Нет числа дням

— А почему его не вернули на место?

— Логичный вопрос. И мне кажется, я знаю, как на него ответить. Связи церкви с семейством Роус натолкнули меня на мысль поискать следы Мэндрелла в районе Холтон-Бартона. Некие Лоуэры из близлежащего Клифтона симпатизировали роялистам и Высокой Церкви. И, судя по их близкой дружбе с вашим собственным предком, испытывали глубокую антипатию к пуританам — как вы, наверное, и сами знаете, сын Теодора Палеолога погиб, защищая короля, при Нэйсби. Оказалось, что одним из ближайших соседей Лоуэров был некий Томас Мэндрелл, который женился на девице Роус. Думаю, именно он прятал витраж Суда. Однако после смерти Мэндрелла в тысяча шестьсот пятьдесят седьмом все его имущество передали сэру Грегори Нортону, убежденному стороннику Кромвеля. Кто-то из членов семейства Нортон жил в доме Мэндрелла уже после Реставрации. Боден писал, что витраж замуровали — не иначе как в какой-то стене. Если новый жилец симпатизировал пуританам, не стоило рассказывать ему о сокровище роялистов, тайно хранящемся у него дома.

— И что это был за дом?

— Не догадываетесь?

Ник усмехнулся очевидности ответа:

— Треннор?

Элспет кивнула:

— Витраж замурован в одной из его стен.

Они вышли из церкви и заглянули в бар, где Элспет удивила Ника, заказав кружку пива и тарелку сандвичей. После сытного завтрака Ирен Нику есть не хотелось, и он ограничился стаканом минералки. Сделав заказ и усевшись за стол неподалеку от камина, они вернулись к разговору о давно потерянном, но имеющем все шансы объявиться витраже церкви Сент-Неот.

— Неужели ты серьезно — про старинный витраж и все остальное?

— Совершенно серьезно, Ник. — (Где-то между церковью и пабом они начали называть друг друга по имени). — Найти его — давнее и страстное желание мистера Тантриса, во всяком случае, именно так мне было сказано.

— А твой Тантрис бывал в здешних краях?

— Вероятно. Вообще-то он живет затворником, так что это скорее всего был недолгий, кратковременный визит.

— И он хочет купить Треннор в надежде найти пропавший витраж? Где? В стене? Под полом?

— Дело в том, что шансы довольно высоки. Письмо Бодена практически не оставляет сомнений.

— Особенно если учесть, что Треннор — далеко не маленькое здание. А люди, которые точно знали, где замуровано сокровище, умерли три сотни лет назад.

— Именно поэтому так важно, чтобы в доме не осталось жильцов. Скорее всего нам придется снести не одну стену, прежде чем мы обнаружим желаемое. Перед тем как перевезти витраж в Ландульф, его тщательно упаковали — там около тридцати отдельных панелей, аккуратно завернутых и упрятанных в огромный деревянный сундук. Потом замуровали. Я знаю, что твой дед расширил и перестроил здание, поэтому мы скорее всего говорим о стенах, которые теперь оказались внутри. Все они достаточно толстые, во всяком случае, на первый взгляд. Мне так и не удалось посмотреть дом.

— Отец обошелся с тобой не слишком любезно.

— Имел право, учитывая, что я собираюсь сделать с его жилищем.

— Рад, что ты это понимаешь.

— Именно потому мистер Тантрис не станет скупиться.

— Ему это нетрудно.

— Не спорю. Богатей, потакающий собственным капризам. Можешь презирать его, если хочешь. Но помни: Боден писал, что это был лучший витраж. Еще прекрасней, чем изображения Сотворения и Потопа. А ты ведь не станешь отрицать, что они просто великолепны. Кстати, это окно может оказаться и самым древним, если вспомнить, что колокольня гораздо старше основного здания. Возможно, оно было изготовлено лет за сто до остальных. Или даже раньше. Необыкновенная будет находка — и для истории, и для искусства.

