Настя
Шрифт:
— А не меркантильно? Для родины стараетесь.
От услышанного, сидевшие рядом мужчины переглянулись меж собой и затем, возмущенный Седой, дополнительно глянув на Настю, согласно кивнувшую ему в ответ, засипел выговаривая свое негодование за всех.
— В натуре, начальник, мы для родины как видишь все на рамс мутный подписались, а вот чем она нас в ответ ласково помажет, не сечем.
Комиссар, от услышанного справедливого возмущения, заулыбавшись, спросил у женщины.
— Как вы Настенька с ним общаетесь в таком ключе? Ух, как сырым казематом повеяло. Оплата, три малые черные, по возвращении в стаб.
В вечерних сумерках, остановившиеся на ночлег в перекосившейся после погрома неизвестными будки придорожной шиномонтажки, группа Насти, готовилась ужинать. Седой, ловко прятал в своих ладонях банки с кашей, деловито прищуривая глаза и сосредотачиваясь. Затем, после минутного разогрева содержимого своим даром он довольный передавал ужин своим
— Седой, я вот что никак не пойму. Ты, когда в больнице стаба лежал почему за врачихой тамошней, как ее звать то, а вспомнила, Викторией не приударил? Или не к душе женщина пришлась?
Прозвучавший явно не в тему происходящего похода группы вопрос, заставил со смаком пьющего крепчайший чай мужчину, поперхнуться, расплескав на себя кипяток напитка. Переводя растерянный взгляд с Чеха на Настю и обратно, он, ища в вопросе подвох, заулыбавшись ответил.
— Хороша конечно Маша, да не наша.
Настя, делая вид что не замечает растерянность своего бойца, набрав в грудь побольше воздуха, подув в свою кружку, отхлебнула горячий чай и внимательно, со своим характерным прищуром уставилась на мужчину, произнеся.
— Так я не поняла тебя, не нравится что ли баба или хоровода конкурентов вокруг испугался?
Седой, совсем растерянно посмотрел на своих товарищей и стыдливо опустив глаза ответил.
— Пахан, в натуре, где я и где эта Машка. Она не то что присунуть от меня не примет, она даже чего базарить на полизать не подпустит. Вероника лярва точеная под не могу, а я кто, бродяга, не вашим не нашим, вроде и в Людях, но вот только в стороне, не при делах общих.
Настя, продолжая смотреть на своего бойца пристальным взглядом, требовательно спросила.
— И почему так складывается?
Мужчина продолжая смотреть в пол мастерской, тяжело вздохнув заговорил негромко, явно выворачивая свою душу наружу перед товарищами.
— Короче, помню косяк за собой конкретный, из прошлого. Да помню, он мне снится иногда оттого и помню, а не знаю. Я как откинулся после четвертой ходки, на малину заехал, душевное равновесие поправить. Ну там короче побухать в волю с корешами да потом обмозговать какую тему дальше по жизни тянуть. Все ништяк было, но по пьяни на лярву какую потянуло и нет бы вызвать шлюх да дрючить их в тему. Нет, потянуло на простое да не заплеванное с других херов под завязку. В общем вышел на улицу да в переулке углядел Машку. Я бухой был в говно, половину и не помню. Дальше без базара ее в хату приволок.
Седой замолчав, попивал остатки своего чая старательно смотря в пол. Затем, тяжело вздохнув явно по новой переживая былое, продолжил свой рассказ.
— В общем, подрюкали ее по разным дыркам душу веселя, кто с дымохода до глотки стремился достать, кто наоборот, под конец, в три смычка как в кине заграничном, все пытались ее продырявить, все бухие, весело всем. Я за себя толком и не помню, в ноль ужравшись был ну думаю от других не отстал, там все свою стоячую крутость светили. Ну, Машка конечно сопли да слюни развазюкала, домой просилась, базарила что ей в больницу срочно надо. Утром как очухался, а на малине у нас жмурячка. Я походу последний оклемался, кто пораньше подорвался, те тему вкурив, свалили. А следом мусора в хату вломились, походу меня с этой курвой и слили, кореша мля. Не, я конечно следаку базарю мол не приделах, пока все в хате были то лярва живая была и веселая. Ну она же сама пришла, когда ее позвали, ей денег посулили за трах вот и повелась шалава, молодые шлюхи за деньги хорошие на все ведутся им хоть ссы в глаза не западло. Деньги, да вон у нее в кармане торчат, рассчитались все на мази, как добазаривались, а то что телка мертвая, так я спал всю ночь и не при делах. Следак матерый был, ему эта лярва похеру, ему что повкусней в дело нарисовать надо, а не за манденку полиролить свои бумажки. Зашугал он меня короче, статья светит на западло, но не это самое паскудное, Машка эта, беременна была, эта тварь мне даже пол киндера обсказала, мальца мы с мамашкой получается замочили. Ломануло меня тогда не по-детски, совесть за кадык поймала или побоялся с Людей скатиться, в ответке на разборе за тему западлянскую. Я петельку смастил в камере из брючины, да не повезло, вертухаи просекли, откачали в больничке. Ну а дальше пока от пережитого поплыл, да в жилетку сопли пускал, язык распустил, слил следаку пару тем конкретных под больших Людей. Тот в свою очередь меня от лярвы этой отмазал, другого кого-то под этот западляк подвел.
