Нанопанк
Шрифт:
– Да не заморачивайся так! Это же не конец света!
Я взглянул на Катю, опустив папку с меню. Девушка выглядела спокойной, на лице читалась какая-то необъяснимая ветреность. Раньше всё было иначе, она всегда поддерживала, находила нужные слова. А сейчас словно подменили…
Я полюбил её не только за фантастические зелёные глаза. И не за роскошные золотистые волосы, пухлые губы и маленький носик. А за добродушие, готовность помочь не только любимому человеку, но и всему миру, если придётся. Катя была вегетарианкой и борцом за права животных.
– Легко сказать, - ответил я, повторно
– Компания стала моим домом, меня там уважали, продвигали по карьерной лестнице! Ещё полгода и я бы стал главой отдела сбыта! Но нет, директор продаёт все акции и прикрывает лавочку!
Катя ничего не ответила. Жестом поманила официантку.
Мы сидели в летнем кафе на свежем воздухе. Заняли центральный столик, где Катя могла наслаждаться солнечными лучами, бьющими в спину. Я же уселся под зонтиком, стараясь не смотреть по сторонам и не видеть улыбающихся лиц посетителей. На душе и так скребли кошки.
– Мне бисквитное мороженное с клубникой, - сказала Катя, растягивая слова.
– И не тяните резину, я вас прошу!
Официантка черкнула карандашом в блокноте.
– А мне холодный чай, - сказал я и бросил папку на стол.
– Больше ничего не лезет…
– Хорошо, - улыбнулась девушка и упорхнула выполнять заказ.
– Ты ей понравился, - с иронией заметила Катя.
– Ой, да не говори ерунды!
– махнул рукой я.
– Честно, Витя, прекрати уже ныть!
– сказала Катя.
– Сколько можно депрессию наводить! Третий день портишь мне настроение, ворчишь, жалеешь себя. Настоящий мужик давно нашёл бы новую работу.
Я с изумлением посмотрел на любимую девушку. Ничего себе предъявы! С каких пор она стала такой?
– Сейчас набирают персонал для одной корпорации, - продолжала Катя, откидываясь на спинке пластикового стула.
– Реклама пестреет по телеку и интернету. «Нанотек» вроде называется…
Я поморщился и кинул взгляд в сторону парочки за соседним столиком. Они обнимали друг друга и о чём-то шептались. Почему мы с Катей сейчас так не можем?
– Видел я их лозунги, - бросил я.- По мне чушь собачья. Нанороботы в вашей жизни! Лечение всех болезней, вечная молодость… Неужели кто-то вправду на это ведётся?
– А ты считаешь, что производство строительных смесей – это самое главное в жизни!
– ухмыльнулась Катя.
– Ты два года сидел на телефоне и впаривал людям цемент. Ты хоть представляешь какая там зарплата тебя ждёт? Подруга говорила, что за «Нанотеком» будущее и скоро корпорация станет богатейшей в мире…
– Твоя подруга вообще кто? Косметолог? Вот пусть и занимается масками своими, - фыркнул я.- А я работу найду, будь уверена.
Подошла официантка с заказом. Положила тарелку с мороженным возле Кати.
– А вот ваш чай!
– с улыбкой произнесла она, передавая мне стакан.
– Спасибо, - кивнул я, стараясь не смотреть на глубокий вырез в униформе девушки.
– Думаю, что ты не пропадёшь, - сказала Катя, осторожно соскребая с мороженного кусочки клубники.
– Вот видишь, как на тебя официантки ведутся! Прямо глазами пожирала…
– Да что ты несёшь!
– бросил я.- Плевать мне на всех остальных, я ведь тебя люблю…
– Ну-ну, - промычала Катя.
– Вообще,
Я осторожно просунул руку во внутренний карман пиджака. Нащупал мягкую коробочку с кольцом. Не самое лучшее место, чтобы сделать предложение, но я слишком тянул. В последнее время чувствовал, что Катя отдаляется от меня, становится чужой. Я не понимал в чём дело, но искал верный способ всё наладить.
Любовь сильнейшая вещь, но в тоже время очень хрупкая: один неверный шаг в сторону и эта необыкновенная твердыня даст трещину. Земля уйдёт из-под ног, и вы упадёте. И никогда не подниметесь вновь.
– Я тоже хотел поговорить, - сказал я.- И моя работа не при чём, клянусь…
– Я рада.
– Катя доела мороженое и отбросила ложечку на тарелку.
– Значит, сможешь сосредоточиться и выслушать меня до конца. Только, пожалуйста, не кричи. Знаешь, что я этого терпеть не могу!
Пальцы скользнули по коробочке с кольцом. Я непонимающе уставился на любимую.
– Нам надо расстаться, - сказала Катя.
Внутри у меня что-то разом рухнуло. Вот, что чувствуешь, когда земля уходит из-под ног и тебя затягивает в трясину.
– Ты шутишь?
– вымолвил я.
– Я похожа на клоуна?
– без улыбки отвечала Катя.
– Нет, что ты, я просто…
– Просто снова тормозишь!
– перебила Катя, вытаскивая пачку сигарет.
– Всегда таким был. Даже в лучшее наше время, когда за мной ухаживал. Я всегда ждала большего, но ты был таким скромным… не верится, что вообще потратила на тебя столько месяцев…
– Ты бросила курить.
– Горло сдавливал спазм.
– Я ведь…
Катя зажгла серебристую зажигалку, подкурила. Тонкая сигарета выпустила в мою сторону струйку сладкого дыма.
– Знаешь, врать тебе настолько легко, что мне иногда становилось страшно, - продолжала Катя.
– Вёлся на мои постоянные: «извини, сегодня я ночую дома» или «прости, милый, но весь день буду мотаться по магазинам с подружкой». Хлопал глазами, дурачок.
– О чём ты?
– Я дрожащими руками взялся за стакан. Залпом выпил содержимое.
– Два месяца сплю с другим мужчиной у тебя под носом, - ответила Катя.
– А ты ни сном, ни духом. Что ж, теперь знаешь. И не смотри на меня так, как щенок брошенный! Такова суровая правда жизни.
– Кто… кто он?
– Руки под столиком сжались в кулаки.
– Тебе-то какое дело?
– фыркнула Катя.
– Хотя, ладно… У него нефтедобывающая компания в Саудовской Аравии. Недавно обнаружили богатое месторождение. Мы женимся через месяц. Он купил виллу на Каймановых островах и всё для меня.
Вот оно что… Вот почему Катя стала другой. И почему я не замечал? Не догадывался? Неужто любовь настолько слепа? Или я идиот?
– Но Катя, я ведь тебя люблю…
– Витя, не позорься, - с раздражением произнесла девушка.
– Твоя романтика меня коробит. Запомни – любви нет. Есть только страсть, которая овладевает нами и пудрит мозги. Любая женщина выберет выгодное замужество, потому что одни дурочки верят в принцев на белом коне. Я своего принца стянула с лошади, оседлала и готова ездить на нём до конца жизни.