Начало
Шрифт:
— Ну что, поняли что такое подчиненные? — также с насмешкой спросила тифлингесса. — Даже т'сареш к свободным так не относятся, как их рабы. Кровососы нас хоть за скот и считают, но скот опасный, который может огрызнуться. Ну как отношение охотника к кабану дикому, ну это к людям. К нам, тифлингам, как к дикой разновидности нааров, те реально опасны, запросто охотника задрать могут. А эти… Тьфу… Их сражаться в принципе не научить. Да и на меня смотрят… В десяти городах я бы за такой взгляд мужику бы яйца оторвала и съесть заставила, а бабу бы обрила налысо. Во всех местах причем. Сами то можно подумать все красавцы писанные. Хаос, да у нас так даже те, кто мальчиков предпочитает, на меня так не реагирует.
Насчет красавцев то да… Тут Шелли была права абсолютно. Нет, на
— Это ужасно, — шепотом сказал священник, — Господи, укрепи меня в мыслях моих и дай мне силы пройти путь, ниспосланный тобой и достойно выдержать испытания твои…
— Потапыч, уводи Шестого в фургон, — шепотом приказал я, — и делай что хочешь, хоть связывай, хоть по голове бей, но чтобы пока не уедем он не высовывался…
Пулеметчик приобнял отца Якова за плечи и увлек за собой. Остальные подавленно молчали. Стингер тряхнул головой:
— Н-да, качественно им мозги промыли. Майор, тебе не кажется что это идеал общества для наших политиков? Шелли, я надеюсь они нас не понимают…
— Ну вас то точно не понимают, — ответила девушка. — А я говорю на северном диалекте, его даже наша охрана вряд ли знает, а местные только имперский т'сареш понимают. Можно подумать им тут кто-нибудь учителей нанимает. Да и имперский то внушают исключительно по минимуму, чтобы хозяина понимали. Да, а у вас что, т'сареш тоже имеют своих подчиненных? Вы же говорили что они у вас прячутся…
— Если бы вампиры, — тяжело вздохнул я, — В том то и беда, что такие же люди, почему-то считающие, что им все должны подчиняться…
— Ну в любом обществе должен быть главный, — пожала плечами Шелли, — иначе просто не выжить. Да и от природы кто-то способен на большее, кто-то на меньшее, от этого никуда не уйти, что тут сделаешь то…
— Так то оно так. Твоя правда. Вот только те, кто нами правит очень хотят чтобы их приказы выполнялись без всяких раздумий и рассуждений… Ну вот как эти подчиняются т'сареш. Более того, кое-что внедряют, пытаются разучить людей думать, правда обходиться им приходиться без ментальной магии…
— Ладно, командир, мы то вроде как пока избегаем этого оболванивания, ты сам то когда последний раз зомбоящик включал. У нас слава Богу был выбор и мы его сделали, — толкнул кулаком меня в бедро Стингер, — Шелли, может воды наберем, у нас один бочонок остался, но раз все равно остановились… Я тут колодец заметил.
— Да, можно.
— Ну мы тогда займемся с ребятами.
— Погоди, не надо, — остановила моего зама тифлингесса. — Просто достаньте пустые бочки и поставьте в сторонке на землю. Потом погрузите.
— Да ладно, мы и сами справимся.
— Не надо я сказала, еще зацепите случайно кого из этих, тут такое начнется…
Вот зря она это сказала. Стингер теперь из принципа кого-нибудь пнет.
— Капитан, не сметь, убью — тихо прошипел я.
— Командир, ну не идиот же я, — также тихо ответил Стингер, — мы пойдем, вытащим, свистнешь нам потом, когда обратно грузить.
Капитан дернул Комара за локоть и они трусцой убежали за бочками. Шелли же громко свистнула, привлекая внимание т'сареш и крикнула:
— Сердент, уважаемый. Мне бы еще воды набрать, мои слуги достали емкости.
— Да госпожа, — ответил т'сареш и пнул пробегающего мимо человека. Тот моментально упал на колени и стал выслушивать приказы. Я тихонько толкнул локтем Шелли:
— А чтобы было, если б мы зацепили кого-нибудь из этих?
— Истерика, как минимум, упал бы на землю, начал бы колотиться, орать что его тронул нечистый, что он не достоин служить повелителям, ну и так далее, — Шелли зло тряхнула головой. — Вот сколько раз видела их, но никак привыкнуть не могу. Да, насчет нашего спора, извини, я опять не подумала. Давай забудем. Не было никакого спора.
