Не мир

Тем временем, костлявый, на первый взгляд кажущийся больным рахитом-переростком, летел стремглав следом. Мужчина отставал только потому, что позволял своему более крупному сородичу прокладывать путь сквозь развалины.

Где-то позади, один за другим раздались четыре взрыва. Первые два, скорее всего, во дворе со взорванным автобусом, а вторые ближе — где-то в соседнем или через одно здание, вернее в его останках, которыми только что проследовали две тёмные фигуры, плохо различимые на фоне вездесущего пепла.

Пробираясь вдоль улицы, снося собой кирпичные стены, парень перебирал в голове варианты, как и кто может наводить на него стоящие на таком удалении миномёты. Ведь даже с дороги — с нескольких метров, не будет видно, как он бежит, да и высоток никаких вокруг нет. Теперь уже нет.

С некоторым оттенком беспокойства в его воспоминаниях всплыл рассказ костлявого, о том, как он ни разу не смог задеть наследника хозяина мира.

…А что если…

Очередной снаряд разорвал стены дома, который только что покинул здоровяк. Из чада и поднявшегося густого пепла выбежал чумазый костлявый, явно недовольный «пойманным» взрывом.

Так продолжалось ещё порядка двух минут — стена, взрыв, ошмётки здания, падающие с неба… Свист мин, стена, несколько взрывов и снова летящие отовсюду обломки… Между оглушительными громыханиями становилось слышно, как сердце пытается пробиться сквозь оглушение — быстро и неровно.

Наконец, весь в пыли и прахе благ цивилизации, безымянный добрался до здания, за которым были перекрёсток и чуть ниже — площадь, откуда как раз и вели огонь неизвестные. Раньше там был маленький парк на склоне перед филармонией, но теперь — лишь испепелённая свалка.

В сгоревшем помещении мелькнули ступени. Решив, что хоть какой-то элемент неожиданности не будет лишним, он рванул на второй этаж.

Далеко позади раздался ещё один взрыв и треск рушащихся стен. Но миномёты замолчали, будучи не способными стрелять на близкой дистанции.

Ступени скрылись за очередным поворотом коридора лишённого потолка и крыши. Над головой, на фоне серого неба, пронеслось облако дыма. Под ногами, как чёрный снег, затрещали останки паркета. После быстрого обследования этажа, окон на перекрёсток выявлено не было, что сулило следующему ходу безымянного стать воистину неожиданным для противника. Парень отошёл к одной из стен, чтобы взять максимальный разгон. Каждый последующий шаг звонко отзывался хрустом из-под подошв, особенно резким перед самым рывком в стену. В последний момент он заметил тёмное пятно, пронесшееся внизу, мимо ступеней.

Пятно его тоже заметило и, кажется, сверкнуло азартным акульим оскалом.

Стена… Треск ломающейся кирпичной кладки… Зажмурил глаза. По лицу ударил бетон или кирпич, чьи осколки поцарапали гладкую кожу… Стена поддалась на удивление легко. Открыл глаза…

Танк! За перекрёстком, аккурат под этой самой стеной, стоял американский «абрамс»!

Здоровяк прикинул место своего приземления…

Люк танка был открыт.

…Люк открыт!..

Вытянувшись по стойке «смирно» парень нырнул в открытый люк в полный рост и приземлился увесистым задом прямо на танкиста. Позволив проскочить голове солдата между бёдер — зажал его шею. Каска слегка оттянулась назад, сквозь жёлтые противоосколочные очки смотрели два широко раскрытых глаза. Если бы безмолвный страх, выплеснувшийся из этого человека, мог оказывать давление, то непременно вытолкнул бы парня из танка наружу, как пушечное ядро из мортиры.

Не теряя ни секунды, безымянный сунул чёрную от сажи руку между своим пахом и лицом танкиста, нащупал на его бронежилете гранатный подсумок и дёрнул за липучку на нём.

