Наследие
Шрифт:
— Ты… уходишь? — голос Ингер дрогнул. — Я…
— Совсем плохо? — раздраженно спросил ее Эрхольд.
— Мне теперь всегда без тебя плохо, — с горечью ответила леди Илейни.
— Иди к себе, сейчас зайду, — бросил через плечо мужчина, сворачивая к своим покоям.
— Ты ведь не обманешь меня? — голос леди стал похож на жалобный скулеж.
— Нет.
Дверь закрылась перед носом Ингер. Женщина прижалась к ней ухом, но так ничего и не услышала. Подозрение, что Эрхольд исчез, оказалось таким сильным, что леди Илейни уже готова была открыть дверь, но голос разума пересилил, и она поспешила к себе в покои.
— Надо что-то с ней делать, — проворчал черный лорд, услышав удаляющийся перестук каблучков.
Однако совсем убирать свою любовницу он не был готов. Их игры неожиданно
Она ждала его уже обнаженной. Черный лорд невольно отметил, что она похудела и подурнела. Волосы, всегда ухоженные и блестящие, сейчас казались тусклыми, сухими. Под глазами залегли темные тени, щеки ввалились, резче обозначив скулы. Ее тело теперь не выглядело соблазнительным, скорей, изможденным. Привязка высасывала из цветущей молодой женщины жизненные силы, передавая их полувиллиану.
Поджав губы, Эрхольд приблизился к леди Илейни, подставившей губы для поцелуя.
— На кровать, — скомандовал мужчина.
Ингер послушно подошла к своему ложу и легла, приняв соблазнительную позу. Дархэйм усмехнулся, наклоняясь к ней. После провел ладонью по лицу, сверху вниз, закрывая глаза, и шепнул:
— Спи.
— Эрх…
Договорить она так и не успела, уронила голову на кровать и заснула крепким навязанным ей сном. Мужчина накинул на любовницу покрывало и покинул ее покои. Нужно было возвращаться во дворец, пока еще одна его женщина не проснулась и не начала искать своего возлюбленного. Эрхольд так же стремительно вернулся к себе, поднял на руки тело Виалин и выпустил тьму.
Через пару мгновений он уже стоял в кабинете дворцовых покоев. Здесь тоже имелась кушетка. На нее черный лорд и уложил свою ношу. Расправил складки платья, удобно уложил руки и распрямился, окидывая женское тело последним взглядом.
— Бездна, — вдруг гулко сглотнул Эрхольд и покачнулся, до конца осознав, что Виалин, пусть пока и только ее тело, снова с ним.
Сердце вдруг дрогнуло, где-то внутри сладко заныло, и что-то очень похожее на счастье на мгновение окутало душу теплой волной. Покидал свой кабинет мужчина в радостном предвкушении, уже представляя, как Виа откроет глаза, как посмотрит на него и… улыбнется. А она улыбнется, уж в этом-то он уверен. Пока это тело подчиняется его прихотям, упрямица будет улыбаться ему, а не выпускать свой яд.
Эрхольд запечатал дверь кабинета и вошел в опочивальню, тут же бросив взгляд на ложе. Его новая любовница еще спала. Отлично! Все сегодня складывалось, как нельзя лучше. Черный лорд, разделся и зашел в умывальню, чтобы смыть с себя запах склепа. Он снова бросил взгляд в зеркало и чуть скривился, глядя на отразившегося там мужчину. Дархэйм ненавидел менять облик, но так он становился известным гулякой, женолюбом, забиякой и поэтом… умершим лет пять назад.
— Милый, — донесся до него капризный голосок. — Где ты?
Светловолосый мужчина в зеркале небрежным жестом поправил прядь, заправив ее за ухо, кривовато усмехнулся и направился обратно в опочивальню.
— Кошечка моя, ты уже выпустила коготки? — игриво спросил придворный знатный лорд из свиты самого короля.
— Пш-ш, — ответила ему обнаженная красавица.
— Съем, — осклабился лорд и в два прыжка оказался на кровати, нависая над повизгивающей и смеющейся женщиной.
— Куда ты пропал? — обняв за шею любовника, спросила она.
— Даже у меня есть свои потребности, — усмехнулся лорд. — Или в следующий раз я должен оказать тебе честь и пригласить на… э-э мгновения своего облегчения?
— Фу, иногда ты бываешь таким противным, — она сморщила нос, но ноги леди уже обвили мужские бедра. Она подалась к мужчине и шепнула в губы: — Ты, кажется, хотел меня съесть.
