Наемник
Шрифт:
— Нет, я уже практически в форме.
— Да, — подтвердила Люция, — сегодня утром она посадила меня на плечи и присела двести раз. Вот так!
Разговор постепенно перешел на спортивную тему и больше не касался Клауса Ландера. Посидев еще немного, гости попрощались и ушли.
Когда дверь за ними закрылась, Рене повернул замок и сказал:
— Эта накачанная сучка желает часть нашего пирога.
— Я понял это, — кивнул Галлауз. — Нужно ее убрать. Такая просто так не отстанет.
118
Последние двое суток Клаус провел на военных объектах форта.
Он
На данный момент флотилия Марсалесов была разделена на две группы, которые заходили с двух направлений и намеревались не оставить Форт-Абрахаму никаких шансов.
— Подумать только — семьдесят четыре корабля, — сказал Корншоу, качая головой. — Может, нам вывести свои суда в восточном направлении и попробовать хотя бы протаранить противника?
— Это ничего не даст, — возразил Клаус. — Мы только потеряем матросов, которые нужнее здесь, в форте. А вот затопить в восточных воротах пару кораблей просто необходимо. Выберите два судна, которые не жалко, загрузите их всяким хламом и затопите в воротах.
Корншоу пошел выполнять приказ, а Клаус остался стоять на причале. Он смотрел туда, откуда должна была появиться основная часть кораблей противника.
Как и в прошлый раз, свой основной удар Марсалесы намеревались нанести по морскому порту.
В небе послышался гул моторов, и над фортом проплыла летающая лодка, которую противник использовал в качестве разведчика.
— Лейтенант, сейчас он развернется и пойдет обратно. Пусть бронебойщики попробуют обстрелять его.
— Есть, сэр, — улыбнулся Нейдл. Ему давно не терпелось сделать это.
Вскоре тяжелая лодка действительно сделала разворот и двинулась в обратную сторону.
Из бетонных башен навстречу цели поднялись длинные стволы бронебойных ружей. Захлопали первые выстрелы, и, как показалось Клаусу, самолет слегка качнул крыльями.
Тем временем стрелки перезарядили ружья и сделали по второму выстрелу.
От правого крыла лодки потянулся белый дымчатый след вытекающего топлива.
Пилоту следовало бы снизиться и за счет этого увеличивать скорость, чтобы уйти от обстрела, однако он попытался поднять машину выше, От перегретых выхлопов вспыхнуло распыленное топливо, и самолет моментально превратился в горящую комету.
— Один-ноль, мы ведем! — воскликнул подоспевший Корншоу. На всей линии обороны западного порта послышались крики «ура».
— Может, нам обстрелять и вон тех? — предложил Нейдл, указывая на еле заметные силуэты других разведчиков.
— Нет, с ними лучше не связываться, — сказал Клаус. — Да и высоко до них.
— Это Лицензионная Ассоциация, сэр? — спросил Нейдл.
— Да, — кивнул Клаус. — А не вмешаются ли они в конфликт? — в свою очередь поинтересовался Корншоу.
— Не думаю, — ответил Клаус, хотя почти наверняка знал, что это случится. Он уже несколько раз разговаривал с вице-президентом Бармингтоном, и тот честно рассказал о приготовлениях на базе местного бюро. Бармингтон просил только не пускать в форт людей Марсалеса.
«Требовать от
вас воевать против всех и принять героическую смерть я, конечно, не могу», — сказал он.— Сэр, танкер с топливом просит провести его к причалу! — сообщил прибежавший курьер. — Капитан сообщил, что два других судна, которые отправлялись с ним из Грандвиллиджа, потоплены в сорока километрах к северу.
— Питер, распорядитесь принять танкер, только топливо нужно перекачать как можно быстрее. Если в него угодит торпеда…
— Я понимаю, сэр, — кивнул Корншоу.
Вскоре от причала отошел катер с саперами, знавшими, где находятся оставленные среди мин проходы. А спустя полчаса на горизонте показался танкер Когда он подошел ближе, стало видно, что вырывавшиеся из трубы клубы дыма слишком черны. Это говорило о том, что его машина неисправна.
— Сколько сейчас времени? — спросил Клаус.
— Девять двадцать семь, — доложил Нейдл.
— Часа через три противник будет здесь.
— Но еще два часа им нужно будет ждать, пока другая их половина не обогнет северный риф, чтобы выйти к нашему восточному порту.
Дымящий трубами танкер осторожно двигался за катером-лоцманом. На корпусе и палубных надстройках были видны следы разрушения.
— У Марсалеса снова есть пушки, — заметил Клаус, опуская бинокль. — Наверное, он считает, что победителей не судит даже Лицензионная Ассоциация, — высказал предположение Корн шоу.
119
Главный инспектор Дуглас выдержал небольшую паузу и, оглядев всех, кто собрался на летном поле, сообщил:
— Итак, господа, это полковник Густавсон. Практически он будет выполнять все команды мистера Найджела, за исключением тех, которые противоречат федеральным законам и уставу Ассоциации.
Инспектор указал на стоявшего по соседству с ним полковника и добавил:
— Прошу любить и жаловать. Какие вопросы к полковнику?
— Когда все начнется, господин полковник? — крикнул Хофман, и остальные киношники поддержали его выкриками.
Густавсон подвигал челюстями и сказал:
— Господа, никто не будет держать вас дольше, чем следует. Думаю, что мы начнем выдвигаться через час-полтора, поскольку нарушители уже готовятся начать драку.
Последние его слова потонули в хоре радостных выкриков. Радовались все, от статистов и осветителей до продюсеров и помощников главного режиссера.
В двух метрах от шумевшей кинобратии стояла плотная цепь из десантников. Зная бесцеремонность людей искусства, полковник Густавсон специально изолировал их от боевых самолетов и складов с боеприпасами. И эта мера позволила не останавливать подготовительную работу боевых машин.
Электрокары бегали от самолета к самолету, развозя дополнительные боекомплекты и навесные топливные баки, механики последний раз проверяли бортовое оборудование, а пилоты придирчиво следили за их работой.
Чуть дальше, в северной оконечности базы, на небольшой взлетной полосе продолжали взлетать и садиться беспилотные самолеты-разведчики. Они приносили более полную информацию по сравнению с той, что транслировали прямо с места разведки.
— Ну что, кажется, им все понравилось, — заметил полковник Густавсон, глядя, как киношники бодро хлопают дверцами автомобилей и уезжают к жилым корпусам.