Несовершенства

Дебора откидывается назад, и под ней скрипит ступенька. Голоса смолкают. Дебора ждет минуту, надеясь, что дочери продолжат беседу. Но молчание длится, она осушает бокал и спускается, якобы для того, чтобы налить себе еще вина.

В гостиной дочери внимательно изучают ее, пытаясь понять, как много она слышала.

— Что такое? Кто-нибудь умер? — Ужасная шутка, но она возымела желаемое действие — Бек и Эшли в смятении мотают головами.

Дебора садится в кресло-качалку около дивана, протягивая свой бокал Бек, чтобы та налила ей вина. Она уже давно так не уставала. Это хорошая усталость, утомление после беготни за внуками. Обычно она бегает за собаками, но дети — совсем другое дело. Их любовь надо заслужить, и Дебора надеется, что на этих выходных у нее получилось. Она рассказала внукам про их знаки зодиака и научила завязывать узлы так, чтобы друзья не смогли их развязать. Она надеется добиться и любви Эшли, притворяясь, будто ничего не знает о бедах Райана, словно этого достаточно, чтобы дочь позволила ей снова проводить время с Лидией и Тайлером.

Бек включает телевизор и выбирает канал, где показывают «Друзей». Она никогда не была поклонницей этого сериала, но он подходит для того, чтобы все могли сделать вид, будто увлечены происходящим на экране.

Во время рекламной паузы Бек спрашивает Эшли:

— Когда ты встречаешь с женщиной, которая написала книгу про пятьдесят спасенных детей?

— Шерил Аппельбаум? Послезавтра. Поэтому утром нам надо ехать. Она наконец вернулась из Европы.

Эшли жалеет, что не может сбежать в Европу на месяц.

— Шерил Аппельбаум? — переспрашивает Дебора.

— Ты ее знаешь? — одновременно произносят Бек и Эшли.

— Шерил — нет, но знаю Ирму и Хетти Аппельбаум. Когда я была маленькой, они часто приезжали к нам из Нью-Йорка.

Бек выключает телевизор, и обе дочери садятся ровно, приготовившись слушать дальше.

— А что?

Эшли на цыпочках поднимается в свою комнату и возвращается с потрепанной библиотечной книгой «Моя бабушка и 49 других детей». Бросив ее на колени Деборе, она падает на диван рядом с сестрой.

Дебора листает книгу.

— Это написала внучка Ирмы? — Она останавливается на фотографии двух девочек, позирующих на палубе корабля. Подпись гласит: «Хелен Ауэрбах и моя бабушка на борту парохода „Президент Гардинг“». Рука Хелен лежит на плече Ирмы, словно защищая ее, другой она обнимает куклу — ту самую, которую они с Бек нашли в шкафу, но в лучшем состоянии. — Что это значит? Ирма и Хелен приехали в Америку вместе?

Эшли поворачивается к Бек.

— Разве ты не говорила ей про пятьдесят детей?

— Каких детей? — не понимает Дебора.

Бек и Эшли смотрят друг на друга, решая, что именно ей рассказать.

— Хелен была в группе детей, которым американское правительство выдало визы. Один адвокат из Пенсильвании привез их сюда.

Дебора смотрит на спинку обложки, где перекрывают друг друга черно-белые фотографии Ирмы.

— Давай вернемся назад, — говорит Эшли. — Ты встречалась с Ирмой Аппельбаум?

Дебора кивает.

— И с ее дочерью Хетти. Она на несколько лет старше меня. Хетти научила меня воровать.

Дебора помнила гневный и растерянный взгляд Хелен, узнавшей о проступке дочери. «Зачем ты воруешь? — спрашивала Хелен, за шиворот вытаскивая ее из магазина. — Тебе что, чего-то не хватает?» Деборе было всего семь лет. Она смутно понимала, что так поступать нельзя, но Хетти сказала ей, что это весело — забавное приключение с легким налетом опасности. Деборе даже не хотелось шоколадки, которую она сунула в карман.

— Я догадывалась, что они с Ирмой могли знать друг друга в Вене, но никогда не думала, что они могли приехать в Америку вместе. — Улыбка сходит с лица Деборы. — Мама так мало мне рассказывала.

— Нам тоже, — отвечает Эшли.

Бек бросает ей недобрый взгляд, словно говоря, что не стоит сравнивать секреты, которые Хелен хранила от внуков и от дочери.

— Почему она молчала обо всем? Не только об Ирме. В детстве я хотела знать, кто мой отец, но слышала только, что он погиб как герой. Как она могла так много скрывать от меня?

Бек и Эшли со значением смотрят друг на друга, не зная, как реагировать. Они хотели бы знать, почему Дебора не настаивала на ответах. Совершенно очевидно, что герой войны Джозеф Кляйн — чистый вымысел.

— Можно найти его сейчас, — предлагает Бек.

— Как? Я даже имени его не знаю.

Ну да, давайте просто опустим руки, думает Бек. Она знает, что мать уязвлена, но эта ее пассивность ужасно раздражает — она скорее будет упиваться своей обидой, чем предпримет что-нибудь.

Бек не успевает выразить свою мысль вслух — Эшли спрашивает:

— Ты заглядывала в свидетельство о рождении? Там должно быть имя отца.

— Я даже не знаю, где оно.

Эшли стискивает руку матери.

— Можно поискать его в Интернете, если хочешь.

Бек озадаченно наблюдает за сестрой. Почему проявление сочувствия со стороны Эшли ее удивляет? И как бы она поступила на месте матери? Сама Бек не искала отца. Она убедила себя, что ненавидит его и что искать его ни к чему, он этого недостоин. Возможно, она больше похожа на мать, чем ей представляется.

Эшли придвигается ближе к Бек и жестом приглашает Дебору сесть рядом с ними на диван.

— Что скажешь? Поищем копию свидетельства о твоем рождении в Интернете? — Эшли открывает сайт ancestry.com и протягивает смартфон Деборе. — Просто набери свое имя.

Дебора колеблется, глядя на строку поиска на экране. Странное спокойствие охватывает Эшли, пока она ждет согласия матери. В последние месяцы она совсем растеряла терпение с Райаном и детьми, но сейчас необходимости спешить нет. Пускай мать думает, сколько ей нужно.

Дебора не хочет входить на сайт и получать доступ к документам, проливающим свет на личность отца. Сейчас она не желает узнавать факты, хоть это и нелогично. Может быть, мужчина из фотоальбома и не ее отец. Может, мать не лгала ей всю жизнь.

Но дочери выжидательно смотрят на нее, и она знает, что должна сделать это для них. И она набирает свое имя.

Глядя, как поисковая система творит свою магию, все трое задерживают дыхание. Через несколько секунд появляются сотни результатов на запрос «Дебора Ауэрбах». Эшли сужает поиск, пока в первых результатах не оказываются документы о покупке и продаже дома в Маунт-Эйри, фотографии Деборы из ежегодных школьных альбомов и ее свидетельство о браке. Эшли пролистывает результаты, но ссылок на свидетельство о рождении нигде нет.