(Не)Параллельные

И так посмотрела на неё, что та бедная развернулась и убралась восвояси.

– Ненавижу таких! – выплевывает Маринка.

– Да ладно, все, проехали! Забей!

– Как думаешь, она мне слабительного не подсыпет в пиво?

– Думаю нет, но на всякий случай можем обменяться бокалами.

Марина заливисто смеётся. Пока мы ожидаем наш заказ, кафе наполняется все больше и больше новыми посетителями. А вечер медленно перетекает в ночь. Зажглись яркие лампочки по всему периметру, и кафе становится ещё более уютным.

Аромат свежей морской пиццы ударяет по ноздрям, как только Катя приносит её нам. Маринка, оторвав кусок, сразу отправляет его в рот. В этом жесте нет ни намёка на сексуальность. Марина выглядит сама собой. И я понял, чем она меня цепляет. Своей естественностью. Она не пытается быть кем-то другим со мной. Она не хочет мне понравиться, ей не нужно мое одобрение.

Был наш четвёртый по счету бокал пива, когда Маринка пожелала пойти к воде.

«Буковски» расположен прямо в парке у реки. Это идеальное место для кормления комаров и прочих насекомых. Но также для поцелуев и всего остального.

Брюнетка выбегает из кафе, оставив все вещи. Я же глазами прошу охранника приглядеть за нашим столом, и он утвердительно кивает. Все-таки круто иметь кучу знакомых.

Марина стоит у самого парапета и смотрит на луну, которая отражается на воде. Я подхожу к ней сзади и тихо спрашиваю:

– Скажи мне, что ты чувствуешь?

И она тихо отвечает:

– Свободу, – разворачивается ко мне и проводит рукой по своим длинным темным прядям.

Я знал, что могло бы последовать дальше. Огромное количество вариантов. Но почему-то я решаю не использовать ни один из них. Что с тобой, Клинский?

– Пойдём, Никольская, вызовем такси и поедем домой. Сам вести машину я не в состоянии.

Она непонимающе смотрит на меня, но соглашается.

Оставляю Марину, я захожу в кафешку, забираю вещи и расплачиваюсь. Да уж, в одиннадцать вечера ехать домой! Точно, Клинский, у тебя не все дома!

Глава 2

Да подальше все пошло

Поболело и прошло

Кто расскажет о любви

В которой прячется тепло

Марина. Сейчас

Крепкий кофе, легкая пробежка – стандартное утро для меня. Только не сегодня. Кофе попить я не успеваю так как на утро запланирована встреча с Женей.

Женька Лядовская – моя лучшая подруга. Мой соратник и маяк. Мы подружились в институте, и наша дружба прошла от первой пары и до последней. И надеюсь, что так будет ещё очень долго. Но скоро я потеряю ее как свободную подругу и обрету как замужнюю. Да! Скоро моя Женечка сменит фамилию. Евгения Веселова, звучит же?! А особенно интересным кажется тот факт, что и муж ее тоже Женя. Вот так вот судьба сводит. В семье теперь будут одни Жени Веселовы.

Отношения Женек зародились благодаря творческому конкурсу и общей поездки в Турцию, и на фоне этой весенней любовной лихорадки мне “посчастливилось” тоже быть подстреленной стрелой амура. Той весной я была серьезно увлечена. И мне казалось, что это взаимно.

Артём Клинский – лучший друг Евгения Веселова. Красивый засранец. Он всегда пользовался популярностью у девчонок, но я два года студенчества была уверена, что у меня на него успел выработаться стойкий иммунитет. Даже нет. Не иммунитет. Просто я никогда не рассматривала его, как парня для себя. Но то лето, стало одновременно лучшим и худшим на моей памяти.

Не хочу сейчас вспоминать о прошлом, поэтому перестаю гипнотизировать свои ногти и переключаю все свое внимание на Женьку.

– Повтори, пожалуйста, что ты только что сказала?

– Ну, ты даешь. – усмехается подруга, – как речь заходит о Клинском, у тебя сразу слух пропадает. Что с ушами, подруга?

– А что о нем говорить? – откидываюсь на спинку диванчика и оглядываю зал, можно подумать, что сейчас тут может появиться тот, кого я меньше всего хочу видеть, не то, что слышать о нем.

– А я и не собиралась о нем говорить, – бросает Лядовская, – просто хотела тебя предупредить о том, что мне написал Женёк… Марина? Ау!

А я уже снова не слышу, что говорит подруга, так как все мое внимание привлекает улица за окном кафешки. Припаркованные автомобили, постоянная смена цветов на светофоре и парни, что подъехали со свистом к входу. Голос Жени доноситься до меня, словно через вакуум, и все происходит словно в замедленной съемке: повзрослевший Клинский выходит из машины Веселова, и они о чем—то беседуют, громко смеясь, огибают машину и идут прямо сюда.

Только не это!

– Жень, я не хочу его видеть! Не могу! Извини, – вскакиваю со своего места, – еще увидимся, – разворачиваюсь сто девяносто градусов и сразу влетаю в крепкое тело, – Черт!

– Я тоже, тебя рад видеть, Мариша.

Поднимаю взгляд и вижу его. Все те пять лет, что мы не виделись, дали о себе знать. Все такой же высокий, но значительно крепче и мужественнее. Поджарый, статный. Глаза больше не излучают не былой задор и беззаботность. Теперь у него взгляд человека, который точно знает, чего он хочет и обязательно этого добивается. Он взрослый, красивый. Это факт!

– Тоже? – включаю ту Марину, которая живет во мне лет с четырнадцати. – Хмм, дай подумать. Я не рада тебя видеть, ты снова ошибся, – и отхожу от него к Жене.

– Привет, Жень, рада что ты приехал, теперь мне можно уходить. Раньше никак, а то украли бы Лядовскую.

– Ты куда собралась-то? А посидеть ещё, пообщаться, – удивленно произносит Веселов.

– Ещё успеем, чмоки-чмоки, – и слишком быстрым шагом иду к выходу. Хорошо, что никому из людей, кроме меня, больше не слышно, как бьется мое сердце.

Обогнув кафе по периметру и, облокачиваюсь на стену, наконец-то выдыхаю. Громко и тяжело. Это было неожиданно, без подготовки. Сколько лет прошло, а его голос заставил мои колени подкоситься. Так не должно быть. Я не дам больше этому произойти. Открываю сумку, достаю мобильник.

– Привет, милый! Ты заберёшь меня? Я на углу Печорского и Коммунаров, возле бывшего летнего кинотеатра, понял? Ага, давай, жду.

Артур меня заберёт и все будет хорошо.

Артём. Сейчас