Дружба короче у нас с этим мусором пошла. Вот только у Людей чутье звериное, меня хоть и не срисовали нигде, а недоверие все одно само собой появилось. Вот, вроде авторитетный Человек, только у него своя тема и мы не при делах. С этим клеймом без палевным и тяну хомуток по жизни.Все какое-то время сидели молча, переваривая услышанную исповедь Седого. Затем, Настя, поставив свою пустую кружку на импровизированный стол, проговорила.
— Было и прошло. То, что не побоялся поделиться, молодец, вдвойне по-мужски. И еще, Седой, все что ты рассказал было там, поверь, здесь будет еще грязнее. А за Викторию, подумай, огонь баба. Сейчас отбой.
Глава 16
Двигаясь к намеченной цели, сливаясь с местностью скользящими тенями от кластера к кластеру, Настя, с теплотой в душе отмечала для себя, насколько изменились ее бойцы или как говорят в стабе “сучьи дети”. Пусть треплятся пока, язык то без костей, оттого и резать особо длинные будет проще. Но до этого сладкого момента, еще нужно умудриться дожить в жерновах хитросплетений местных политических интриг. Главное в этом выживании, зацепиться за свою незаменимость для хозяев региона, а про себя неумолимо помнить, что незаменимых нет. Ну или самой, старательно заботиться что бы не было, потому как в след за ней могут взяться за ее мужа.
Внезапно, вся группа остановившись рассредоточилась, занимая боевое построение, включая ее саму, сперва сделавшей, а потом осознавшей произошедшее. Потянув носом воздух в себя, она явственно почуяла резкий запах табака, прилетевший из недалекой рощицы, метров сто пятьдесят до которой, определила Настя на вскидку. Двигаясь в высокой траве и постоянно запуская свой дар, женщина, приблизившись к роще вплотную, распознала четыре не прожаренных куска. Трое чуть в стороне от одинокого четвертого, лучше не придумаешь для захвата. Одинокой целью, оказался безмятежно спящий на пенном коврике рейдер, от которого несло убойным выхлопом перегара на несколько метров, он даже не сразу проснулся после того как его спеленали и заткнули рот. А вот вторая, замеченная ей цель едва не рассмешила до истерического хохота всю группу Насти. Двое молодых рейдеров, без штанов, трахали поочередно привязанную к вывороченному пню пустышку. Вернее, один самозабвенно совершал эти действия, а второй, стоя рядом, со стоящим мужским достоинством, подгонял своего товарища словами, сетуя на его неторопливость.
— Репа, ну ты давай быстрее кончай, что тянешь то. Не один небось.
На что, прикрывший глаза от удовольствия Репа, совершая мерные движения туда-сюда, лениво отвечал своему товарищу.
— Слышь Щелкунчик, ты не борзей у тебя сегодня уже три захода было пока мы с Кляксой спали. Ты же даже жрать не стал, чтобы меня обскакать без очереди. Успеешь еще, мы тут думаю на денек задержимся, жратва есть, бухло тоже не кончилось так что не торопи, как кончу так кончу. Отвали короче, не ломай нирвану. Еще покури пока, никуда эта цыпа не денется, дождется и тебя, любвеобильная наша девочка.
На все эти действия, накрепко привязанная к вывороченной коряге зараженная, только угрожающе урчала, сквозь плотно забитую пасть кляпом, сверкая голодными глазами. А следом, раздавшийся ехидный женский голос, заставил обоих незадачливых рейдеров замереть на месте, уставившись в направленный на них ствол Винтореза.
— Привет, половым активистам или вернее будет сказать, активным половикам. И кстати, вижу вы в курсе о том, что она урчит. В общество зоофилов подались, юные извращенцы?
Оторопевшие рейдеры, беспомощно таращились на невесть откуда появившихся противников. Так и продолжая оставаться в застигнутых позах, один, со стоящим достоинством, другой, пристроившись к зараженной, но оба с поднятыми руками.
— Там мы это, она короче только вот заурчала, а так все нормально было.
Начал медленно оправдываться Репа, стараясь микро движениями, мелко перебирая ногами по земле, выйти из продолжающей глухо урчать пустышки. Наконец ему это удалось и он, медленно с поднятыми руками, повернувшись в сторону Насти, выставил вперед свое стоячие мужское достояние, которое произвольно разрядилось пульсирующими толчками, исторгая из себя семя, едва не долетевшее до ботинок женщины. В следующие мгновение, размытой тенью метнувшаяся к нему, Настя, жестким ударом приклада своей винтовки в голову, сбила незадачливого бедолагу с ног и принялась яростно пинать того. Как всегда, выбирая самые уязвимые места на теле жертвы. Попытавшийся дернуться на выручку своему товарищу Щелкунчик, оказался мгновенно сбит с ног Чехом и связан в “ласточку”, оно все надежней и безопасней, для всех. Через пару минут зверствования Насти, избиваемый Репа, уже даже не выл, он, просто скрючившись в позе зародыша, лежал страшно закатив глаза, не издавая ни звука от скрутившей его повсеместно боли, это и отбитое жесточайшими ударами мужское достоинство, мгновенно распухшее до пугающих размеров, сломанные ребра и разбитое до неузнаваемости лицо. Наконец, остановившаяся Настя, скомандовала.