Наемник

– Вот балабол дурной! Чего ты лыбишься?

– Так я за тебя радуюсь, туша ты неблагодарная!

– Я тогда схожу, с хозяином поболтаю, посмотрю что к чему, есть ли комнаты свободные, как там со жрачкой, и все такое. – Ингвальд повернулся к Урргу. – Уррг, а ты сгоняй к этой тетке, поболтай с ней, по-родственному, как титан с титаном. Может расскажет чего интересного. Ну и еще кой-чего перепадет! Ну ты понял, да?

Бойцы снова заржали. Уррг плюнул, развернулся и потопал к избушке.

– Пожрать – это хорошо! – довольно оскалился Торгрим. – пожрать, это мы всегда готовы!

– Тебе проглоту лишь бы пожрать! Даже на бабу не посмотришь, пока не пожрешь! – проворчал Марк.

– Ясен хрен не посмотрю! Какая баба на голодный желудок! Не, ну а чего такого, мы вон, сколько дней уже в пути! Один сухпай жрем! Я не против чего-нибудь горячего и свежего пожрать!

– Ты же жрал сорок минут назад, проглотина!

– Да разве это жрал? Так, закинул в топку немножко! И вообще, солдат жрет – служба идет!

– Ладно, мужики! Кончай балаган! Солдат жрет – служба идет, надо же! Проглот – философ!

Прервал начавшееся веселье повернувшийся к бойцам Ингвальд.

– Марк, Керт, со мной! Остальные – смотреть по сторонам, жалом не щелкать, на баб не пялиться!

Ингвальд пригрозил бойцам кулаком и в сопровождении Марка и Керта зашагал к постоялому двору.

Тетку звали Фёкла, была она веселой, компанейской и говорливой. За пару часов, что Уррг провел у нее в гостях, Фёкла рассказала очень много. Родом она была с Севера, сюда перебралась вместе с мужем. Муж её, служил на одной из застав, вместе с несколькими родичами, несколько лет все было относительно тихо и спокойно, а затем произошло что-то непонятное, сюда стали доходить невероятные слухи, о том, что имперские легионы востока схлестнулись с войском каких-то могучих варваров и колдунов и были разбиты, затем варвары разбили спешно собранное ополчение, граф Тулий то ли погиб, то ли попал в плен и Восточный предел в отсутствие власти погрузился в хаос. Стали появляться залетные банды дезертиров и разбойников, однако мужики здесь жили в основном из отставников и знали с какой стороны браться за меч. Их сыновья были под стать родителям, так что разбойники, как правило, наскакивали на какую нибудь деревеньку, получали по зубам и уходили обратно, либо пытались прорваться через границу и уйти в степи. Со временем порядок в Восточном пределе навели, разбойников перебили, переловили и развесили вдоль дорог, либо отправили добывать камень на каторгу и жить стало поспокойнее. А затем степняки вдруг решили попробовать пограничные легионы на прочность, но им быстро показали, кто в доме хозяин. Во время одной из битв муж получил несколько тяжелых ран, выжил, но так и не смог до конца от этих ран оправиться. Через несколько месяцев один из отставников открыл у дороги постоялый двор и предложил им перебраться жить сюда, и работать у него по хозяйству. Мужу к этому времени стало немного полегче и они согласились.

Вместе с ними переехало еще несколько человек, тоже в основном из отставников. Так они тут и жили, пока муж не помер прошлым летом. Было у Фёклы с мужем двое сыновей, оба они пошли по стопам отца и сейчас несли службу на границе, на той же заставе, где до этого служил отец. А Фёкла осталась жить в деревне. Трудились жители деревни кто на постоялом дворе, кто занимался охотой и огородами, но в основном занимались хозяйством и жили за счет поставок зерна, мяса и овощей в армию. Народу в деревне сегодня мало, потому что они как раз отправились с обозом в Ширд и вернуться оттуда скорее всего завтра. Пока они разговаривали, Уррг немного помог Фёкле по хозяйству, переколол дрова, затем помылся, воду Фёкла нагрела заранее, плотно и от души поужинал и стал собираться, получив напоследок предложение обязательно зайти попозже, так как она может рассказать ему еще много интересного. Уррг клятвенно пообещал зайти позже и отправился к отряду.