Поняв, что происходит, бедолага начал беспомощно дёргаться, пытаясь освободиться и хоть как-то помешать манипуляциям свалившегося на голову противника. Но, увы, эта чёрная туша была слишком тяжёлой и жёсткой, чтобы хоть как-то ей противостоять. Едва вынув гранату из подсумка, парень зажал её в ладони и большим пальцем вырвал кольцо, сломав с обратной стороны запала один из усиков. Второй уцелел, выпрямился и царапнул изнутри запал, боёк сорвался и с хлопком воспламенил замедлитель.

Звон ударившейся об дно танка гранаты на мгновение заставил танкиста замереть. Как всегда, без единой эмоции, гигант задрал одну ногу коленом к своему лицу, уперся подошвой в каску несчастного и, подтягиваясь на руках, выпрыгнул из танка. Сильный толчок отправил танкиста в пучину машины догонять гранату.

Массивная чёрная фигура выбралась на громоздкую башню. Только он собирался спрыгнуть, как с другой стороны улочки на перекрёсток выбежали и налетели друг на друга несколько солдат в серых камуфляжах. Ошеломлённые взгляды, неуверенный хват оружия, да ещё и страх, пришедший вместе с ними, подтвердили успех неожиданного хода, предпринятого здоровяком. Этим нужно было пользоваться.

Безымянный сиганул с башни сразу через пол дороги, кувыркнулся по приземлении, оказался на тротуаре и, взяв низкий старт как спринтер, побежал к окну здания перед ним.

Костлявый, тем временем, только-только нашёл путь сквозь первый этаж здания и появился из дверного проёма, аккурат рядом с танком. Готовый броситься вперёд, он всё ещё скалился во все тридцать два, предвкушая лёгкую победу. Но удаляющийся в спешке собрат навёл на мысль о каких-то особенностях ситуации, которые скрылись от предвидения. Наигранно осторожничая, мужчина перехватил косу поудобнее, взмахнув лезвием выше танка, и выглянул на перекрёсток. Только нос и успел высунуть, а по броне уже ударили три ствола, грозно грохоча и меча снопы красных искр как огромный бенгальский огонь.

— Хм-м-м… — задумчиво прохрипел костлявый видя как спина гиганта впереди скрылась в узком горизонтальном окне после грациозного прыжка головой вперёд.

Звонкий оглушительный хлопок выплюнул изнутри танка облако дыма, заставив мужчину дёрнуться и инстинктивно пригнуться, резко оглянувшись на начавшую гудеть и испускать густой дым и пламя башню танка. Не особо грамотный в военной технике, он всё же счёл за разумное удалиться от столь шумного и яркого объекта.

Несуразная вытянутая фигура с косой, согнувшись в три погибели, под градом пуль рванула к зданию напротив, метя в окно, соседнее тому, в котором скрылся безымянный, бывшее явно больше и заметнее благодаря колышущимся снаружи изодранным занавескам.

— Мог же! Мог в нормальное окно залезть! Но нет! Это для слабаков! Выбрал какую-то щелочку… — на бегу, хрипя проворчал костлявый и прыгнул «бомбочкой», прижав колени к груди.

Но увы.

Быстрого проникновения в здание не произошло. Раздался гулкий металлический удар, как если бы мешок с костями бросили об железную решётку. Хотя, в общем-то, так оно и было. Сквозняком занавеску вытянуло между прутьями решётки наружу и ветром распростёрло почти на всю площадь окна, что и сыграло злую шутку для невнимательного взора.

Встретившись с внезапным препятствием сгруппировавшееся калачиком тело сначала упало тощими ягодицами на узкий подоконник и затем перевернулось головой вниз, падая на тротуар.

Огненный столб изнутри танка был высотой уже порядка двух метров и неистово гудел. Что-то внутри коротко свистнуло и раздался оглушительный грохот. Тяжеленую башню взрывом подбросило выше второго этажа разрушенного здания, а густое пламя, вырвавшееся из-под неё прокатилось волной по перекрёстку. Через секунду, объятые огнём руины завалились прочь от взорвавшейся машины. Сквозь стихающий грохот послышались вопли горящих и раненых солдат, на свою беду выбежавших встречать противника.