Недотрога

– Ой, бедненький, ты с ней снова разминулся.

– Что?
– не веря своим ушам, хрипло выдавил Чак.

Элейн сочувственно поцокала языком.

– Она только что вышла вместе с Максом. Он повел её на ипподром смотреть скачки.

– Дьявольщина!

– Но я рада, что ты позвонил. Мы сидим с Верой, обсуждаем свои дела, и хотели бы с тобой посоветоваться. Ты ведь помнишь Веру, да? Веру Варни, художницу? Она присутствовала на моей последней вечеринке.

Чак чиркнул спичкой и закурил новую сигарету - он был слишком подавлен, чтобы внимательно слушать, что плетет Элейн. Опять этот Макс. Проклятье. Чак с трудом припомнил жгучую брюнетку, которая просила его попозировать нагишом.

– Угу, помню, - неохотно буркнул он.

– Дело вот в чем, малыш. Похоже, Макс хочет завтра закатить прощальную вечеринку перед отлетом в Париж. Он настаивает, чтобы я пригласила всех друзей.

– Ну и что?

Элейн нетерпеливо вздохнула.

– Чак, душка, ты же знаешь моих друзей и видел, что они вытворяют на вечеринках. Как, по-твоему, я буду выглядеть в глазах малышки Дженнифер, если... Словом, если все пройдет, как обычно?

Чак горько усмехнулся.

– Может, ей пойдет на пользу увидеть их в истинном свете. Тогда они больше не покажутся ей столь светскими и значительными.

– А что будет со мной?

– Послушай, Элейн, ведь не собираешься же ты всю жизнь её дурачить.

– Да, возможно, ты прав. А чем ты занят завтра вечером? Мне бы не помешала моральная поддержка.

– Ясное дело - приду. Как ещё я могу с ней встретиться?

Элейн захихикала.

– Бедненький Чак, ты, по-моему, совсем до ручки дошел. Почему бы тебе не заглянуть сейчас к нам? Уверена, что мы с Верой сумеем развеять твою печаль. Славный вышел бы сандвич - мы с Верой, а ты между нами. Улавливаешь?

Чак выпустил изо рта дым.

– Я рад бы заскочить к вам, но не могу, - сказал он.
– Повязан по рукам и ногам.

– Уж не с этой ли грудастой блондиночкой?

– С ней самой. Привязалась, бесовка.

Элейн замурлыкала:

– Хочешь мы тебе поможем? У нас с Верочкой есть кое-какой опыт в таких делах.

– Что ты имеешь в виду?

– Дорогуша, ты просто приведи маленькую мисс Похоть-Шлюшкер сюда, а остальное предоставь нам. Через десять минут в обществе Веры она позабудет, как тебя зовут.

Чак невесело усмехнулся.

– Звучит заманчиво, но я не уверен, что смогу это провернуть. В том смысле, чтобы затащить её к вам.

– А ты воспользуйся методом Веры. Он проверен временем. Скажи своей пташке, что Верочка приметила её на пляже и хотела бы попросить её попозировать. Вот увидишь, она клюнет.

Чак приоткрыл дверцу, чтобы выпустить дым из кабины.

– О'кей, попробую. Черт, да я бы на все пошел, чтобы избавиться от этой вампирихи. Вконец выдоила. До скорого.

– Мы ждем, малыш.

Чак повесил трубку и вышел из кабины. По пути к столику, за которым нетерпеливо ерзала Джуди Трейнор, он ппротолкался к стойке и заказал кофе. Усевшись рядом с Джуди, Чак загасил сигарету в пепельнице.

– Прости, что заставил тебя ждать, - машинально пробормотал он себе под нос.

Джуди вцепилась в его руку и прильнула к нему, так что её полная грудь прижалась к плечу Чака.

– А кому ты звонил?

– Элейн Вольф.

Хорошенькая мордашка Джуди помрачнела.

– Это ещё зачем?

Чак пожал плечами и кивком поблагодарил официанта, который принес им кофе.

– Она хочет, чтобы я зашел к ней и познакомился с Верой Варни, знаменитой художницей.

– Да?

– Я сказал, что у меня встреча с тобой, а она тут же попросила, чтобы я уговорил тебя прийти со мной. Вроде бы эта Вера видела тебя сегодня днем на пляже и сказала Элейн, что хотела бы написать твой портрет.

– Мой?

– Да, - невозмутимо ответил Чак.

Глаза Джуди жадно засветились.

– А она и вправду знаменитая? Эх, жаль я раньше не знала. В том смысле, что я надела бы тогда приличное платье вместо этих дурацких слаксов. Как думаешь, я успею заскочить домой и переодеться?

Чак прихлебнул кофе.

– Ты и так замечательно смотришься.

Джуди полезла в косметичку и извлекла наружу расческу и помаду.

– Всегда мечтала стать натурщицей. Как, по-твоему, я ей понравлюсь? И как мне лучше - распустить волосы или оставить хвост?

Чак передернул плечами и рассеянно отвел взгляд. В следующий миг он заморгал, словно отгоняя от себя привидение - спиной к нему, опираясь на стойку, в белоснежном легком платьице, подчеркивавшем прлестные изгибы нежного девичьего тела, стояла Дженнифер!

Чак вскочил, едва не опрокинув стол. Джуди взвизгнула, но Чак, не обращая на неё внимания, поспешил к стойке. Оттолкнув троих бездельников, он протиснулся к Дженнифер.

– Дженнифер...

Она испуганно обернулась.

– О, Чак!

Он смущенно улыбнулся.

– Я думал, ты пошла на ипподром. То есть, я позвонил Элейн, а она мне сказала, что ты...
– Он запнулся, понимая, как глупо выглядит.
– Я уже совсем отчаялся тебя увидеть.

Невинные кукольные глаза Дженнифер затуманились. Она потупила взор.

– Прости, Чак, - еле слышно прошелестела она.
– Просто за все эти дни у меня буквально лишней минутки не было.

– Да, я знаю.

Приблизился бармен и Дженнифер отвернулась, чтобы попросить две пачки сигарет. Потом снова посмотрела на Чака.

– Это для Макса. Для мистера Сильвестра. Он ждет меня в машине. Я не могу сейчас разговаривать с тобой.

Чак вдруг смешался.

– Послушай, Дженнифер, насчет того вечера...

Дженнифер удивленно посмотрела на него.

– Какого вечера.

Чак недоуменно заморгал.

– Ну тогда, на пляже...

Лицо Дженнифер прояснилось.

– Ах, ты имеешь в виду тот вечер?

Чак озадаченно уставился на нее. Дженнифер вовсе не казалась обиженной или смущенной. Странно. Почему же тогда она избегала его все это время? Он облизнул губы и попытал счастья снова.

– Я хотел перед тобой извиниться за свое поведение. Я вел себя как последний дурак. Ты правильно сделала, что рассердилась...

Дженнифер оборвала его, нетерпеливо взмахнув рукой.