Наемник

Тем временем, два больших отряда, закрутили карусель вокруг лагерей наемников, засыпая их стрелами. Наемники не сидели сложа руки и время от времени пытались отвечать, но степняки были подвижны, попасть в них было сложно, да и стреляли они ощутимо лучше, поэтому потеряв в первые минуты боя почти по десятку человек, наемники с каждой минутой отвечали все реже и реже. Единственный успех был у отряда похитителей, когда они внезапным залпом из ружей свалили сразу пятерых нападающих, однако к отряду присоединились еще два десятка степняков, до этого занимавшихся геноцидом деревенских и все вместе они обрушили на наемников такой ливень стрел, что тем стало просто не высунуться для выстрела. Хотя, время от времени они все таки пытались отвечать и постреливали куда-то в сторону врага. И даже умудрились подстрелить еще парочку степняков, потеряв правда при этом пару своих.

Пару раз нападающие пытались взять лагеря наемников штурмом, однако те успели хорошо закрепится, оборонятся они умели и оба раза у них получилось отбросить нападавших, нанеся им приличные потери. Степняки отхлынули назад и снова закрутили карусель, с визгом и гиканьем засыпая наемников стрелами, благо боезапаса у них было в избытке.

Командовал нападающими громадного роста орк, натуральный великан, не уступающий габаритами Урргу. Разъезжал он на здоровенном черном жеребце, совершенно не степных статей. Конь был явно породистый и очень дорогой, что не очень вязалось с образом вождя дикого племени. Вождь щеголял мощным голым торсом, сплошь покрытым буграми гипертрофированных мышц и сложными татуировками, вооружен он был здоровенным копьем, с длинным и широким листовидным наконечником, которым можно было как колоть, так и рубить. На поясе его висел тяжелый двуручный меч.

А степняки были именно дикими, залетными и они явно охотились за отрядом наемников и их грузом. Видимо и прошлая вырезанная деревня была делом их рук, деревенских перебили просто так, как нежелательных свидетелей, дабы те не смогли сообщить местным вождям о совершаемом на их землях разбое.

– Ну, и что делать будем? – спросил Отто Ингвальда.

– Вот мля, засада! Дохрена их! И место хреновое, теснота, постройки кругом! Сунемся внутрь, вылетит такой ухарь из-за угла, пустит стрелу, и никакое преимущество в вооружении не поможет! Побьют стрелами! Пускай втянутся, кровь друг другу пустят, как следует! А мы выберем момент и ударим!

– Решать надо быстрее! – поторопил его Торгейр. – Не забыл, там еще один отряд сюда прет! Тогда их точно для нас многовато станет! Долго наши едут!

– Да связывался я с ними недавно! – ответил Ингвальд. – Степаныч там подшаманил все, до ума довел, прут сюда на полной скорости! Минут через тридцать будут! Маловато нас, в такой замес лезть! Вмешаемся, если только что-то совсем хреновое начнется! Так, а что это там за движуха пошла?

Между тем, предводитель степняков, не торопясь подъехал к лагерю наемников, тех что прибыли позже. Остановился шагах в семидесяти от перегородивших проход фургонов, привстал в стременах и что-то громко проорал, видимо предложение сдаться.

На предложение о сдаче, наемники ответили руганью и стрелами.

Здоровяк захохотал, небрежным движением смахнул куда-то в сторону летящие в него стрелы, затем раскрутил своё здоровенное копье и громко хэкнув рубанул перед собой воздух сверху вниз. Один из фургонов словно сплющило и прорубило ударом сверху, колеса фургона подломились и он с грохотом рухнул на землю, подняв тучи пыли.

Здоровяк снова захохотал, торжествующе потрясая своим копьем.

– Вы отвергли моё предложение! Теперь вы все умрете! – заорал он потрясая кулаком.

В ответ из-за фургона полетел огненный шар, не особо мощный и быстрый, видимо у наемников имелся слабый маг, которого берегли на всякий случай.

