Неслучившееся

– А что с тобой случилось-то?… В смысле, как ты это?

– Это так неинтересно, что я боюсь тебя разочаровать. Если тебя это смущает, я могу пойти домой, – прибавила Лика. – Я не обижусь.

Денис замотал головой.

Дискотека в деревенском доме культуры была точно такой, как представляла себе Лика. Вульгарно накрашенные и некрасиво одетые девушки, пьяноватые и грубоватые молодые люди, раздражающая музыка. Но вдруг Лика поймала себя на том, что в центре этого чуждого и чужого праздника ей непередаваемо комфортно. Она чувствовала себя настолько нелепой, что даже развеселилась.

Местный диджей ставил музыку из интернета, и каждый желающий мог заказать по одной песне. Наблюдая за происходящим, но пока ещё не участвуя, Лика поняла, что очень хочет станцевать вальс. Она ощутила вдохновение, с которым обычно играла на сцене, импровизировала на репетициях, выкладывалась на пробах. Впервые за полтора месяца она забыла о несчастье.

Дождавшись своей очереди, она протянула диджею бумажку с названием композиции. Диджей, толстый рыжий парень в бейсболке, посмотрел на Лику с недоумением, но спорить не стал.

Лика подошла к Денису и взяла его за руку.

– Вальсировать умеешь? – спросила она.

– Чего?

– Сейчас научу, – сказала Лика, и заиграла её музыка.

ага вот тут-то ты и покраснел до ушей дениска-сосиска теперь пожалел наверное что пригласил увечную да ещё сумасшедшую раз два три раз два три на ноги-то не наступай чем я хуже всех этих людей да ничем и не лучше вовсе обычные люди у кого два глаза у кого один подумаешь а я зато вальсирую как принцесса этого у меня не отнять раз два три раз два три как здорово господи как я давно не танцевала да ведь я раньше и трёх дней не могла прожить без каких-нибудь танцулек а тут ещё и зрителей полный зал вон та толстая рот открыла а этому лысому верзиле я наверное нравлюсь ну чего усмехаешься хочешь тоже поплясать с пираткой или может я что-то неприличное делаю ха-ха-ха люди как вы мне нравитесь а я вам нравлюсь или нет

Она вышла из Дома Культуры сразу после своего блестящего номера. Денис не стал её догонять, и, выйдя в прохладную июньскую ночь, Лика глубоко и жадно вдохнула воздух. Было прекрасно снова остаться одной, но она бы никогда этого не почувствовала, не побывав в толпе. Она была благодарна Денису: ей сейчас было всё так же, как после конца спектакля за кулисами. Прикладывая тыльные стороны ладоней к разгорячённым щекам, она зашагала по разбитой асфальтовой дорожке к реке.

Она шла через дубовую рощу. В детстве Лика верила, что дубы волшебные и живые, и сейчас ей было немного страшно от их тёмной неподвижности. Но кора деревьев была шершавой и тёплой, а листья тихо пели, когда налетал ветер.

Речка за годы обмельчала, сейчас её, наверное, можно было переплыть за пять минут. Лика разулась, чтобы меньше скользить на влажном глинистом берегу. Половинка луны висела в воде, такая же отчётливая, как на небе. Река была спокойна, течение – едва заметно, и Лика, ступив по щиколотку в воду, склонилась над её поверхностью. В свете луны она увидела смутное отражение своего лица. Она вглядывалась в него с жадностью, но по воде бежала рябь от ветра, и Лике начало казаться, что оттуда, снизу на неё смотрит кто-то другой. Вдруг с громким всплеском большая рыба выпрыгнула из воды в середине реки и тут же ушла обратно, оставив расходящиеся круги. Лика посмотрела на них в надежде, что рыба выпрыгнет снова, что, может быть, заговорит человеческим голосом и предложит исполнить желание – нет, не три, можно всего одно, и совсем простое. Но рыба не выпрыгивала больше, и ничего не происходило, только крикнула вдали загадочная ночная птица. Лика развернулась, поднялась по берегу и побрела домой.

Дедушка уснул в кресле возле включенного радиоприёмника. Лика тихонько прошла мимо него в свою комнатку за шторкой. Скинув туфли, она вспомнила, что ноги очень грязные, и надо бы их помыть. Но вдруг на неё навалилась такая усталость, что, попроси кто сосчитать вслух до десяти, она бы не справилась. Лика легла на кровать и мгновенно уснула.

3. Куриные сердца

Павел Павлович попросил меня приготовить ужин. Когда я спросила, чего именно он желает, старик посмотрел на меня умоляюще и ничего не сказал. Я заглянула в холодильник и поняла, что придётся сходить в магазин. Я надела куртку и вышла, а напоследок зеркало в прихожей показало мне Павла Павловича, грустно сидящего на диване в окружении рукописей и старых газет.

Конец ознакомительного фрагмента.