Наша цель

Вытягиваю телефон из сумочки, на что Том хмурится.

— Ты серьёзно собираешься разговаривать с ним сейчас?

— Он звонил несколько раз, даже когда я сбрасывала. Мартин никогда так не сделает, он дождётся, когда я освобожусь и перезвоню.

— Какой он галантный, — с открытой насмешливостью, говорит Том, на что я смягчаюсь, смотря на него. Сердце трепещет из-за того, что он ревнует, поэтому улыбка трогает мои губы.

— Тебе не о чём беспокоиться. Он хороший парень, — бровь Тома выгибается, смеша меня. Очень умно с моей стороны говорить, какой Мартин хороший парень, но я не могу удержаться и не получить от Тома желаемую искорку в глазах.

— Мне стоит волноваться?

— Нет, я предпочитаю лучшего, а он всего лишь хороший, — посылаю улыбку Тому и нажимаю клавишу вызова.

После трёх гудков, Мартин принимает вызов, не позволив мне даже поприветствовать его.

— Алекс, ты должна приехать.

— Приехать? — переспрашиваю я.

— На работу, ты сама должна это видеть.

— Это срочно?

— Достаточно срочно, тебе не понравится.

— Хорошо, — выдыхаю я, — я скоро буду.

Сбрасываю вызов и перебираю сотни вариантов случившегося. Мартин редко бывает таким настойчивым, но сегодня он позвонил мне семь раз, продолжая набирать мой номер, когда я переводила его на голосовую почту. Я не знаю, что не понравится мне, но понимаю, дело не в статье, потому что эта работа за Фрэнком. Все комментарии каждый получает именно от него.

— Мне нужно на работу, — сообщаю я.

— Что случилось?

— Я не знаю, он не сказал. Говорил только, что мне не понравится.

— Я отвезу тебя.

— Зачем?

— Чтобы быть рядом.

Том поднимается на ноги и тянет меня за собой. Оглядываю себя на наличие пятен на джинсах, топе и пиджаке. Том подхватывает белую бейсболку, и его светлая макушка скрывается под тканью. Я просто не могу не полюбоваться им. Белая футболка огибает мощную грудь; серые шорты до колен, по центру которых болтается шнуровка и кроссовки. Обычно он предпочитает спортивный стиль, и я поистине наслаждаюсь им, потому что ему ужасно подходит подобная одежда. Прохожусь глазами по ногам, поднимаясь по торсу и груди, упираясь в серо-голубые глаза, наблюдающие за мной.

— Идём?

Согласно киваю и выхожу из квартиры. Его ладонь держит мою до тех пор, пока мы не разделяемся и не занимаем места в машине. Но и тут он вновь берёт мою руку и переплетает наши пальцы, положив к себе на колено. Искоса я поглядываю на этот замок, и льдинки в душе тают, словно после полугодовалой зимы, наступает весна. Это похоже на центральный парк, в котором расцветает сакура. И вот оно, моё первое сумасшедшее беременное желание погулять там прямо сейчас.

Пока машина движется по оживлённым улицам города, я задумываюсь, когда мы расскажем остальным. Я уже чувствую тот шок, который получат друзья, ведь для родителей мы продолжали быть вместе, пока остальные знали правду. Но это не производит на меня эффекта: я не переживаю за это. Знаю, никто не будет нас осуждать, они лишь искренне порадуются за подобный исход, но почему-то желание рассказать Лизи первой — усиливается с каждой новой минутой. Когда она чувствовала себя плохо или у неё были срывы, подруга звонила именно мне, сейчас её поддержка нужна мне. Кроме того, она лучше меня разбирается в подобном, потому что её путь беременности уже пройден.

Поворачиваюсь к Тому, когда машина остановилась на парковке.

— Я хочу рассказать Лизи.

— Хорошо, — кивает Том.

— Ты не против?

— Почему я должен быть против?

— Ты сам узнал меньше часа назад, вдруг ты разозлишься.

— Нет, если мы скажем им первыми — я ничего плохого не вижу.

— Ты не говорил Джареду?

— О чём?

— О том, что было.

— Нет.

— Я… я говорила Лиз.

— Хорошо.

Том с улыбкой целует тыльную сторону кисти и покидает салон машины. Спешу следом и вышагиваю в одну ногу с парнем.

