Наследие

— Однако ваш прадед оставил жизнь моему деду, — произнес Ритор. — А ваш отец позволил нам завести дракона. Сомневаюсь, что мой отец, зная об угрозе уничтожения, действовал самовольно.

— Ты не совсем прав, — усмехнулся Ледагард. — Мой отец намекнул, что дракон — хороший подарок для маленького лорда. Конечно, Октор удостоверился, что Его Величество не шутит, и одобрение было им получено.

— А вы, государь, позволили мне и моему дракону вернуться, — закончил Илейни. — И это привело жрецов в ярость.

— Они были недовольны, — уклончиво ответил король, но его кривая ухмылка показала степень недовольства жрецов. — Но я надеялся, что твое прилюдное покаяние примирит их с моих решением. Однако тебя попытались сжечь. Это было досадно. Мне пришлось вызывать старшего жреца и врать ему, что твое назначение временное, и я всего лишь хочу тебя использовать, чтобы показать жителям Побережья, что им не нужен аниторн, им нужен король.

— То, что вы говорили мне еще после Игр, — усмехнулся Рик.

— Именно, мой мальчик, — кивнул венценосец. — Я и старался подольше задержать тебя во дворце, чтобы они немного угомонились. И собирался держать поводок натянутым, так же, чтобы жрецы считали тебя марионеткой. Ты для них — угроза, они угроза для меня, и теперь я извиваюсь, как змей, изворачиваясь между тем, чтобы помочь тебе разобраться с прошлым твоего рода, и не рассориться с ним. По большому счету, ты мне, как аниторн не нужен, и ты это понимаешь. Но…

— Но… — Рик жадно подался вперед.

Король хохотнул, глядя на жадное любопытство, сверкнувшее в глазах Илейни.

— Наследие есть не только у тебя, мой мальчик. Есть завет моего предка — короля Тирнарда Мудреца. Оно сродни священной огненной книге, но только для моего рода. Мы знакомимся с ним, как только переступаем порог отрочества. И в этом завете есть требование, именно требование, Рик — хранить и оберегать род Илейни, будто кровь свою, ибо мир наш покоится на плечах их. Не учинять сему роду разорения и пагубы, не изгонять с земель их, ибо земли те принадлежат роду Илейни испокон веков, в них сила их и надобность. Почитать право их на дружбу со зверям, огнем дышащими.

Ледагард замолчал, насмешливо глядя на аниторна. Риктор откинулся на спинку кресла, задумчиво барабаня пальцами по столу.

— Ты все узнал, что хотел? — спросил венценосец.

— Так вы все знали с самого начала, — невесело усмехнулся Рик.

— Не все. Например, я не знал о вторжении. В моих архивах говорится, что твари все-таки из Бездны, но в древних свитках упоминаются драконы, поливавшие врага огнем, только говорится там, что их послали Боги. Но то, что жрецы управляют Божественным Огнем, мне известно, потому я, как и мой прадед, знаю, что служители способны провернуть шутку и погасить огонь в чашах, обвинив меня в ереси, и объявив гнев Богов. И если бы не этот проклятый полувиллиан, я бы был осторожней. Теперь все?

Аниторн широко улыбнулся и объявил:

— Государь, я хочу заполнить драконники драконами.

— Исключено, — теперь Ледагард был возмущен искренне. — Ты только что услышал…

— Я дам вам Божественный Огонь, Ваше Величество, — улыбка стала запредельно счастливой, и королю показалось, что он может разглядеть каждый зуб во рту аниторна. — Клянусь, государь. Какой хотите: очищающий, благословляющий, карающий. У меня есть умелец, который так же открыл секрет Божественного Огня. И если угодно, я разыграю такую шутку, что шутки жрецов покажутся бормотанием блаженного. Только скажите, и мы обернем гнев Богов против них. У вас завет, у меня предназначение, где-то рядом бродит Дархэйм, а мы боимся выступить против жрецов, готовых уничтожить мир только ради сохранения своей власти.

— Рик, уничтожать культ нельзя! Людям нужна вера. И если мы отнимем ее, чем заменить?

— Зачем уничтожать? Приструнить! Не вы ли посланник Богов на земле, государь? Не вы ли их прямой потомок? Жрецы лишь посредники…

— Ах, ты… — Ледагард погрозил аниторну пальцем и хохотнул: — Лис! Пройдоха! Значит, умелец? — он задумался, покусывая кончик ногтя на большом пальце. — Ах, как завлекательно… Как любопытно. Хорошо! — король хлопнул ладонью по столу. — Дозволяю заполнить драконники. Но будь готов привести своего умельца.

— Непременно, государь, — поклонился Рик. — И еще…

— Еще что-то?!

— Я готов принести вам клятву верности, родовую клятву, чтобы вы не усомнились в моей преданности…

— Решил защититься клятвой? Молоде-ец, это верно. Нам, королям, потомки бывших правителей могут показаться подозрительными. Завтра поговорим, Ее Величество проснулась. Если она увидит, что я говорю с тобой…

— Понял, — спешно кивнул Илейни. — Благословения Богов, Ваше Величество.

— И тебе, коварный лорд, — хмыкнул Ледагард, и кристалл погас.

Рик еще некоторое время смотрел в пустоту, но вскоре закинул руки за голову и потянулся, удовлетворенно хмыкнув. После поднялся на ноги и покинул кабинет, дел на сегодня у него было еще много, и аниторн решил не терять времени даром.

— Где мои гости? — спросил он у ожидавшего за дверями покоев слуги.

— В трапезной, господин, — ответил светловолосый немолодой мужчина, почтительно склонив голову.

— Все?

— Все, господин.

— Хорошо, я там же позавтракаю.

Аниторн вошел в трапезную, и негромкий гул голосов сразу смолк. Десять лордов и пятеро драконоводов, ютившихся с краю длинного стола, не смея сидеть рядом с господами, поднялись, приветствуя своего лорда поклоном. Риктор махнул рукой, и мужчины вернулись на свои места.

За вчерашний день они не так много разговаривали, хозяина замка занимали свитки и карта. Потому, выслушав имена пятнадцати мужчин, он позаботился об их обустройстве и закрылся с Дальгардом в кабинете, не покинув его до ночи. И сейчас долг хозяина дома и господин требовал больше узнать о тех, кто прибыл служить ему.

— Как почивали, благородные лорды, любезные мужи? — спросил он сразу у всех.

— Замок Илейни уютен, перины мягкие, — ответили ему с улыбкой.

— Я рад, — ответил улыбкой аниторн.

— Господин, — один из простолюдинов поднял руку, привлекая внимание. Рик перевел на него взор, и мужчина немного смутился. — Мое имя…

— Томлах, я помню, — кивнул лорд Илейни.

Драконовод снова смущенно улыбнулся.

— Благодарю, господин. — Однако быстро справился со смущением. — В замке пробуждается огонь, я чувствую.

— Мы все чувствуем, — вставил второй драконовод. — Это наш дар.

— Да, дар, — согласно кивнул Томлах. — Мы можем облегчить страдания бедному дракону.