— Да, моя сладость, — и лорд накрыл ее губы своими, чувствуя, как член наливается силой. Настроение у Эрхольда было отменным.
Глава 16
Огонь плясал в камине, время от времени
выстреливая задорными искорками. В королевских покоях было не холодно, лето нынче выдалось знатное, но Его Величество любил посидеть у камина, глядя на пляшущий огонь. Особенно, когда нужно было подумать, а для раздумий поводов было предостаточно. Известия, которые привез лорд-аниторн Побережья, заставляли государя чувствовать себя неуютно. Угроза, нависшая над его королевством, да что там, над всем миром, была необычной и чрезвычайно пугающей. Виллианы! Бездна забери это рогатое отребье!Ледагард поежился, и глухонемой слуга бросился к камину, чтобы подбросить еще поленьев в огонь, но король отмахнулся, и смерд снова отошел в тень, чтобы не мешать государю. Его Величество поднялся с удобного кресла, собственноручно налил в кубок вино из кувшина, затем подлил аниторну и прошелся до стола, сжимая в пальцах кубок. Он взглянул на свитки, которые раскопал Риктор Илейни в архиве, принадлежавшем королевскому роду.
Войти туда можно было только с разрешения государя, вынести что-то невозможно вообще, столько охранок было наложено на сам архив, на подходы к нему, на дверь. И печать, которую ставил на ладонь посетителю Ледагард, выжигала вору место, где она стояла, до кости. Помимо магии, архив охраняли воины и дух-хранитель, не имевший отношения к миру мертвых. Тело его было погружено в стазис, душа извлечена и приставлена к охране ценных рукописей. Таково было желание последнего живого архивариуса, при котором украли один из свитков больше трехсот лет назад. С тех пор он стал бестелесным надсмотрщиком, которого невозможно ни подкупить, ни усыпить, ни развеять, ни отправить в мир мертвых.
— И что ты думаешь, Рик?
Лорд Илейни отошел от окна и приблизился к Ледагарду. Он взглянул на свитки.
— Я думаю, что мне стоит вернуться в замок на утесе и начать повторное изучение своего родового древа, от самых корней, — ответил аниторн. — После того, что я прочитал, как-то иначе начинает представляться история моего рода и извечное владение Побережьем.
— Да, если все это правда, то мой прадед сильно сглупил… — в задумчивости произнес Ледагард.
— Скорей всего, он неверно истолковал древнее предназначением моего рода, если я все верно понял, — ответил аниторн.
— И что мы тогда имеем? — король поднял голову и посмотрел на Рика.
Тот несильно подтолкнул пальцем один из свитков, поймал его и раскрыл, негромко зачитав:
— И потемнели небеса, и восстало море, пожирая во чреве своем цветущие земли… — пробежался глазами и снова зачитал. — Небо почернело от их крыл безобразных. Головы рогатые несли они на плечах своих, чая себя победителями… Чудища, что души пили, как нектар, убивая без оружия лишь Силою черной… Имя им — Виллианы, что значит — несущие смерть… А вот и о том, что мне говорили. — Илейни раскрыл другой свиток. — Повелитель Риерской земли, что Силой могучей был одарен и мог вызывать громы с ясного неба и море поднять и обрушить на землю, Валистар Илейнарий, — взгляд лорда остановился на Его Величестве, но тот лишь кивнул и показал жестом продолжить чтение. — Призвал всю Силу свою и обрушил Виллиана, что вел свою рать по землям Риера. Не пошатнулся Виллиан, лишь укрылся крылами, а после смеялся в лицо Валистару, словами браня его гадкими. И смеялась с ним рать его мерзкая. Когда же взвилась Сила черная, устоял Валистар и войско его, в ком дар был от Богов ниспошленный. И понял тогда Повелитель Риерский, что бессильны они друг против друга, пока Силы свои призывают. И выхватил меч Валистар, приказав изрубить Виллианов.
— Стало быть, Божественный Огонь…
— Он сотворен не магией, — ответил Риктор.
Ледагард допил вино и со стуком опустил кубок на стол.
— Однако, если верить свитку, и Валистар Илейнарий прародитель рода Илейни, значит, твой род был одарен. Отчего же тогда утратил свою Силу? Магию невозможно утратить совсем. И даже, если маг выгорает, его детям дар передается. Всем, без исключения. Даже дети, рожденные при смешенном браке, обладают Силой в полной мере. Как же потомки Валистара смогли потерять свою магию? Судя по тому, что тут написано, — король потряс свитком, забрав его из рук аниторна, — твой предок повелевал стихиями.