Не боги

– Все правильно Сава тебе сказал, – закивал Слава, – ни о чем не думай, все нормуль! Если надо будет помочь – мы всегда поможем. Тем более, насколько понял, ты в этой «лечебнице» на свободных условиях лечиться будешь.

– Я еще вообще ничего не знаю, – вздохнул Артем.

– Да брось ты, все будет хорошо. Еще прокатимся, как бывало, – Мишаков хлопнул его по плечу и засмеялся.

Нет, сомневаться в Славке не было смысла. Дождались нотариуса. Артем подписал необходимые документы и, попрощавшись, поехал в «лечебницу».

Там его уже ждали.

– Цикл процедур я уже расписал, – Ялынский показал бумаги. – Сделаем еще два дополнительных анализа, обязательно – компьютерную томографию, для широты картины, так сказать, и после этого – лечение, необходимую терапия, техника и препараты есть, самые лучшие, не волнуйтесь. Постараемся сделать все, чтобы обойтись без операции, но даже если этого избежать не удастся – подготовим вас к ней в самом наилучшем состоянии. Далее. Палата ВИП, одноместная, с телевизором, холодильником… – но тут Артем его прервал:

– Нет, нет. Там я со скуки помру. Давайте к людям поближе.

Семен Андреевич нахмурился.

– Как же так? Мы и с Савелием Ильичом все согласовали.

– Ну, Савелия Ильича я как-нибудь сумею переубедить. У вас ведь есть места?

– Конечно, есть, – продолжал хмуриться Ялынский, – но у нас ведь контингент в центре весьма разнообразный. Люди лечатся, так сказать, абсолютно разные…

«…И наверняка все платят денежку. С улицы ведь ты сюда не возьмешь?» – подумал Артем.

– Вот и славно. Чтобы вас, Семен Андреич, не напрягать – пусть все будет как у этих самых людей: халат, тапочки, расписание, что там еще? Надо будет мне куда-то отлучиться – я вам скажу.

– Конечно, конечно, – закивал главврач, – у нас тут для всех такие правила. Больной с разрешения заведующего отделением может выйти при необходимости, у всех для этого есть повседневная одежда в гардеробе. Само собой, не часто, и безо всяких там злоупотреблений, все-таки у нас тут медицинское учреждение, и с этим очень строго. Но у вас, Артем Григорьевич, будет свободный график, так сказать…

– Спасибо, Семен Андреич, обещаю не наглеть, я все-таки сюда пришел лечиться, – настроение Артема сразу упало. Тут он вспомнил:

– Ах да! Я под шлагбаум заехал и машину поставил на служебную стоянку, ничего?

Ялынский замахал руками.

– О чем речь?! У нас круглосуточная охрана, я распоряжусь, чтобы вас впускали и выпускали в любое время. Данные машины только мне напишите.

Артем написал.

– Хороший номер – три двойки. Всегда хотел такой иметь, – заулыбался главврач.

– Число хорошее. Кстати, Семен Андреевич, – Артем, прищурившись, посмотрел, на Ялынского, – а у вас есть палата под таким номером?

– Есть, – главврач придвинул ноутбук, – минутку… и место там есть. И люди хорошие. Хотите туда?

– Раз хорошие люди в палате под хорошим номером, – улыбнулся Горбунов, – можно устроить?

– Точно не пойдете в ВИП-палату?

– Точно.

– Тогда еще минутку, – Ялынский нажал интерком. – Дмитрий Витальевич, ты на месте?

– На месте! – в интеркоме прогудел густой бас. На заднем плане играл «Space».

– Мы сейчас к тебе спустимся с нашим новым, очень важным пациентом. Все объясню позже, жди.

– Все понял, уже жду, – пророкотал бас и отключился.

– Пойдемте, – Семен Андреевич улыбнулся и протянул руку к двери.

Дмитрий Витальевич оказался здоровенным брюнетом. На его бейджике была написана фамилия «Бойко». Покосившись на Ялынского, он что-то углядел у того в глазах. Сложить увиденное и ранее услышанное, и понять, что Горбунов – не обычный больной, было делом пары секунд.

– Милости просим в нашу обитель, – пробасил Бойко, подобравшись. – Что требуется от меня?

– На Артема Григорьевича распространяются все привилегии пациента ВИП, – заважничал Ялынский. – Но лежать он будет в 222-ой палате, так он сам захотел. Поэтому надо обеспечить его всем необходимым, показать основные помещения центра и проводить до места, так сказать, лечения.

Бойко снова покосился на главврача. Артему показалось это забавным, но он не подал вида.

– Все понял, – пророкотал завотделением.

Через двадцать минут Артем, экипированный в пижаму и тапочки, стоял перед дверью с номером 222. «Ну, дай Бог!», – подумал он, толкнул дверь и вошел.

Глава 8

– Доброго здоровьичка! – Артем медленно вошел в палату и огляделся.

Ему почему-то казалось, что места будет меньше. Но нет: палата была очень просторная, а два окна обеспечивали прекрасное дневное освещение. У стен стояли четыре кровати, лишь одна из которых была строго застелена («Моя», – догадался Артем), у каждой – тумбочка, посредине комнаты стояли стол со стульями. За столом сидели двое и резались в домино. Один помоложе, лысый, примерно одного возраста с Артемом; другой – явно постарше.

– И тебе не хворать, – ответил тот, который помоложе, лишь мельком глянув на вошедшего. – Ща, минуту… Все, рыба, Соломоныч, считаем!

– Да что тут считать, Васенька, – вздохнул «который постарше» и бросил кости на стол.

– Вот так всегда, – уже обращаясь к Артему, сказал лысый. – Сначала хорохорится, а потом – э-эх! Василий, – он медленно встал и протянул руку.

– Артем.

– А это господин Либерман, собственной персоной, люби и жалуй.

Артема несколько покоробило такое «тыканье» со стороны Василия, и, похоже, Либерман это почувствовал. Пожав руку Артему, он сказал:

– Меня зовут Лев Соломонович. Вы не обращайте внимания на этого оглашенного, он всем тыкает – знакомым и незнакомым, так уж воспитан. Но человек хороший, поверьте.

– Да, тыкаю, – с гонором воскликнул Вася, – и мне не стыдно. Вот президент бы сейчас зашел – я бы и с ним на «ты» поговорил, плевал я на эти условности! А здесь мы вообще равны как в бане, обычные сопалатники. Кстати, ты в доминго играешь?

– Во что? – не понял Артем.

– В домино, Артем… как по отчеству? – спросил Лев Соломонович.