходилось, больно он здоровый, массу тела и инерцию никуда же не денешь, так как мы двигаться он по любому не мог. А вот с шестом… Там в основном скорость реакции нужна, а не скорость движений. Нет, против Гарриона то это не особо помогло, мастер быстро приноровился к явно незнакомому ему стилю боя и дальше все пошло своим чередом. А вот молодняку от Потапыча досталось. Гаррион, присмотревшись как пулеметчик крутит двухметровую оглоблю и предложил сразу пятерым детишкам, как всегда, хоть и посдержанее чем раньше, зубоскалящим на скамейках, попробовать отобрать у Потапыча его посох. Ну что сказать, они конечно сильные, но очень легкие. И опыта Гарриона у них не было. Летали детишки красиво и далеко, Потапыч только посмеивался. Нет, в конце то концов его завалили и палку отобрали, вот только не впятером, а все вместе, десятка два. И, как пулеметчик мне потом признался, использовали еще и свои особые навыки, во всяком случае на него несколько раз накатывали приступы непонятного возбуждения и еще, что-то вроде галлюцинаций. Не то, чтобы полностью мысли переключались, справиться было вполне реально, но все равно отвлекало.

Но изучение местных боевых школ для нас было так, чтобы не особо расслабляться. В основном мы пытались собрать информацию об этом мире. Наконец то удалось раздобыть карту Деи. Не знаю насколько она была точной, но все-таки хоть какое-то общее впечатление составить позволяла. Планета оказалась побольше Земли, хоть и ненамного. Но вот океанов оказалось раза в два меньше, чем у нас дома. Три основных материка занимали почти всю поверхность, разделенные сравнительно небольшими водными пространствами. Но в океане еще и островов было предостаточно. Пять или шесть архипелагов, десяток отдельных, довольно-таки больших островов. И так карта, что мне показали, просто в изобилии была украшена белыми пятнами, обозначавшими неисследованные территории. Полностью изучен и заселен оказался лишь Большой континент. На Южном была исследована полоса вдоль северного побережья шириной километров в триста и кусок территории в юго-восточной части. Как объяснила Шелли именно там и обосновались темные эльфы после раскола. Всю остальную часть континента занимали джунгли, переходящие в степь, больше ничего известно толком не было. Дальний же вообще был одним большим белым пятном, на карте нормально оказался обозначен только контур побережья и несколько городов. Что творится в глубине огромного материка толком никто не знал. В общем весело тут жили.

Хорошо отдыхали и с пользой, короче говоря. Вот только мои отношения с Шелли… Девчонка все также не отпускала меня от себя далеко, а при попытках уйти тут же принимала такой несчастный вид, что у меня не хватало сил настоять на своем. Ее же дядюшка в свою очередь нагрузил достаточно большим количеством дел. В основном связанных с ее же наследством, как я понял. Выяснилось, что Шелли знала далеко не о всех предприятиях своего отца, искренне считая его обычным торговцем-караванщиком, просто удачливым и скопившем довольно приличные деньги. Действительность же оказалась достаточно отличной от ее представлений. Папаша Шелли вполне тянул на местно олигарха. Выяснилось, что он имел долю в полусотне небольших производств, владел очень приличными участками земли, в основном со строевым и корабельным лесом, а в придачу, пользуясь отношением прочих разумных к своей расе, активно посредничал между несколькими не то чтобы враждующими, но весьма настороженно друг к другу относившимися торговыми домами.

В процессе этих разбирательств у меня сложилось впечатление, что Лиимат много чего недоговаривает. Похоже он передавал Шелли только официально оформленные предприятия, но при таких объемах наверняка были еще проекты, не оформленные на бумаге. Вот задницей чую, что крутил старейшина на пару со своим зятем весьма нехилые комбинации по всему континенту. Слишком часто на вполне естественные вопросы племянницы он начинал крутить головой, отводить взгляд и мямлить что-то невнятное. Да и мое присутствие его зачастую не устраивало, вот только попытки отправить меня погулять разбивались о решительность Шелли. Да я и сам, пользуясь ситуацией, не спешил уходить, а наоборот старался познакомиться с принятым тут делопроизводством.

Остальные только посмеивались. С близкими же отношениями с тифлингессами тоже все складывалось забавно. Ну, Комар со Стингером, ну и я до кучи, оказались пристроенными с самого начала. Не то чтобы это нас полностью ограждало от приставаний женской половины молодежи поселка, но в основном все ограничивалось стрелянием глазками, даже до намеков дело не доходило. Правда однажды вечером Шелли появилась на ужине с шикарным фингалом под глазом, о его происхождении она сама распространяться не стала, но Стингер смог таки расколоть Алаири. Оказывается моя девушка объясняла зарвавшимся подружкам кому можно строить глазки, а кому не стоит. В разгар объяснений слова у Шелли кончились и она прибегла к более увесистым аргументам, в итоге вышла вроде как победительницей, хотя и с некоторым для себя ущербом. Алаири с Ланией от этих проблем были избавлены. Пожилых и незамужних тифлингесс в поселке было совсем немного, штук десять всего, а молодежь старшим дорогу перебегать опасалась. Между собой же дамы в возрасте вполне смогли договориться. Но нас самих эти женские разборки не касались никаким образом. Вот тоже еще удивило, тифлингессы совсем не проявляли никакой ревности, не было даже угроз, вроде только попробуй не туда посмотреть. Наоборот, зачастую на красивых или удачно одевшихся девушек наше внимание специально обращали, то есть посмотреть давали. А что до всего остального… Желающих всего остального к нам попросту не подпускали.

