Наемник

Он загнал в нее своих подопечных как раз во-время, когда "Грифы" начали утюжить лесную полосу у скал, то и дело огрызаясь короткими пулеметными очередями. Они двигались зигзагом, от северной стены кратера до южной, потом обратно, и Каргин прикинул, что эта первая рекогносцировка будет завершена часа за три. Как раз к темноте. Было ясно, что операцией руководит умелый командир, такой, у которого все разложено по полочкам: сперва ревизия трупов, затем - поиск недостающих лиц. И пилоты его оказались парнями толковыми: над скалами зависали, над лесом шли помедленней, а над болотами - побыстрей. Болота, лужи и водоемы, примерно треть территории кратера, лежали в северной части, просматривались хорошо, и человек неопытный там спрятаться не мог.

Время тянулось час за часом, пока не спустились сумерки. Из пещер, пещерок и трещин серыми хлопьями взлетели нетопыри, повергнув в ужас Мэри-Энн; похожие на динозавров скалы будто сомкнулись за спиной, отгородив беглецов от моря и ветра; над краем восточных утесов поднялся бледный лунный серп, взглянул на заваленный трупами остров, поморщился и спрятался за облаками.

"Грифы" исчезли, стрекот моторов смолк, начал накрапывать теплый редкий дождик. Каргин велел раздать еду и по глотку спиртного, назначил в ночной караул Криса и Стила Тейта и минут двадцать скандалил с Бобби, пока тот не сдался и не швырнул повару свой "магнум". После чего лег спать, наказав, чтобы разбудили на рассвете.

***

Сон ему приснился мерзкий: все та же яма в афганских горах, только на этот раз закапывали его самого, и поверх стояли не муджахеды в приплюснутых шапках, а черные фигуры, с черными, скрывавшими лица масками. Он видел только их глаза и рты; глаза были серо-зелеными, с колючими, как острия штыков, зрачками, а рты - будто прорубленными ударом топора. Они глядели на Каргина, который стонал и ворочался в яме, и усмехались. Каким-то образом он помнил о другом сне, о том, про который рассказывал Росетти, капитан "гиен" - торжественная служба над генералькой могилой, папа, кардиналы и архиепископы - помнил и даже завидовал Росетти, которого хоронят с таким благочинием. Потом привиделся ему Перфильич: будто глядит на него сверху вниз, покачивает головой и говорит: ну, доигрался, парень, в своих заграницах? А вот пошел бы ко мне в "варяги", взял под себя Сокольники, похоронили б тебя по-людски, с салютом и оркестром… Ну и тех, кто тебя уложил, не забыли бы, насверлили бы дырок в разных местах… Меня еще не уложили, хотел сказать Каргин, но из горла вырвался лишь предсмертный хрип.

Тейт поднял его на заре и сообщил неприятную новость - что ночью Мэри-Энн подобралась к бутылке с бренди. Отнять ее повар не решился, и теперь молодая хозяйка спала глубоким сном, а запас спиртного был почти ополовинен. Чертыхнувшись, Каргин велел, чтобы бутыль припрятали получше, взял бинокль и пару сухарей и полез на скалу - понаблюдать за обстановкой и привести в порядок мысли.

Обстановка была спокойной, а мысли - невеселыми.

Слишком много случайностей, странных накладок и совпадений, думал он. И слишком много вопросов, не разобравшись с которыми нельзя прогнозировать ситуацию. Прогноз же был необходим. Прогноз включал в себя три основных элемента: предугадать намерения противника, блокировать удар и нанести ответный - там, где неприятель не ждет, и в то мгновенье, когда он считает себя в безопасности. Основы тактики и стратегии… Так его учили, и весь многолетний опыт лишь подтвержал нерушимую истинность преподанных аксиом. И первая из них гласила: собрался воевать всерьез - познай врага.

Каддафи, Тегеран, алжирцы либо китайцы… Бред! Быть может, имелись у них счеты с Халлораном - или, по выражению Хью, финансовые сложности, - но очень сомнительно, чтоб кто-то из этой компании сумел добраться до Иннисфри. Все вместе или каждый по отдельности… Тем более, на субмарине "Сейлфиш".

Нет, тут ощущалась другая рука!