Свободные комнаты имелись. Заняты были всего три комнаты, две комнаты занимали купец с охраной, в одной из комнат остановилась какая-то отмороженного вида девица, высокая и крепкая, с темными короткими волосами и хмурым, колючим взглядом. Девица прошмыгнула наверх, окинув сидящих за сдвинутыми столами наемников цепким взглядом. Накрыты столы были скромно, немного вяленого мяса, немного сыра и пара кувшинов легкого, как компот вина.

За соседним столом сидел купец со своим приказчиком. Купец был толст, мордат, бородат и время от времени бросали на бойцов подозрительные взгляды. Ингвальд усмехнулся. Знал бы этот купчик сколько стоит их груз, удавился бы от зависти и подозрительности.

– Значит, она говорит тихо тут? – спросил Ингвальд повернувшись к Урргу.

– Ага! Но бывает иногда и пошаливают. Бывает степняки просачиваются, в основном небольшими группами, потом соединяются в условленном месте в один отряд и идут грабить, но это редкость.

– Понятно! А в самом Ширде что?

– Ну там она давно не была, но кое-кого из легионных начальников знает. Да и мужики, которые катаются о местном начальстве отзываются в основном хорошо. Нет, начальнички там конечно ушлые и долю свою со всего имеют, но совсем, в наглую, народ не зажимают.

– Ну зажимают или не зажимают, это местным должно быть интересно. Им с ними торговать, о ценах договариваться. А моё дело груз доставить. А о взятках местным начальникам, пускай приказчик думает! Ему деньги за это платят! – Ингвальд кивнул на сидящих за их столом гномов.

– В общем Ингвальд, тут такое дело, в общем…

– Чего? А, да ты никак к бедной вдовушке собрался? Да, это дело полезное!

– Ингвальд, ну чего ты в самом деле! Ну сгоняю я по тихому, на пару часов!

– Да ладно, не дуйся ты! Иди. Награждаешься увольнением до утра, за ударный труд при разборе завала на мосту! Завтра в Ширде поляну всем накроешь! Я тебя если что прикрою, но смотри, если что не так, нажрешься или опоздаешь, пеняй на себя! Задрочу как салабона! И дезертировать не вздумай! А то пригреешься там у вдовушки, под теплым боком, да решишь остаться!

– Да ну тебя!

– Да чего ты дуешься как маленький! Влюбился в неё, что ли?

– Да ну тебя! – Уррг махнул рукой и пошел к выходу.

– Ну блин, герой любовник! Ингвальд вернулся за стол, уселся на стул, откинулся на спинку и поглядел на свою команду.

– Тиберий, что ты так на эту девку пялишься? Яйца зачесались? – обратился он к Тиберию, который пялился на разговаривающую с охранниками купца коротко стриженную девку, спустившуюся из своей комнаты вниз. Девка хихикала, строила охранникам глазки и кивала на витрины, на которых стояли бутылки с вином. Перехватив взгляд Тиберия, девка подмигнула и улыбнулась.

– А что такого? Девка как девка! – повернулся к командиру настроенный на романтичный лад Тиберий.

– Да ладно? Небось этим двоим типам завидуешь? Я не удивлюсь если она кого-нибудь из затащит к себе в номер, а там ткнет ножом в печень, обчистит кошелек и свалит!

– Ингвальд, ты серьёзно? – скорчил удивленную рожу Грендель.