— И, могу предположить, неплохая ступенька в твоей карьере.

— Верно. Не собираюсь отрицать. Для меня это очень серьезный шанс. И для твоей семьи, кстати, тоже.

— Ты имеешь в виду деньги?

— А что же еще? — усмехнулась Элспет. — Мы все в них нуждаемся, не так ли? Кто меньше, кто больше. Кроме того, по словам твоей сестры, ни один из вас все равно не собирался после смерти отца поселиться в Трен норе.

— Скорее всего да.

— Тогда вам нет смысла отказываться от предложения мистера Тантриса.

— Папа, похоже, думает иначе. А ведь решать именно ему.

— Пожалуйста, Ник, постарайся его переубедить. — Взгляд Элспет, казалось, говорил, что Ник сделает ей — и себе — огромное одолжение, уговорив отца. — Если, конечно, ты сам считаешь, что он должен передумать. Что скажешь?

— Попробую. — Ник медленно кивнул, окончательно признавая правоту Элспет. Его убедило ее горячее стремление отыскать спрятанное сокровище. Судя по всему, единственный разумный выход — принять предложение Тантриса.

Элспет сказала Нику, что пробудет в Корнуолле еще около недели — закончит свои изыскания. У Ирен есть номер ее мобильного, и Элспет надеется услышать хорошие новости до того, как вернется в Бристоль. Под хорошими новостями новая знакомая подразумевала отступление отца перед одновременным натиском всех его детей.

Для тех, кто не знал Майкла Палеолога, задача показалась бы несложной. Ник, однако, не пылал оптимизмом. Отец славился невероятным упрямством и не любил прислушиваться к разумным доводам, особенно когда эти доводы выдвигал кто-то из детей. Сейчас, однако, они выступят единым фронтом — случай нетипичный, если не сказать, из ряда вон выходящий. Кроме всего прочего, их старик не сможет отрицать того, что он и в самом деле уже старик. Да еще одинокий. Небогатый. И, если верить Ирен, сильно сдавший в последнее время.

Ну, насчет последнего отец, несомненно, поспорит. Скажет, что они хотят сдать его в дом престарелых только для того, чтобы поправить свое материальное положение. Сошлют родного отца в Гортон-Лодж бесплатно, а денежки Тантриса тем временем будут лежать в банке и приносить проценты до тех пор, пока не достанутся наследничкам. Ник даже не сомневался, что отец выразится именно так.

* * *

Из Сент-Неота Ник поехал в Мур. Припарковался недалеко от плотины на южном берегу водохранилища Коллифорд и не спеша двинулся вдоль берега, обдумывая ситуацию. Вокруг царила тишина.

В этой тишине он наконец сообразил, что именно в поведении отца показалось ему странным. В нормальных обстоятельствах Майкл Палеолог немедля занялся бы поисками окна. Профессиональный археолог, он верил в загадки прошлого. А эта загадка, по словам Элспет, была просто необыкновенной. Если бы отец предложил мисс Хартли действовать сообща, он, вероятно, сгодился бы на роль консультанта. Позже можно было бы написать книгу. Снять документальный фильм. Неужели он об этом не подумал? Не оценил, какие перед ним открываются возможности?

Конечно, подумал. Сдал отец или не сдал, до маразма ему далеко. Захоти он сделать Элспет ответное предложение, его бы никто не удержал. Наверное, он просто разозлился. Отцу хотелось, чтобы его уговаривали, сулили деньги. А Ирен попыталась надавить на него. А Майкл не любит, когда на него давят.

И Ник тоже. Ирен пригласила брата, чтобы он плясал под ее дудку, и пока что он полностью оправдывал ожидания сестры. Но настала пора сочинить собственную музыку.

Ник постоял, глядя на поверхность водохранилища и чувствуя, как ноты новой мелодии приходят ему в голову. Потом усмехнулся и направился к машине.