Nekomonogatari(Black)

Я соединил руки и помолился.

Пожелал ему счастья в следующем мире.

– А теперь…

Следующим местом, в которое я направился, было заброшенное здание, бывшая школа – поскольку на поиски могилы ушло много времени, я торопился.

С другой стороны, это было несрочно, но прошлой ночью я не особо думал о моём состоянии, так что и разум мой был в другом месте, но я хотел поблагодарить девочку-вампира как можно скорее.

Я хотел даже погладить её по голове.

В знак послушания – хотя я бы так это не назвал.

И всё же я подумал, она позволит мне сделать хотя бы это – я подумал, она точно позволит мне поблагодарить её.

– …

Мои ожидания по большей части не оправдались.

Чувство всесилия, свойственное в эпилогах взгляду свысока, здесь было неприменимо.

Когда я прибыл в школу и нашёл её в классе на первом этаже, на девочке был надет загадочный шлем с очками, вроде тех, которые надевают, когда ездят на мопедах.

Я не мог погладить её по голове.

– Девочка-вампир меня достала. Всё-таки это она разрешила проблемы с кошкой, так что я сделал ей подарок, – объяснил Ошино.

Что?

– Это даже не неоправданные ожидания… это была мимолётная надежда.

Я даже поблагодарить её не могу.

В смысле, вместо того, чтобы пойти на лад, в наших отношениях обнаружилась преграда.

Впрочем, ничего не поделаешь.

Теперь, когда я об этом думаю, я уверен, что голос, который я слышал, был галлюцинацией.

И в самом деле, она не пыталась прятать своё смущение и не строила из себя цундере. Она не спасала меня.

Наверное, она затаила обиду на Ханекаву из-за того, что случилось на весенних каникулах, наверное, она защищала меня, как источник еды, наверное, она возвращала должок за то, что я дал ей съесть все десять пончиков «Мистер Донат» – вот и всё.

Она была намного капризнее кошки, назвать это капризом будет наиболее верно.

Ну и ладно.

Капризы – часть твоей силы.

А моей целью станет по-настоящему услышать ту слуховую галлюцинацию, погладить тебя по голове и расчесать твои красивые золотые волосы.

Однажды мы поймём друг друга.

Без стен, разделяющих людей и Кайи.

– Удивительно, она дала тебе свой демонический меч, а потом и спасла тебя – хотя только ты сам можешь спасти себя. Ха-ха. А я уже посчитал, что вам со старостой-тян ничем не помочь.

– …

Он так просто говорил такие холодные слова.

Я задумался, насколько серьёзен он был – думаю, в данном случае он был абсолютно серьёзен.

Ладно.

В этой холодности его очарование.

– Настоящее чудо, что такой план сработал – я не говорил это, потому что не хотел пугать тебя, но поскольку староста-тян сама превратилась в Кайи, демонический меч мог бы и убить её.

– Э?! Что ты сказал?

Я думал, у меня было разрешение специалиста!

Что за чёрствое сердце!

– Если бы староста-тян в самом деле была в трансе, это было бы очень опасно.

– …

Думаю, Ошино не мог этого не заметить.

Особенно если ему так тяжело было драться с ней.

– Кстати, Ошино. Я оставлю дела тебе, потому что не хочу мешать, но… Ханекава в порядке?

– Хм?

Он включил дурачка, наклонив голову.

Это было последнее, что я должен был сделать, прежде чем пойти в школу – я хотел убедиться хотя бы в этом.

– Она в порядке. Я гарантирую это – староста-тян не помнит ничего, что случилось на этой Золотой неделе. Она потеряла все воспоминания Чёрной Ханекавы.

С этими словами Ошино театрально вставил незажженную сигарету в рот.

– Чёрная Ханекава? Что это?

– Я говорю о старосте-тян в том состоянии. Несколько неверно называть её Мартовской кошкой – новому виду нужно новое имя. Современное чудовище, Чёрная Ханекава.

– У тебя вообще нет вкуса в выборе названий.

Ругая его, я подумал, что это имя было очень подходящим.

Вопрос не в том, соответствуешь ты имени или нет.

Имя идеально выражало суть.

Тёмно-чёрная.

Не потому, что носила чёрное белье – ну, и поэтому, конечно, тоже, но в первую очередь…

Чёрная-чёрная-чёрная…

Сущность темнее тьмы, несомненно, была Ханекавой Цубасой.

– Новый вид, хм… впрочем, она сама так сказала. Короче говоря, это настоящее раздвоение личности, не связанное с Кайи.

– Хм. Нет, не совсем. Это был настоящий Кайи. Вот как было дело, – очень категорично сказал Ошино. – Потом я проводил её домой, пока она толком ничего не соображала… по пути я многое узнал.

– Не столько ничего не соображала, скорее вообще без сознания была.

– Именно. А если бы было не так, я бы ничего из неё не вытянул. Это было что-то вроде сеанса гипноза.

Иными словами, основная работа Ошино.

– Сбор историй Кайи.

– Ага. Новый вид Кайи в эпоху технологической цивилизации – огромная редкость, поэтому я хотел услышать историю от неё самой. Кроме того, я выдал ей счёт за свою работу, сто тысяч иен.

«Она ничего не помнит, так что я не уверен, что мог требовать с неё деньги», – шутливо добавил он.

Сто тысяч иен – как-то маловато по сравнению с моим делом… но в итоге, как и сказал Ошино, это дело во многом разрешилось благодаря маленькой девочке-вампиру, так что цена была подходящей.

Возможно, это были просто необходимые расходы.

– И что же ты узнал?

– Ну, это только теории, построенные на услышанном, но, похоже, сначала кошка и правда была Мартовской кошкой. Однако её феномен закончился мгновенно.

– Закончился?

– В тот момент, когда она впервые выпила энергию из родителей, в тот момент, когда она дотянулась до ближайших людей, похоже, сознание старосты-тян вернулось. Думаю, это потому, что её желание исполнилось.

– Её желание…

Её желание. Желание Ханекавы Цубасы.

Жестокое восстание против своих родителей.

– Однако кошка мгновенно и вернулась. Нет… правильнее будет сказать, староста-тян сама захотела, чтобы кошка, готовая уйти, вернулась, и она ещё раз стала её носителем. Она стала носителем вселяющегося духа, Кайи, который должен был суметь отказаться, отпустить её. Он не закончился, продолжился. Я повторю свои же слова – Мартовская кошка идеально подходила старосте-тян. Настолько идеально, что не могла её отпустить. Короче говоря, она была очарована кошкой – их чувства достигли друг друга, и в тот момент родился новый Кайи, Чёрная Ханекава.