Напалм

Иногда, словно случайно, Жора касается моего колена своим, но, стоит мне взглянуть на него, как я вижу, что он с абсолютно непроницаемым лицом смотрит в боковое стекло и совершенно игнорирует моё присутствие рядом с ним. Еще немного, и алкоголь во мне напомнит ему, что по правую руку от него сидит женщина без трусов, которая жаждет хотя бы его взгляда — голодного, дикого. Как тот, что был в его квартире, когда мы впервые остались вдвоем.

С разочарованием понимаю, что мы едем не к нему, когда машина поворачивает на улицу, на которой я снимаю квартиру.

Внедорожник останавливается напротив подъезда. Жора выходит из машины первым, обходит её сзади и открывает для меня дверь. Подает руку и, едва я ступаю на уже остывший после дневного зноя асфальт, накидывает мне на плечи свой пиджак. Хоть эта ночь и не показалась мне холодной, но всё равно становится приятно от этой его молчаливой заботы.

Убедившись, что я крепко стою на ногах, Жора поворачивается к какой-то тонированной невзрачной иномарке и коротко кивает. Та в ответ мигает фарами и уезжает.

— И часто у дома стоит охрана? — спрашиваю, понимая, кто эти люди и под чьим они руководством.

— Только когда меня нет. Это охрана для Дениса, — сдержано отвечает Жора и ведет меня к подъезду, дверь которого передо мной открывает.

— А для моей мамы? — спрашиваю я ехидно, зная, что нормальных отношений с моей мамой он так и не установил. Главным образом потому, что не старался. Оно и к лучшему.

— А относительно твоей мамы у меня особые распоряжения.

— И какие? — интересуюсь я, входя вслед за Жорой в лифт.

— Если её будут драть крокодилы, мои люди их погладят.

— Мило, — улыбаюсь я уголками губ.

— Что именно?

— Твои отношения с моей мамой. Как у зятя с тёщей из любого старого анекдота.

— Я ждал, что ты будешь против крокодилов.

— Я не против, — выдыхаю я, чувствуя горячий Жорин запах в узкой кабинке лифта.

Меня снова бросило рядом с ним в жар, но сам мужчина продолжает сохранять всю ту же невозмутимость на своём лице и, кажется, вообще не замечает, что у меня, фактически, происходит ломка от неимоверно сильного желания ощутить его прикосновения на себе.

— Приехали, — чеканит Жора и первой выпускает из лифта меня. Идя следом, терпеливо ждёт, когда я достану из своей крошечной сумочке на цепочке ключи.

— А зачем столько предосторожности? — спрашиваю я, чтобы потянуть время. Потому что, если мы зайдем в квартиру и разойдемся по разным комнатам, то я точно знаю, что ничего не будет. А тут на лестничной площадке у меня есть шанс хотя бы на то, что Жора меня, всё-таки, поцелует. — Я про охрану у дома и наблюдение за моим бывшим.

— Учусь на ошибках друзей.

— Ты про Артура и Дениса?

— Про них, — едва заметно кивает Жора и, мягко отбирает у меня ключи.

И только я хочу поверить в то, что он сейчас швырнет их куда-нибудь в сторону и запустит пальцы в мои волосы, чтобы притянуть меня для поцелуя, как Жора открывает дверь квартиры и снова пропускает меня вперед.

Сраный интеллигент!

Вхожу в квартиру, не включая свет, бросаю сумочку на полку и прижимаюсь задницей к стене, чтобы расстегнуть ремешки босоножек. В спешке ничего не получается. Я рискую лишь сломать ногти, но не расстегнуть замочки.

Жора всё в том же молчании закрывает дверь, включает свет, стягивает свои начищенные до блеска туфли и встает передо мной на одно колено. Обхватив пальцами щиколотку моей ноги, ставит босоножку подошвой на второе колено и неспешно расстегивает ремешок. Подхватывает мою ногу под коленом и стягивает босоножку. Аккуратно ставит босую ногу на пол и то же самое проделывает со второй. С легкой улыбкой, затаившейся в уголках его губ, Жора смотрит на меня снизу вверх и не спешит ставить вторую мою ногу на пол. Приближается к колену губами и в момент, когда я хочу закрыть глаза и получить удовольствие от того, что он сделает дальше, Жора слегка дует на мое колено и тихо говорит.

— У тебя здесь царапина. Не больно?

— Нет, — мотаю головой из стороны в сторону.

Потому что больно мне не там, а внизу живота, где каждая клеточка просто кричит о том, что мне требуется разрядка. Нужно только прикоснуться пальцами, как это может исключительно Жора, и я рассыплюсь бисером, который еще несколько минут после будет скакать в экстазе и просить добавки.

— Ты первая в душ. Я подожду, — произносит Жора и с абсолютным равнодушием оставляет мою ногу в покое и уходит в кухню.

Чтобы ничего не разбить, стиснув зубы, иду в комнату, где спит мой сыночек. Умиротворенно выдыхаю, возвращая себе самообладание. Целую рыжую макушку сыну, хватаю пару полотенец и иду в ванную, чтобы быстро принять душ и больше не изводить себя развратными мыслями, главным действующим лицом в которых выступает Жора. Неприступный, как чертова скала.

Размазывая пену по телу, прикрываю глаза и понимаю, что достаточно ярко на месте своих рук представляю Жорины. Возбуждение горячим озером растекается от поясницы по низу живота и уходит еще ниже вслед за пальцами, что спускаются к клитору и почти касаются его.

Резко распахиваю глаза и начинаю еще сильнее себя ненавидеть за слабость и за то, что усугубила ее, выпив алкоголь. Еще не хватало закончить этот вечер дрочкой разведенки, чтобы уж точно захлебнуться в океане собственного отчаяния.

Быстро смываю с себя пену, заворачиваюсь в полотенца и выхожу из ванной, но не выключаю свет. Уже в комнате, переодевшись в сорочку, слышу, как Жора зашёл в душ, как зашумела вода. Подобно психически нестабильной сижу на краю кровати, покачиваюсь из стороны в сторону и, то и дело, поглядываю на дверь, под которой видна узкая полоска света и всё ещё шумит вода в ванной.

Повод, чтобы увидеть Жору последний раз перед сном, возникает сам собой, когда я вспоминаю, что в ванной не было полотенец. Достав с верхней полки шкафа самое большое, я на цыпочках выхожу из комнаты, в которой всё так же спит Дениска. Прикрываю за собой дверь и понимаю, что дверь в ванную до конца не закрыта.

— Ты знал, что я приду? — шепчу я, войдя в ванную как раз в тот момент, когда Жора выключил воду и абсолютно голый вышел из душевой кабинки, вообще не удивившись моему появлению. Швыряю в него полотенце, которое он ловит и начинает им обтираться.