Невесомость

– Тебе однозначно больше идет, чем мне, – сзади раздался голос Хорхе.

– Блондинка в красном – это же классика.

– Принести тебе еще чего-нибудь? Ты голодна?

– Нет спасибо. Ничего не нужно. Я только хочу отдохнуть.

– Если хочешь поговорить или тебе что-то нужно дай мне знать. – Хорхе приподнялся, чтобы встать, но я взяла его за руку.

– Не уходи. Мне немного не по себе от мысли остаться наедине сейчас. – Возможность остаться сейчас один на один со своими мыслями заставляло все тело дрожать.

– Хорошо, я останусь, пока ты не уснешь, – он присел ко мне на кровать. Я легла, обняв подушку. Хорхе гладил мою голову. – Ты совсем как принцесса.

– Когда я была маленькая, мама часто уезжала по работе за границу. Сказки на ночь приходилось читать моему отцу. А он не знал ни одной. Поэтому как биолог и рассказывал мне сначала о животных… А затем переходил на рассказы о синтетической теории революции, генетическом дрейфе.

– Это хороший способ помочь ребенку заснуть как можно скорее. – Хорхе ответил, улыбаясь, а я продолжала рассказ, постепенно проваливаясь в расслабляющую негу сна.

– Речь об изменении частот вариантов генов в популя…, – я зевнула и мои глаза закрылись. Я попыталась продолжить предложение, но получилось лишь издать несколько невнятных звуков. Веки словно были каменными. Я почувствовала, как Хорхе поправил прядь моих волос, убрав с лица, и чуть касаясь, провел рукой по голове. И я уснула. Моментально. Словно больше уже ничего не болит и не беспокоит. Словно все беды остались где-то далеко позади… или вообще происходили не со мной… И даже отголоски воспоминаний о всех прежних печалях тихо, медленно угасали…

Глава 4

Оглядываясь на пережитое, я вспоминаю рассказ об одном старике, который на смертном ложе поведал, что его жизнь была полна неприятностей, большинство из которых так и не случилось.

Уинстон Черчиль

Темные силы, зародившиеся с родом человечества, объединяются в одну тень, которая преследует нас, напоминая об ошибках и неудачах прошлого. Становясь больше и сильнее с каждым годом, с каждым неверным шагом, с каждым сожалением. Приобретая абсолютную власть над нашими действиями, нашим мышлением и сознанием. Наши страхи, наша неуверенность, незавершенность, комплексы, – все то, что побеждает в битве за наше сознание и восприятие реального.

Я видела ее.

Она высокая, границы ее нечетко очерчены. Шрамы моего прошлого – ее крылья. Она приходила ко мне во сне и после я просыпалась и не знала, чего мне хотелось больше: никогда не засыпать снова, или уйти обратно в сон и больше не открывать глаза. Она обнимала меня, воздействуя на мой мозг, передавая лишь серые изображения, лишенные радости, пытаясь обессилить мою волю и превратить мое будущее в тонкую материю своей обыденной серой сущности.

Я проснулась утром от стука в дверь. Приоткрыв глаза, я не сразу вспомнила, как оказалась в этой комнате.

– Можно? – это был Хорхе.

– Да, заходи, – я ответила, стараясь подавить зевоту, потягиваясь в кровати.

– Доброе утро, – парень подошел к кровати и сел рядом. На нем была черная майка и серые штаны. