Не сердите толстяка

В общем побубнив для приличия, все включились в мозговой штурм, даже котяра внёс свою лепту. Но по порядку.

— Тим, а представь, если ты каждый раз теперь будешь во время оргазма Силу терять?

— А?! Чего?! — я аж подскочил на месте. — Ты что несёшь-то? Как это каждый раз? А? Не-не я не согласен!

— А кто спрашивать, то тебя будет, — вздыхает и разводит руками. Впервые в жизни мне было пофиг на то, что делает её грудь при этом движении. — Сегодня не спросили и в следующий раз…

— Тома! — кажется, меня потряхивать начало. Да нет, точно потряхивает. Ноги так точно дрожат. Дайте-ка я вот на кушеточку-то присяду.

— Ну, а что Тома? — задумчиво трёт подбородок и сев на гостевое кресло, закинула ногу на ногу, оголив бедро, а мне всё равно.

Кажется, всё, конец мне. Как жить-то теперь? А? Вскакиваю и начинаю метаться по кабинету. Ужас! Что делать? Может бабуле позвонить? А толку? Никто же не может понять, что со мной. Как я без секса-то? Я же молодой ещё. Хотя может хоть раз в месяц? Или может это только с ведьмами? Или вообще только с Томой? Хм… Стоп. В прошлый раз после секса с ней, я тоже Силу потерял. Но при сексе с другими такого не было. Почему же, должно, что-то измениться? А чего это Томка лыбится?

— Ты, — выставляю перед собой руки, как бы желая задушить.

Девушка счастливо улыбаясь откидывает голову, открывая доступ к шее. Вроде как, давай дерзай, а сама улыбается:

— Ну, а что ты хотел? Предатель, — и бросает взгляд на шкаф, на котором сидит один очень хороший котик, который ещё не раз и не два, отомстит ей за всё хорошее и особенно за плохое.

— То есть, по-твоему, это смешно? — нависаю всем своим ростом над креслом.

— Уверена, ты бы видел себя со стороны, — смеётся, смертница.

— Да у меня чуть сердце не остановилось!

— Ничего, ты молодой, сердце крепкое. А пафос с тебя сбить не мешало.

— Пафос? С меня? — да я в шоке, от такой предъявы.

— Мяу!

— Да-да, — киваю в сторону осторожно выглядывающего глаза.

— Что он говорит.

— Что у нас проблема, а тебе всё лишь бы поржать.

— Извини, — разводит руками, — не удержалась. Я бы просто потом всю жизнь себя корила, если бы промолчала.

— Ладно, проехали, надо думать.

— Да я уже подумала, — перекидывает ногу, это с её-то короткой юбкой. Хм. Надо было напротив сесть. Тьфу. Вот о чём думаю?

— Тим, ты реально извини меня, но я пошутила так, потому что, кажется, знаю в чём причина.

— Да? — удивлённо смотрю на девушку. — Ну удиви.

— И удивлю, — вскакивает и начинает метаться мимо кресла, на которое я тут же уселся. Не на то где лужица, если что. А-то знаю я вас, подумаете ещё…

Тем временем Тома задвинула речугу:

— В общем, я впервые слышу о том, чтоб Силу теряли в таких объёмах. Хотя я не показатель. Мне многое не доступно, вот Мария Ивановна может и знает что, но…

— Давай пока без бабки, а?

— Не мешай. Я вот что думаю. Думаю, что всё просто!

— Серьёзно?

— Мяу? — вон даже Барсик заинтересовался.

— Всё просто, а я тупой и не понял?

— Не передёргивай, — останавливается напротив меня и, уперев руки в бока, нависает надо мной. Красиво…

— Так не отвлекаемся, — отодвигается, заметив масляный блеск в моих глазах. И резко выдыхает: — Я думаю это артефакт.

— Оп-па-па… — встаю и, подойдя к креслу, где разлита моя сперма, задумчиво пялюсь. — А ларчик просто открывался. И что с ним теперь делать?

— Как что? — Тома дёргает меня за руку. — Ты хоть представляешь, на что теперь способно это семя?

— И на что, интересно? — с сарказмом смотрю на разрумянившуюся девушку.

— Ну не знаю, — смущается. — Но наверняка же на многое. Надо её собрать. Бросается к шкафу, достаёт пробирку. Кажется, она реально собралась собрать мою сперму и…

— А ну стоять, — останавливаю раздухарившуюся подругу. — Тома, мозг включи.

— Что? А? — смотрит на меня.

— Том, что ты знаешь о артефактах?

Замирает на пару секунд и выдаёт всё, что ей известно, то есть почти ничего. По сути, общеизвестное: артефакты обладают большой силой, чуть ли не чудотворной, как получаются неизвестно.

— Мдя… Том, включи мозг. Как думаешь, на что годится артефакт, который получился из спермы?

— Ну-у-у… Лечить бесплодие у мужчин? — с сомнением смотрит на лужицу.

— Ага. Или, например, делать баб беременными. Непорочным зачатием.

Замирает, потом мотнув своей гривой, смеётся:

— Да ну тебя, Тимка. Тоже как сказанёшь, непорочное зачатие, надо же, — начинает смеяться, но заметив, что я-то как раз серьёзен, перестаёт: — Тим, ну ты чего? — обнимает за шею. — Ну не бывает такого.

Мягко отстраняюсь и, глядя в зелёные глаза, уточняю:

— А ты про непорочное зачатие тоже скажешь, что никогда не слышала? Потому что я-то, как раз слышал.

— Где? — удивлённо смотрит на меня.

— Тома, мозг, — а сам при этом перекрестился.

— Ох, ты-ж, — прикрывает ладошкой рот и как-то так бочком, отодвигается подальше от кресла.

— Вот-вот, так что не спеши с выводами, но ты права. Собрать надо. И уничтожить.

— Ти-и-и-им! Ну ведь это же артефакт.

— Ну его нафиг. Вот родаки отберут и загонят за денежку малую, а там, как применят. И начнут мелких меня плодить по стране. А это перегруз для планеты. Старушке земле и одного меня хватит.

— Да ну, не говори ерунды, — отмахивается. — Не думаю что Мария Ивановна или Вадим, а уж Ольга и подавно такое сделали.

— Ну, мать мою ведьму и не спросит никто. И с продажей может и загнул, но могут и сами намудрить. Прадеды как отмочат чего… не-е-е… В огонь.

— Ти-и-им! — подходит, обнимает за шею и дышит в ухо. — Тимка, ну ты же сам предлагал мозг включить…

— Том, — с сожалением отодвигаюсь, — у меня от этого не мозг, а член включается. Мы же не хотим вогнать меня в кому?

— Не-не, — машет руками и на всякий случай отходит за кресло. — Вот чего я точно не хочу. Однако, — отказывается сдаваться, — я думаю, если этот артефакт и будет действовать на женщин, что возможно, то беременеть они будут от тех, кто в них свою сперму зальёт. Это более вероятно не находишь? — и смеётся одними глазами.

— Нахожу, — огрызаюсь, — вот только ты упускаешь один маленький нюанс. Который тоже, заметь, вероятен. Моя сперма напитанная Силой не будет портиться. И сто пудово залёт даже от махонькой капельки гарантирован.