Но мы то трое ладно, а вот Тирли с Потапычем получили осаду по всем правилам. Им даже в сортир спокойно сходить не давали, постоянно кто-то рядом крутился. Пулеметчик в конце концов с кем-то сошелся, вот только мы так и не смогли выяснить с кем. Сам он рассказывать отказывался, но каждую ночь исправно куда-то исчезал. Тифлингессы тоже молчали, лишь загадочно закатывали глаза. Ну да ладно, захочет Потапыч — сам расскажет.

Тирли же приходилось намного хуже. Он героически терпел, сначала. По истечении первой дюжины дней радист начал читать проникновенные лекции о супружеской верности. Еще дней через пять он уже стал откровенно плакаться всем по очереди. Тем более что к тому времени его окончательно застолбили три подружки Шелли, которых здесь иначе чем троицей разрушения никто не называл. Как я понял Шейелена этой дружной компанией обычно руководила и вообще служила генератором идей для веселого времяпрепровождения, сейчас же нагруженная проблемами с наследством она с подружками встречалась лишь эпизодически и они были вынуждены придумывать себе развлечения сами. Ну они и начали развлекаться, приставая к радисту. Сначала просто так, без какой-либо определенной цели. Потом, оскорбленные его невниманием, уже серьезно и по всем правилам. Я, пожалев своего подчиненного, отловил девушек и предупредил их, что Тирли женат и жену свою любит. На что мне ответили, мол его же жены здесь нет, и вообще она ничего не узнает, а это не считается и все такое. И развлекуха продолжалась.

Ну стриптиз в саду под окнами — это еще терпимо, и даже смотреть интересно. Хоть предназначался он для Тирли, но наблюдали то все. То что об кого-нибудь из девочек я обязательно, бредя ночью по нужде, спотыкался в коридоре — в принципе тоже. Вот только Тирли ходить в сортир по ночам начал через окно. Когда девчонки вычислили как он выбирается из дома, я сильно подозреваю, что радиста сдал Стингер, Тирли отправился к Лиимату просить политического убежища, а точнее — комнату в общем доме. Старейшина в принципе согласился, вот только обрадовал радиста, что ему это не сильно поможет. В итоге троица решила не ждать милостей от природы, а взять их самим. Не знаю уж как они между собой решали, кто будет пробовать первой, но однажды вечером мы с Шелли сидели в саду в ее импровизированном кабинете на свежем воздухе и наблюдали достаточно сюрреалистическую картину.

Гвени с Сайли вдвоем пытались закинуть Диалу в окно комнаты Тирли. То что окно было на втором этаже и с плотно закрытыми ставнями их ничуть не смущало. Девчонки быстро построили небольшую пирамиду, Диала лихо взобралась по своим товаркам, чем-то, здорово напоминающим меч, поковырялась между ставнями, и преграда была быстро ликвидирована. Вот только девушка не удержалась и повисла на одной из распахнувшихся ставень. Но удержалась, вниз не грохнулась. Потом также лихо девушка разобралась с окном и исчезла в комнате. Совсем забыл упомянуть, все это Диала проделывала одетая лишь в комплект кружевного белья, подаренный ей Шелли. Отправив подружку на эротические приключения, Сайли с Гвени уселись на травке под окнами и принялись терпеливо ждать. В комнате царила подозрительная тишина. Я не выдержал, тихонько подобрался к девушкам и спросил:

— Девчонки, а он через дверь не сбежит от вас?

— Неа, — помотала головой Сайли, самая рассудительная и предусмотрительная в этой компашке. — Мы там дверь шкафчиком подперли.

— Это каким таким шкафчиком? — подозрительно спросила Шелли, подошедшая вместе со мной. — Что-то я не помню никаких шкафчиков в коридорах гостевого крыла.

— Ну мы ту пыльную громадину взяли, на лестничной площадке которая стояла, ты ее еще все время выкинуть порывалась, — пояснила Гвени.

Я только присвистнул, видел я тот шкафчик, хрень два на два метра, деревянная, наверняка тяжеленная. И как они его сдвинуть то смогли, даже втроем. Ладно сдвинуть, еще и протащить его метров тридцать по темному коридору, причем тихо, так чтобы радист не услышал и не свалил заранее.

— Эй, народ, вы охренели, это ж антиквариат, ему четыреста смен, — возмутилась Шелли. — А если поцарапали?

— Его поцарапаешь, — вздохнула Гвени. — Это ж эльфийский дуб, мы там тебе немножко косяк своротили, но мы потом починим…

— Тааак, — протянула Шелли. — А что еще своротили?

Ответить тифлингессы не успели, из окна высунулась Диала с разочарованной физиономией.

— Девочки, облом, он сбежал, — провозгласила она. — В кровати чучело и записка, чтобы в следующий раз ругались потише, когда шкаф на ноги себе роняем.

— Вот демон, я же говорила, что надо было под окном тоже постоять, — вздохнула Сайли.

— Это тебе надо было потише выгребные ямы поминать, — возразила Диала, сползающая по стене обратно во двор. — И где мы теперь будем его искать?

— Вы сейчас будете ставить на место шкаф, — грозно начала наезжать Шелли. — И чинить все что немножко своротили. И пока не почините — домой не пойдете…

Я, не выдержав бредовости ситуации, в голос расхохотался. Подмывало намекнуть девчонкам, что они плохо искали, ставни то были заперты изнутри, значит радист где-то в комнате сидит. Кажется я даже знаю где. Хоть с трудом, но сдержался. Девчонки понуро удалились в сторону входа в дом. Через пару минут из того же окна высунулся Тирли и настороженно оглядел сад.