— Ты не злишься?

— Нет, я же сказал, — смеётся он, и меня буквально бросает в жар. Не понимаю, что с ним не так, почему он не ругается на меня.

— Том, — останавливаюсь, и вместе со мной, останавливает он, продолжая держать мою руку. — Если ты злишься, скажи мне. Пожалуйста… Я не могу думать, что ты скрываешь свои эмоции.

— Алекс, я не злюсь. Ты видишь, что я в ярости или обиделся?

— Нет… — вздыхаю я.

— Вот именно, потому что их нет. Всё хорошо, — положив ладонь на мою щёку, он оставляет поцелуй на кончике носа и с улыбкой, ведёт меня дальше.

С не скрываемым шоком, плетусь за ними. Не понимаю, что изменилось, ведь он всегда хотел держать личную жизнь за закрытыми дверями. Но он прав, я действительно не наблюдаю эмоций гнева на его лице и вообще состоянию. Он спокоен, расслаблен и счастлив. Возможно, мне тоже не помешает расслабиться.

Как только ноги добегают до кабинета, Том открывает передо мной дверь и первое, что попадает в поле зрения — бардак. Всё везде валяется. И подобный хаос не только в моём отделе, дверцы шкафа Гвенет тоже распахнуты и всё разбросано по полу. Глаза находят рамки, которые валяются на полу с разбитым стеклом. Ноги тут же подходят к ним. Смахиваю осколки и поднимаю их, поставив на стол. Задерживаю взгляд на фотографии с Картерами и вновь перемещаю его по кабинету. Останавливаюсь на красных буквах, выведенных на окне «Сука».

— Я не знаю, кто это сделал, — в дверях появляется Мартин. Они с Томом обмениваются несколько секундным взглядом, и серые глаза коллеги встречаются с моими.

— Ты не слышал?

— Я недавно вернулся, хотел зайти к тебе.

— Это какая-то шутка? Я же прибиралась тут пару дней назад. Вот что происходит, когда в моей жизни образуется порядок.

Смотрю на Тома, глаза которого холодны. Не знаю, почему, но он как будто догадывается, и тут же подобные догадки достигают моего сознания. Это сделал сотрудник, и у меня даже есть предположение, какой именно.

— Это ещё что такое? — рядом с Мартином, появляется Фрэнк.

Лицо его омрачается, когда он рассматривает обстановку в кабинете, а после находит глазами слово из нескольких букв.

— Нам нужно поговорить, — голосом моего друга, говорит он и протягивает ладонь Тому, коротко ему улыбнувшись. Мартин на всё происходящее смотрит с замешательством. — Мисс Блинд, мы либо уйдём в мой кабинет, либо останемся тут наедине.

— Тут, — киваю я.

Глаза Мартина готовы вывалить из орбит, когда губы Тома касаются моей макушки, но вместе с этим, уголки его губ приподнимаются. Парни покидают кабинет, оставляя нас наедине.

— Я знаю, чьих рук дело, — выдыхает Фрэнк.

— Я тоже догадываюсь.

— Нет, не догадываешься. Это сделал Рик. Он приходил на днях.

— Что? — ахаю я, смотря на Фрэнка с удивлением.

— Он слишком ревнив. Знает, что благодаря тебе, я познакомился с Дином.

— Фрэнк, это сделала Чарли, она заходила и увидела тут Тома. Он помогал мне убираться в шкафу. Он поговорил с ней, видимо, я стала камнем раздора.

— Я на девяносто процентов уверен, что это дело рук Рика.

— Может, они сгруппировались? — предлагаю я.

— Вряд ли, — выдыхает Фрэнк, — вызову клининговую компанию, чтобы убрали тут.

— Рик приходил сюда?

— Да. Смотрю, ты времени не теряешь.

— Ты тоже.

— Да, — смеётся Фрэнк, — я поставил точку и оставил это. Не хочу возвращаться к прошлому.

— Если это делает тебя счастливым, то я только рада подобному решению.

— Я счастлив, как будто с плеч спал тяжёлый груз.

Улыбаюсь другу и выдыхаю. С моей стороны, было бы честно сказать правду, но я не могу. Язык не поворачивается сообщить о том, что скоро я покину издательство. Мне до последнего хочется продержаться тут подольше, но, конечно, рано или поздно правда всплывёт.