Не мир

***

До ночи дожили.

Выжившие так и сидели в полутьме и скуке, все эти часы. Потом был дан приказ подниматься в жилой зал. Сверху как раз потянулся тёплый запах разогреваемой тушёнки.

Люди организованно зашли на второй этаж, занося не тяжёлое имущество, добытое сегодня в крепости бандитов. Крупным было решено заняться на следующий день.

Борисовна материализовалась как вурдалак из тени, подхватила безымянного под руку и поволокла в сторону от общей массы вошедших.

— Мне дочь уже доложила об очередном проявлении твоей любви друзей заводить. Пойдём в Юркину палатку, потолкуем.

Тут как тут увязался и Андрей — затычка в каждую дырку, филантроп и просто авантюрист. Отпустил руку сестры:

— Ужинай без меня, мне тоже на совещание нужно.

Алина по-доброму отшутилась:

— Прям нужно! А то в штаны насовещаешь, совещательщик!

Юноша в ответ лишь искренне улыбнулся, зажигая такую же тёплую улыбку и на её лице.

В центре палатки горела керосинка. По-над стенками расстелены спальники хозяев жилплощади, там же — бушлат и плащ. Даша уже ждала сидя внутри, поджав под себя колени. Борисовна вволокла внутрь здоровяка, за ними протолкнулся Андрей.

— Ты естественно знать этого не можешь, да и остальные подробностей не знают, — ещё не усевшись затараторила женщина, — А я знаю, потому что творилось это прямо за моим домом, вернее за тем, что от него осталось.

Борисовна запнулась, подбирая клетчатую юбку, одетую поверх камуфляжных брюк.

— После взрывов, когда военных с области стягивать начали, они с собой духовников всех санов и конфессий и их братьев с сёстрами тащили. Здесь в городе под стражу помещали. Человек двадцать-тридцать набирали и расстреливали.

Андрей сжал губы и кивнул в подтверждение сказанного.

— Вот прям ставили на краю котлована и очередями сплошными… Так яма, четырёх или даже пяти метровая под девятиэтажный дом вырытая — за четыре дня трупами заполнилась чуть не до краёв! И по городу тоже всех перебили. Единственное, не знаю почему, но оранжевых некоторых отпускали, но немногих. Ну… Харри Кришны… Или как они там?

На несколько секунд повисла тишина, присутствующие прекрасно поняли, к чему клонит женщина, но она на всякий случай уточнила, а то вдруг этот убогий детина не поймёт:

— С тех дней твой отец Николай первый священнослужитель, которого мы увидели. Странным не кажется?

Андрей решил добавить:

— Понравилась его фраза, что мол, давно он таких марш-бросков не делал. Адепты маршей по пересечённой местности не в церквях служат, насколько я знаю. А представился он вообще провально — младший отец Николай… Скорее всего хотел воинское звание назвать, да исправился вовремя.

И снова тишина.

— Как часовой так быстро в нём военного узнал? — прохрипел безымянный шёпотом.

Борисовна закатила глаза и покачала головой, но ответила:

— Никак. Дуб он армейский и такого же дуба встретил, судя по его экзотическому сану. А минус на минус, как известно, даёт плюс. Вот их обоих и законтачило натупить на чём свет стоит.

Здоровяк перевёл вопросительный взгляд на сидящего медика, она вздохнула и улыбнулась.

— Я с более простым делом. Ребёнку с матерью особые условия нужны, как минимум ребёнка необходимо мыть, а матери лучше питаться. Борисовна против. — кратко изложила свой вопрос Даша

— Я не против. — гигант легко решил проблему, а готовящаяся взорваться возмущениями Борисовна, быстро остыла, услышав несвойственное ему ударение на «Я».

— Короче, золотой ты мой, что с попом делать?

Парень, наконец усаживаясь на расстеленный плащ, ответил очевидное:

— Наблюдайте. Один часовой пусть ночью на втором этаже дежурит. Что-то ещё? — хриплый протяжный стон заглушал рваными кусками своего ржавого звучания, шум, доносящийся от костра.

Вход распахнулся, и Андрей молча покинул совет.

— Ладно, отдыхай дружочек. — Борисовна тоже вышла.

В палатке остались двое: безымянный, в полу-лежачем положении и неестественно сгорбившись, и девушка-медик, наоборот, следящая за осанкой, ровная и стройная как хлебный колосок.

— Спасибо. — она смотрела парню прямо в глаза и медленно расплывалась в сладкой, немного лисьей улыбке. Ещё через мгновение, то и дело оглядываясь, она покинула палатку.

…Такая довольная… О чём это думать надо?… Да уж… В этом мире когда-нибудь бывает спокойствие, что бы ничего странного не происходило?…

Не вставая, кое-как снял бронежилет, поставил его вертикально и отпустил падать на картонный настил пола. Погасил керосинку и лёг на свой плащ, умащивая под голову бушлат.

Все мысли перемешались: расстрелы священнослужителей, новые трупы с язвами, труп, ломающий сам себе шею и истекающий кровью из глаз. Про этот инцидент, он решил не рассказывать никому, примерно с той же целью, с которой сегодня не отменили бессмысленный карантин.

Ничто, никакие чувства не вяжутся с этим миром. А само слово «мир»! Что за ирония? Весь существующий хаос, беспорядочное насилие налево и направо, искренность, переросшая в постоянную ложь во благо. Это — «мир»?! Так не должно быть… Не должно…

Сквозь сон почувствовалось тёплое прикосновение Лены, она ложилась рядом.

Глава 24

В кромешной темноте, откуда-то издалека, послышался женский усталый вздох:

— Э-э-э-эх… — по интонации напоминающий вздох матери, собирающейся упрекнуть или даже отругать за что-то своё чадо, но всё равно с заботой. В тот же момент из ниоткуда на неопределённом расстоянии спереди прямо по тьме, как по стене, потёк красный, с виду вязкий ручей.

…Кровь… Снова сон…

Кровь начала обтекать проступающую изнутри сквозь поток трудноразличимую человеческую фигуру. Через мгновенье дёрнулась её нога и человек сделал шаг вперёд. Длинные волосы скатавшимися кровавыми лохмотьями липли по всему телу, покрывая вертикальными полосками выпяченную грудь и свисая с неё ниже талии.

Открылись глаза.

Необычайно чистые, яркие белки сверкнули в темноте двумя огнями. Затем девушка попыталась стереть с лица кровь, кое-где показалась кожа, но крови всё равно было слишком много. Она утёрла уже знакомые полные губы, и на них заиграла улыбка. В несколько шагов, неведомым способом, она покрыла, наверное, метров десять до парня и стала перед ним, выпрямив спину и вытянув руки вдоль тела. Обнажив белоснежные зубы, прикусила нижнюю губу.