– Вполне! Грендель, вот ты знаешь кто она такая, откуда она приехала, куда едет? Да и вообще, не нравится она мне! Мутная она, какая-то! Смотрит так, словно прикидывает, сколько у тебя золота в кошельке! У нас в деревне была одна такая, взгляд один в один! Её поймали потом, она наводчицей у разбойников была, подгулявших олухов вроде тебя, Тиберий в засаду заманивала! В любом случае пока не сдадим товар, никакого разгуляева, вина и девок! Тем более таких мутных!

– И что с этой девкой стало? – спросил Грендель.

– Как что? Повесили её, когда поймали! По ее наводке троих дурней зарезали и обобрали. Ладно парни, долго не засиживайтесь, винище не жрать, языком с кем попало не болтать, жалом не щелкать! Отбой через два часа, первая смена моя. Все, я пошел, отдохну немного перед дежурством.

Ингвальд встал из-за стола и пошел наверх в свою комнату.

Глава 5

Уррг вышел на крыльцо избы и потянулся. Постоял немного, спустился с крыльца и отойдя в сторону оросил растущий возле дороги куст. Затем потянулся еще раз, широко зевнул, чуть не вывихнув себе челюсть и потопал назад к дому.

Вечер определенно удался. Истосковавшаяся по мужской ласке вдовушка к его приходу натопила баню, накрыла стол, а затем буквально вытянула ошарашенного напором Уррга из-за стола и потащила в спальню, где изрядно загоняла, заставив попотеть, несмотря на его молодость и отменное здоровье. Однако и сам не избалованный женским вниманием Уррг не сплоховал, продемонстрировал бабе всю свою богатырскую силушку, да удаль молодецкую.

Уррг поднялся на крыльцо и посмотрел на хронометр. До его смены оставалось полтора часа, рано проснулся. Хронометр был солидный, местной работы. Один из мастеров оружейного производства, был в свое время одержим идеей создания часового механизма, однако со временем он успокоился и переключился на оружейную механику. Пока в Китеже ему в руки не попали сломанные карманные часы одного из бойцов, которые тот без каких либо колебаний продал заинтересованному гному, и тот снова загорелся изготовлением механических часов. Рабочих рук и мозгов на оружейном производстве Турину уже хватало и почувствовавший золотое дно гном поддержал инициативного подчиненного, выделив ему отдельную мастерскую. Упертый мастер засел безвылазно в своей мастерской, разобрал механизм по винтику, заказал кучу литературы, инструмента и деталей и через три месяца выдал таки результат. Хронометр получился по гномьи солидным и основательным. Раза в полтора больше и тяжелее оригинала, на толстой цепочке, с массивным, украшенным резьбой бронзовым корпусом и циферблатом. Турину результат понравился, и он пустил производство карманных часов на поток. Бырргу, которому Турин похвастался новым продуктом, солидно и основательно выглядящее часы тоже понравились и он заказал у мастера целую партию, для друзей и родичей. Несколько штук, для себя, брата и еще пары товарищей сделали в ручном варианте, на мощной руке титана эти массивные часы смотрелись довольно органично. Уррг еще раз потянулся, можно спокойно ложиться спать дальше, главное не проспать, сейчас была смена Тиберия, а его попробуй, смени не вовремя! Постоянно всем не довольный Тиберий вынесет весь мозг! Уррг почесал широкую, волосатую грудь и уже собрался зайти в дом, но взявшись за ручку двери вдруг остановился. Что-то его насторожило, привлекло внимание. Что это было, он сам пока не понял, то ли какой-то подозрительный звук, то ли еще что-то. Уррг медленно развернулся и прислушался. В конюшне постоялого двора тихо ржали потревоженные лошади, время от времени раздавался топот, словно кони перетаптывались на месте, что-то тихо позвякивало, будто там, стараясь не шуметь работали какими-то металлическими инструментами. Например, пытались аккуратно и тихо вскрыть запертые двери. Подозрительно было и то, что часовые во дворе никак не реагировали на эту нездоровую суету. А еще ему показалось, что за домом раздавались чьи-то тихие голоса.