— Да ладно. Расскажу я тебе кто такой черт. Как-нибудь… — Я обнял девушку и
осторожно погладил ее плечо. — А у поэта, ну который сочинил ту песенку, что тебя так заинтересовала, есть и другие стихи, получше.— А я и в самом деле покажу вам танец, когда вылечусь, — Шелли плотнее прижалась ко мне. — Слушай, а почему ваш жрец так странно отреагировал? И зачем ты приказал увести его?
Я просто не знал что ответить. Может ей просто рассказать про основы нашей религии? Но вот в моем изложении звучать это будет наверное несколько… предвзято, что ли. Начать с того, что в бога я не верил. Вообще ни в какого. Ну работа у меня такая. Как-то трудно верить в божество, которое за твою работу стопроцентно гарантирует вечные муки после смерти. И ведь то дело, которое я делаю оно нужно, для моей страны, для людей, которые в ней живут… А потом, я же так или иначе, но интересовался историей, причем военной. И примерно представлял, в отличие от наших верующих, сколько крови было пролито во имя всепрощающей и миролюбивой религии. А правило подставить вторую щеку у меня вообще поперек горла стояло. Но у каждой монеты есть две стороны. Некоторые священники действительно верили в то, что проповедовали и реально помогали людям. Ладно там вещами или деньгами или участием, так ведь действительно души лечили…
— Брр, смотреть на них противно, однако надо, — напомнила о себе Шелли и пихнула меня плечом, — ты отвечать собираешься или как…
— Знаешь, у нас считается что Бог создал землю, ну нашу планету, и вообще все сущее, а потом создал человека, и самый ценный дар, который он ему дал при творении — это свобода воли. То есть человек сам может, более того обязан решать как поступить в той или иной ситуации. И поставил цель, расти над собой, учиться, становиться равным Богу, не по силе, а скорее по своим моральным качествам. Более того, после некоторых деяний наших очень далеких предков наш создатель решил не вмешиваться в жизнь людей, предоставив окончательно им самим решать как жить. Но после смерти он, якобы, судит каждого, смог ли он приблизиться к тому, что создатель считает идеалом или нет… И самое страшное преступление, которое можно совершить против человека, это лишить его права выбора, свободы воли… А наши священники…. Ну жрецы, они, типа, должны помогать… Они всю свою жизнь кладут на изучение заветов нашего Бога, для того, чтобы помочь выбрать, заметь, не выбрать за кого-то, а просто посоветовать… А иногда и заставить выбирать. Ну в теории как-то так… Хотя на практике не всегда получается. Ну вот отец Яков и страдает, что по заветам Бога, на служение которому он потратил всю свою жизнь, он просто таки обязан тут все переменить, дать людям свободу выбора. Но он разумный человек, и понимает, что просто так делать этого не стоит, да и мы ему просто не дадим.
— По-моему вы путаете Бога и Демиурга, — с какими то непонятными интонациями сказала девушка. — Это несколько разные сущности, и по целям и по возможностям. То что ты описал скорее тянет на Демиурга, но вот то, что он ставил какую то цель и после смерти проверяет, выполняете ли вы его волю или нет — это как раз скорее бог. Может мы просто разный смысл вкладываем в это понятие, но… Скажи, а хоть какие-то подтверждения существования вашего бога есть? Ну он являлся например? Или как-то смогли теоретическими построениями подтвердить его существование?
— Ну во-первых, то что я тебе сейчас излагаю — мое собственное мнение, для начала. В некоторых вопросах тот же отец Яков с мной категорически не согласится, более того, начнет меня переубеждать… А что касается подтверждения… Наша церковь… Ну, наши жрецы утверждают что надо верить, именно верить, а любое доказательство — убивает веру, даже попытки доказать. А так… Наша наука не искала доказательств специально, но пока все те законы природы что мы смогли описать — существование бога скорее опровергают, чем подтверждают… С явлениями сложнее. В легендах утверждается, что они были давно, но документальных свидетельств не сохранилось. Периодически происходят чудеса, творимые именем Бога, но большая часть оказывается фальсификацией, фокусом. А вот меньшая часть… Ее действительно не получается объяснить рационально.