Неудобные

Я мечтательно вздохнула и отправила вторую партию котлет на раскалённую сковородку. Макароны сварились быстро, нарезанный и заправленный салат ожидал своего часа на столе – рядом с бутербродами и шоколадным печеньем к чаю. Дом стремительно наполнялся ароматами горячей еды, а я настолько углубилась в мысли, что едва не подскочила от неожиданности, когда открылась дверь и на кухне появился Стефан.

– Я тебя разбудила?

– Не совсем. Пахнет так вкусно, что я начал есть уже во сне, – смущённо откликнулся парень и нерешительно остановился, не дойдя до обеденного стола.

– Так садись скорее! Уже всё готово! – поторопила его я, залила чайные пакетики кипятком и присела рядом.

Стефан ел быстро, даже не пытаясь скрыть зверский аппетит: наворачивал макароны с котлетами и заедал салатом. Когда на щеках парня появился здоровый румянец, моё сердце немного успокоилось. Пока он ел, я исподтишка наблюдала за ним и ждала, когда мы наконец сможем поговорить.

– Очень вкусно, спасибо, – поблагодарил парень и отхлебнул горячего чая. – Ты стала готовить ещё лучше.

– Ты просто был сильно голоден, – смущённо отмахнулась я и подвинула ближе к другу тарелку с печеньем.

С момента нашей встречи все разговоры были какими-то пустыми. Но нам нужно было обсудить как минимум два важных вопроса: моё очень несвоевременное признание и его неизвестно почему болезненный вид. И если первый можно было отложить до лучших времен, то второй требовал немедленного прояснения.

– Поговори со мной, – аккуратно попросила я, когда молчание стало затягиваться.

Выражение лица Стефана стало таким, словно ему противно даже смотреть в мою сторону. Мне захотелось обидеться на такое отношение, но я в очередной раз призвала себя не делать поспешных выводов, не разобравшись в ситуации.

– Мы с тобой давно знакомы и уже доверили друг другу немало тайн. Клянусь, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе.

– Я не болен, – проговорил Стефан спустя долгие минуты тягостной тишины. – Но со мной что-то происходит… Это сложно описать, чтобы не показаться сумасшедшим. Бред какой-то…

Разговор уже шёл, но всё по-прежнему было непонятно.

– Не думай, что будет звучать глупо, а что нет. Просто расскажи всё как есть. Уверена, вместе мы что-нибудь сможем придумать.

Я хотела положить свою ладонь на ладонь Стефана в знак поддержки, но он отпрянул, хотя до этого спокойно обнимал меня.

– Доверяй мне.

– Я доверяю, но… – парень вздохнул, но всё-таки открыто на меня посмотрел.

Отросшие светлые, но совсем потерявшие блеск волосы Стефана так и норовили скрыть прекрасную голубизну его глаз.

– В общем, мои руки… иногда светятся.

Какое-то время я переваривала эту фразу.

– В каком смысле?.. – неуверенно проговорила я. – Что конкретно ты имеешь ввиду? Мне кажется, я не совсем понимаю суть проблемы…

Стефан недовольно стиснул зубы. Вероятно, он ожидал какой-то другой реакции, но мне неизвестны его мысли. Я просто пыталась разобраться.

– Ты похудел, осунулся, стал нелюдимым и нервным из-за светящихся рук? – на всякий случай уточнила я. Надуманная болезнь никак не желала увязываться с озвученной другом проблемой.

– Этого достаточно, чтобы не хотеть показываться людям, – огрызнулся Стефан. Он резко откинулся на спинку стула, нервно зачесал волосы назад и отвел напряженный взгляд в сторону. Я чувствовала, как нелегко давалась ему откровенность. – Потому что я не могу объяснить, почему это происходит. Есть ещё кое-что, но я не уверен, что это связано.

– Что, например?

– У меня бывают проблемы со сном: то сутками не могу заснуть, волнуясь, то внезапно отрубаюсь в обед или в пять вечера. Температура будто жарит временами, но градусник показывает норму. Ещё перед глазами периодически скачут какие-то пятна. Первый раз я с этим столкнулся ночью. Думал, померещилось или отсвет от чего-нибудь, но то же повторялось и при свете дня… Часто повторялось. А если в чём-то есть стабильность, значит, где-то есть и причина этого. Только она мне неизвестна.

– Может, скачки давления? Ты переутомлялся? Давай анализы сдадим, чтобы наверняка?.. – я пыталась совместить услышанное с реальной жизнью.

– Может, к психиатру ещё меня отправишь? – резко бросил Стефан, вышел из-за стола, но быстро вернулся.

Я уже успела испугаться, что задела его, и заодно обидеться на резкость.

– Прости. Я уже измучался. Не знаю, что делать. Меня ведь и с работы уволили за прогулы. Сначала я брал больничный и дни оставшегося отпуска, а когда прикрываться стало нечем – отпрашивался. В конце концов, со мной распрощались.

– И как долго у тебя… все это продолжается? – я пыталась нащупать ниточку, которая поможет развязать сложный узел странной проблемы друга, но на ум не приходило ничего толкового.

– Третий месяц уже вроде.

– Родители знают?

– Нет. Как ты себе это представляешь? – Стефан бросил на меня скептический взгляд, а потом положил руки на стол и тяжело облокотился. Будто разговор высасывал из него силы. – Я даже себе не могу объяснить, что происходит? Может, я радиоактивный вообще?!

– Сомневаюсь, – не слишком уверенно пробормотала я. – А мне почему ты не рассказал?

– По той же причине. К тому же у тебя своих забот хватает. Да и не знал я, как ты отреагируешь.

– Поэтому решил отстраниться, – сделала я неутешительный вывод и уткнулась взглядом в пол.

Стефан встал со своего места, присел на корточки рядом со мной и ухватился на спинку стула, не касаясь меня.

– Но я так рад, что мой план по игнорированию не сработал и ты приехала…

Сердце сжалось от вида поникших плеч друга. Я аккуратно поправила несколько прядок жёстких светлых волос и опустила ладонь на его плечо, мимолётно коснувшись щеки с неряшливой щетиной. Поездка оказалась очень кстати. Хорошо, что иногда я бываю вредной и непослушной девочкой, у которой появляется смелость на подобные поступки.

– Как ты себя сейчас чувствуешь? – поинтересовалась я, когда мы закончили с ужином и переместились на диван в гостиной.

– Нормально, – кивнул парень.

– Мы договорились доверять друг другу и вместе решать твою проблему, помнишь?

– Помню. Я в порядке. Наелся досыта. И впервые за последние месяцы чувствую себя спокойно. Это очень приятно.

«А всё потому, что нечего играть в героя!» – хотелось сказать мне, но вместо этого я лишь едва заметно улыбнулась. Я хотела подвинуться ближе и прижаться к плечу парня, но не сделала этого по двум причинам: не решалась нарушать его спокойствие и… Он так и не сказал ничего по поводу моего признания. Понимаю, что время неподходящее, но боюсь, что не найду в себе сил озвучить важные слова ещё раз.