Степняк снова захохотал, прикрылся щитом, в который огнешар уткнулся, и растекся по защите, бесполезно потратив всю свою энергию. Затем, татуированный здоровяк метнул в ответ свой огненный шар, здоровый, яркий и очень быстрый. Огнешар попал в поврежденный фургон и рванул не хуже шестидюймового фугасного снаряда. Мощным взрывом фургон разнесло на части, а контуженых наемников разбросало по укреплению.

– Вперед! – взревел степняк размахивая копьем, и его бойцы с гиканьем и визгом рванули к пролому. Навстречу полетели стрелы, нападавшие потеряли еще пятерых, но это их не остановило и через минуту размахивающая оружием толпа добралась до пролома. Там их попытался встретить оставшийся на ногах десяток бойцов, но силы были неравны и защитников перебили меньше чем за пару минут.

Десятка полтора степняков остались потрошить лагерь наемников, выискивая все ценное, в первую очередь деньги, ценности, уцелевшие доспехи и оружие, остальные отправились к своему вождю. Двое здоровых степняков волокли под руки какое-то тело, время от времени пиная его ногами. Присмотревшись, можно было с трудом узнать пижона, командовавшего отрядом.

Его подтащили к вожаку и бросили перед ним на землю. Вожак наклонился и с усмешкой что-то спросил у лежачего. Тот приподнялся на четвереньки, затем встал на колени и помотал головой, не удержался и снова рухнул в пыль.

Степняк не спеша, с достоинством, слез с коня, вразвалочку подошел к пижону и какое-то время молча его разглядывал. Затем кивнул стоящим рядом бойцам, те подхватили пижона под руки, подняли его и поставили перед своим вожаком на колени и разошлись в стороны. В смелости пижону было не отказать, он остался стоять, глядя на своего победителя.

Степняк сперва взялся было за копье, затем передумал, сунул свой здоровенный дрын в руки одному из воинов, затем медленно, не торопясь, словно красуясь вынул из ножен меч и мощным ударом разрубил пленника от плеча до пояса. Содрогающееся в конвульсиях тело упало на дорогу, залив все вокруг кровью.

Степняки торжествующе заорали и засвистели, потрясая оружием и одобряя удаль своего лихого командира.

Орали и потрясали оружием они минут пять, затем здоровяк поднял руку и все смолкли. Вожак отправил пару десятков воинов на помощь группе, которая азартно потрошила имущество наемников, экипирован отряд был неплохо и добыча степнякам досталась весьма неплохая. Сам вожак, с остатками воинства двинулся, неспешно двинулся к оставшейся точке обороны.

– Во мля, с этим гоблином во главе они их не сдержат! Если только его случайно кто не подстрелит! Не сдержат их наемники, мало их! – кивнул Ингвальд.

– Да и притихли они совсем, не стреляют совсем! Только из луков пуляют время от времени, благо стрел им эти гоблины накидали от души! Патроны видно закончились, или на крайний случай их берегут! – добавил Торгельд.

– А без патронов им жопа, сомнут! Сейчас этот амбал туда припрется, укрепления порушит и все, поминай как звали, задавят их дикари массой, против такой толпы даже пяток ружей не поможет, даже если патроны и остались! Сомнут их! Отто, Уррг! Этот урод для вас первоочередная цель, главное его сразу завалить, а с остальными уже разберемся! Уррг, на тебя главная надежда, против твоей дуры даже этот отморозок не выстоит, не промахнись, если что!

– Не промахнусь, не боись! В такую тушу при всем желании промахнуться не получится! – ухмыльнулся Уррг и подтянул поближе винтовку. – Сделаю гада в лучшем виде! Мявкнуть не успеет!

Возглавляемый вожаком отряд не успел дойти до укрепленного лагеря наемников, в конфликт вмешалась еще одна сила. Через покосившийся, невысокий частокол переметнулись несколько ловких фигур, несмотря на то, что их было всего около двух десятков, нападающие смело рванули в атаку, разбившись на несколько троек. Экипированы и вооружены они были по-разному, некоторые в легкие доспехи, некоторые в тяжелые темные латы. Вооружены они были также по-разному, легкие пехотинцы были вооружены хопешами, тяжелые латники двуручными мечами и секирами.