Шон Дуглас Мэлори, коммодор и вице-президент, член совета директоров, шеф административного отдела… Возможно - Брайан Ченнинг, инвестор, финансовый гений…

Все полковники мечтают прыгнуть в генералы, размышлял Каргин, а пути к генеральским погонам извилисты и различны, и есть между ними такой: вышестоящему - бомбу в кресло, соперникам - пулю в лоб, ну а свидетелей - за потроха и в ножи… Потом всех покойничков закопать, поглубже и подальше, и натянуть штаны с лампасами… Очень логичное решение, прям-таки в духе российских разборок! А чтоб российский опыт втуне не пропал, нужно взять российского умельца, пригреть и обласкать, наобещать с три короба и заказать ему план… Потом слегка подкорректировать всю операцию, чтоб от умельца отпечатков не осталось. Ни отпечатков, ни костей, ни праха…

Такая гипотеза объясняла многое - может быть, все. К примеру, коррективы, внесенные в исходный план. И то, как подобрали время для атаки - под юбилей, когда к престарелому дядюшке приехал любящий племянник. И то, что Мэлори и весь совет директоров не появились вслед за ним, не спели боссу "хэппи бездэй ту ю". И то, как босс расстался с жизнью - не в спальне, не у рабочего стола, а в час спортивных экзерсисов на свежем воздухе. Последнее определенно подтверждало, что нападающие знали о его привычках и о деталях местной топографии.

Скажем, о Нагорном тракте. Если нужно пришить человека, рассуждал Каргин, лучшего места не найдешь. Слева - пропасть, справа - пропасть, и никаких тебе укрытий, кроме тоннелей и блок-поста. Останешься на дороге - расстреляют, залезешь в тоннель или дот - размажут по стенкам "хеллфайером"… Да, отличное местечко! Вот если б сидел старик во дворце, его так просто бы не взяли. Большое строение, крепкое, с первого выстрела не сковырнешь… Сзади - скала, внизу - катакомбы, и если забраться в убежище - ищи-свищи…

Если забраться!

Он покачал головой, потом нахмурил брови, в десятый раз соображая, что же такое могло приключиться с дверью бункера. С дверным замком, с "оспреями", не прилетевшими на Иннисфри, и с ретрансляторной антенной… Винить нападавших в подобных казусах было бы нелепо. Совсем нелепо, какими бы детальными инструкциями их не снабдили коммодор и весь совет директоров!.. Как объяснить отсутствие гостей Каргин не знал, но был уверен, что о двери и ретрансляторе побеспокоились заранее. Выходит, имелся у Мэлори свой осведомитель во дворце! Сообщник, очень знающий и ловкий. Пятая колонна, ренегат… Личность проверенная и доверенная, вроде Спайдера или Арады.

Но Спайдер был вне подозрений. Смерть его являлась лучшим свидетельством верности, а значит, ретранслятор и бункер нельзя списать на Альфа. Предатель - если он действительно существовал - скрывался среди живых, а тут, кроме тощего Хью, и выбрать-то было некого. Не Боб же постарался с дверью, не Нэнси и уж, во всяком случае, не повар Тейт… Выходит, Арада, решил Каргин, отбросив прочих претендентов. Или, как минимум, лицо из самых приближенных…

Жаль старика! Акула, конечно, а все-таки жаль! Ни дочерей, ни сыновей, ни внуков, а если б кто и был, то степень родства вряд ли имела значение. Взять того же Хью: сын он старому Халлорану или не сын - без разницы, такие вещи в серьезном бизнесе в расчет не принимают. Гораздо важнее, что был у аргентинца свой финансовый интерес, а значит, и повод к предательству. К тому же Паркера он не любил, и в этом сходился с Брайаном Ченнингом и коммодором; они симпатий к Бобу тоже не питали.

Общий враг, общие цели - вот и удобрение для заговора, мелькнула мысль. Дядюшку - в расход, а вслед за ним - племянничка, чтоб не мешал и вертелся под ногами… Такие вот шуточки с дверью…

Прищурившись на восходящее солнце, Каргин начал что-то насвистывать, отбивая на колене такт, потом вдруг хлопнул себя по лбу и с раздражением прошипел:

– Чтоб мне к Хель провалиться! Ну и гнида, хинштейн твою мать!

Шуточка с дверью… Не было никакой шуточки! Вернее, была, но совсем другая, чем мнилось простодушным зрителям. Умник Хью просто набрал липовый шифр и заявил, ничем ни рискуя, что дверь не открывается. Кто мог его проверить? Разумеется, никто! Снайдер, да сам Халлоран… еще инженер из дворцовой обслуги… Все к тому времени - покойники!