Не делай этого

Будучи от природы любознательной, Лиззи обсудила эту тему с сестрой, выслушала, что говорят о джентльменах знакомые девушки и пришла к выводу, что для любви, прежде всего, нужно встретить подходящего молодого человека. Вот Мэри же встретила своего викария: оба любят делать добрые дела, читать заумные книги и возиться в саду. Немудрено, что когда Лиззи представляла себе будущего избранника, то непременно видела его владельцем большого конного завода. А такие мелочи как цвет волос или глаз, характер или возраст её вообще не интересовали.

Приятель Джорджа, судя по тому, что она о нем слышала, никакого отношения к разведению лошадей не имел, но эти почтенные животные моментально вылетели у девушки из головы, как только она встретилась взглядом с серыми глазами джентльмена. На его чуть вытянутом с высокими скулами лице сразу же появилась добродушная улыбка, но Лиззи оказалась не в состоянии на неё ответить. Она как зачарованная продолжала разглядывать гостя. Темные, с золотистым отливом волосы офицера чуть вились. Уложенные в модную прическу, они эффектно обрамляли высокий благородный лоб.

Девушка ещё никогда не встречала настолько привлекательного мужчину. Он был не то, чтобы очень красивый (у Джорджа, например, было более правильное лицо), а какой-то особенный, яркий, настолько бросающийся в глаза, что болезненно сжалось сердце, заполыхали щеки, стали огромными и неуклюжими руки...

– Лиззи, что ты стоишь как столб,- рассердилась мать,- поприветствуй джентльмена!

– Извини, Генри, - покровительственно сжал её плечи смеющийся брат, - но сестра у меня настоящая дикарка!

Опомнившаяся девушка впопыхах сделала неуклюжий книксен, и от этого вообще пришла в полное смятение, покраснев чуть ли не до слез. Однако Джордж весело рассмеялся, поцеловав её в висок. Рассмеялся в свою очередь и гость.

– Лиззи, моя очаровательная сестричка, как же ты выросла!

– Да чем угодно только не умом, - тяжело вздохнула леди Кларенс, - хоть бы ты на неё повлиял. Меня эта егоза совсем не слушается - одни лошади в голове!

Так ворча и жалуясь на непослушную дочь, женщина провела гостей в дом. И пока они приводили себя в порядок, Лиззи в нервном оцепенении простояла в столовой. Повернувшись лицом к окну, она в панике пыталась понять, что происходит. Почему ей настолько не по себе, и что в этом молодом человеке такого, отчего хотелось смотреть на него, не отрывая глаз?

Девушка всегда отличалась волчьим аппетитом, который отнюдь не усмиряли обычно подаваемые к столу в Кларенс-холле овсянка, тушеные бобы и картофель с бараниной. И сегодня с утра она только и предвкушала, как усядется за праздничный стол и будет уплетать всё заботливо приготовленное кухаркой для молодого хозяина.

И вот перед Лиззи суп, рыба, жаркое, цыплята, пироги, овощи, соусы, соленья, сладкие и несладкие пудинги, сладкие кремы и желе, а в рот ничего не лезет. И она даже знала причину отсутствия аппетита! Вот он сидит по её левую руку и ловко орудует ножом и вилкой, а она взволнованно вздрагивает даже от звона фарфора.

– Лиззи, дорогая, почему ничего не ешь?
– полюбопытствовал брат.
– Тебе нездоровится?

– Нет-нет, - поспешила его успокоить Лиззи, кинув всполошенный взгляд на соседа,- я здорова. Просто чуть-чуть расстроена!

– Вот как?
– удивился Джордж.
– Что же привело тебя в такое отчаяние, уж не наш ли приезд?

– Нет, конечно,- перепугалась девушка, не заметив добродушной насмешки, - я так рада видеть тебя и ... сэра Генри! Но, - краем глаза она заметила, что сосед оторвался от еды и повернул к ней голову, - сэр Арчибальд надумал продать свой конный завод!

– Лиззи!
– укоризненно покачала головой леди Кларенс.
– Неужели даже за столом не можешь забыть о своих лошадях! Ты ведь юная леди, а не конюх!

Однако сообщение заинтересовало и виконта.

– Сэр Арчибальд решил продать завод, - изумился он, - но почему? Ведь его дела шли хорошо!

Мать бросила на сына усталый взгляд.

– Продажа - единственный способ оторвать твою сестру от каждодневных посещений конюшни! Это уже стало настолько неприличным, что пошли разговоры, а ей хоть бы хны! Она и заболела-то оттого, что простудилась, выезжая кобылу!

Лиззи виновато съежилась, но метнула сердитый взгляд на родительницу: вовсе не зачем говорить об этом при сэре Генри! Что он теперь о ней подумает?

– Я тоже очень люблю лошадей, - вдруг раздался его мягкий голос, - и в детстве постоянно сбегал от гувернера на конюшню. Ведь там так интересно!

Девушка робко повернула голову к Вудворту и увидела улыбающееся лицо. Их глаза встретились, и всё! Лизи з в тот же миг поняла, что это он - тот самый подходящий джентльмен, достойный её любви. Сердце сделало тревожный скачок, губы растянулись в ответной улыбке, стало жарко, странно, чудесно...

Виконт обменялся с матерью красноречивыми взглядами.

– Как ты похожа на отца, Лиззи, - тяжело вздохнул он,- особенно когда так улыбаешься!

От юной леди, конечно же, скрывали подробности скандальной жизни Кларенса, хотя кое-что все-таки долетало и до её ушей, но это были сущие мелочи. Наверное, поэтому на замечание брата девушка не отреагировала в должной мере.

– Чем же мы можем быть похожи? Папа не разводил лошадей, - обиженно заметила она.
– Если бы он увлекался ими, то в наших конюшнях нашлись кобылы для моего жеребца Дика Слая. И тогда можно было получить хороших жеребят и ...

– Лиззи!

Леди Кларенс даже побагровела от гнева, окинув дочь предупреждающим взглядом. С насмешливой укоризной приподнял брови и брат, правда, с трудом сдержав смех, зато джентльмен, из-за которого была произнесена столь проникновенная речь, полыхнул в её сторону веселым огнем глаз.

– Конечно, - согласно кивнул он головой, промокая салфеткой губы, - вы правы, леди Элизабет! Хорошие жеребята - залог процветания любой конюшни. Думаю, Дик Слай - скаковой жеребец?

– О, да!
– оживилась Лиззи, с нескрываемым обожанием взглянув на собеседника.
– Он сын Слая Пикта, победителя Аскота 1802 года, а его мать Грация - дочь Свирепого Дика, который трижды брал кубок Дерби. У меня есть родословные всех чистокровных верховых жеребцов конюшни сэра Арчибальда. Я слышала, что настоящие арабские жеребцы имеют родословные, которые ведутся арабами чуть ли не с библейских времен...

– Это очень и очень интересно, - сэр Генри окончательно отложил в сторону столовые приборы.
– Оказывается, вы - настоящая лошадница, леди Элизабет. Когда же я познакомлюсь с этим уникальным скакуном?

Лиззи едва не выскочила из-за стола, чтобы отвести гостя в конюшню, но её пригвоздил к месту негодующий взор матери.

– Дорогая, - мягко упрекнул сестру и Джордж, - ты сама не ешь и не даешь поднести ложку ко рту сэру Генри. Всему свое время! Ты ещё успеешь провести нашего гостя по всем конюшням округи. Лучше расскажи: как там Мэри? Я думал, что она со своим мужем разделит с нами обед.