Напарники

— Тогда тем более вам опасно даже звонить в полицию, когда он будет в вашем автобусе, — сочувствующим тоном подтвердила Тиария.

— Напугали вы меня! Как теперь ездить? — нервно сказал водитель.

— Всё в порядке! — важно сказала Тиария, — Позвольте нам позаботиться обо всём! Моё начальство этого так не оставит! Я же из… из этих самых…

— Фонда защиты дикой природы, — подсказал Артём.

— Точно! Из дикой природы! У моего начальника есть связи в полиции и МЧС! Мы найдём эту тварь и покараем! — Тиария аж встала ногами на сидение, чтобы казаться более важной и высокой.

— Слыш, каратель? Слезай, — Артём стащил девушку на пол, а сам обратился к водителю: — А вы возьмите мою визитку на всякий случай. Мне же дайте свой номер телефона, чтобы я мог вас уведомить о передвижениях Клима, когда мы его найдём, — Артём достал из кармана рубашки картонку со своим рабочим номером телефона, чтобы те могли связаться с ним, когда дело было не связано с криминалом.

— Хорошо. Я вам позвоню, если чего увижу. Кстати, ваша остановка скоро, ребятушки! — После этого водитель продиктовал Артёму свой номер мобильного телефона.

Автобус остановился на границе Академгородка. Артём с Тиарией распрощались с водителем и незамедлительно направились к ближайшему отделению полиции. Пока Остап делал документы, Артём успел заранее прочесть информацию о том, кто занимается делом о пропавших людях. Ими оказались полицейские из Академгородка, которые располагались ближе всего к месту преступления. Потому эти двое и приехали именно сюда.

День близился к обеду, на улице заметно потеплело: Тиария даже вернула Артёму пиджак, в котором становилось жарковато. Идти пешком до участка было всего пятнадцать минут, но по дороге туда Тиария заметно поникла и начала чесаться. Такое с ней происходило только в двух случаях: когда она забивала на личную гигиену и не хотела куда-то идти.

— Ты чего нахохлилась как воробушек? — поинтересовался Артём.

— Ненавижу общаться с незнакомыми людьми! А ещё я вру плохо! — девушка судорожно почесала шею чуть ли не до крови. — Вдруг нас раскроют? Позвонят нашему, якобы, начальству? У меня же нервы сдадут!

— Об этом не переживай! — попытался успокоить девушку Артём, — В документах все подделано грамотно, а все контактные данные и номера будут вести в мой офис, где люди осведомлены, что и кому отвечать. Проблемы могут быть, если кто-то из полицейских лично знает работников из реально существующих организаций, на которые мы будем ссылаться. Тогда у нас могут быть неприятности, и то, чуть-чуть. Прям писька незначительная.

— Хех, писька! — Тиария издала нервный смешок. — Только вот говорить мне что? Я даже примерно не знаю, что им говорить! Как вообще разговаривают представители по охране природы? Что-то про медведей? Или что люди конченые пидорасы, не уважающие братьев наших меньших?

— Оставь это на меня, хорошо? Давай без пидорасов сегодня, — подмигнул Артём, и Тиария охотно кивнула в ответ.

Они дошли до полицейского участка, зашли в здание и подошли к дежурному.

— Здравствуйте! Я Геннадий Лазаренко с издательского дома «Аргументы и факты». Могу я встретится с Виктором Мироновым? Он сейчас у себя?

— Добрый день, документы, пожалуйста, — дежурный взял документы Артёма и записал его данные в журнал посещений. Когда он закончил, то странно посмотрел на Тиарию, — А вы, девушка, по какому вопросу?

— Я из отдела по защите природы… — Тиария неловко протянула документы дежурному трясущимися руками, едва не уронив. Полицейский в окошке недовольно скривился, но всё равно принял паспорт.

— Вы вместе пришли к участковому? — уточнил дежурный, заполняя журнал.

— Так точно! — козырнул Артём. — Я тут примазался к их проверке, чтобы сюжет для статьи написать. Повезло прям.

— Не знал, что защитники природы заинтересовались нашим делом, — ответил дежурный, возвращая документы им обоим, — Миронов на втором этаже в шестом кабинете. Проходите.

— Спасибо! Хорошего вам дня! — вежливо сказал Артём и позвал за собой Тиарию. Они подняли по узкой лестнице на второй этаж, нашли нужный кабинет, постучались и зашли в помещение, где сидело несколько человек. Они сразу же уставились на пришедших:

— Вы по какому вопросу?

— Мы ищем участкового. Можно с ним поговорить? — спросил Артём.

— Можно, но побыстрее. Я очень занят, — ответил мужчина с бородой, сидящий в центре комнаты за рабочим столом. Его аккуратное расположение папок и семейное фото в рамке напомнило Тиарии кабинет Артёма. — Присаживайтесь пока.

— Спасибо, — поблагодарил Артём и сел рядом с Тиарией за стол к участковому.

— Чем обязан? — через пару минут молчаливого чтения бумаг вдруг суровым тоном спросил Миронов.

— Это ведь вы ведёте дело с убийствами в лесу неподалёку, правильно?

— Да, потому у меня так мало времени. Прошла неделя с первого дела, а мы тут топчемся на месте. Начальство давит, мы ничего не можем сделать.

— Как вы считаете — это дело рук человека или животного? — поинтересовался Артём, на что Миронов задумался.

— А вам какое дело? Вы откуда вообще явились?

— Я — Ольга Зайцева из отдела по защите природы, — представилась Тиария немного дрожащим голосом, — Моё начальство считает, что ваш преступник редкое животное. Ориентировочно, убежавшее из зоопарка. Мы бы хотели проконтролировать, что вы ненароком не застрелите бедное животное в процессе поимки…

— Бедное животное?! — взорвался участковый, — Да вы охренели там со своими животными?! Что бы там ни было — оно сожрало всех зверей в зоне пяти километров и даже двух людей! Защитнички, хреновы…

— Полегче, пожалуйста! — осадил его Артём, — Я бы хотел от лица газеты написать об этой истории так, чтобы доблестная полиция поймала сбежавшего зверя и мирно отправила его назад в клетку, а не жестоко застрелила. Об имидже участка подумайте.

— И газета тут как тут… — Миронов устало провёл рукой по лицу. — Вам-то какого хрена тут надо? Зверюшек жалко, а людей — нет? Как с вами можно общаться вообще?

— Для начала — мне всех жалко, — ответил Артём, — Но мне кажется, что если лев сбежал из зоопарка, сожрал кого-то, то не он виноват, а люди, которые это допустили. В такой ситуации наказывать надо людей, а животное оставить в покое. Так будет справедливо.

— Ты ещё будешь учить меня делать свою работу, сопляк? — хмуро спросил Миронов. Тиария знала, насколько сильно Артём ненавидит слово «сопляк» и что за этим сразу же следует. Парень и так покрылся вздутыми венами по всему телу, едва не впечатав следователя головой в стол. Надо было действовать, но нервишки у Тиарии пошаливали. Девушка сделала глубокий вдох и собралась с мыслями.

— Давайте без оскорблений тут! Сопляк-не сопляк, а он дело говорит! — вмешалась посмелевшая Тиария, — Сначала выслушайте нас, а потом поучайте и ставьте условия! Мы пришли сюда не мешать вашей работе, а принесли зацепку!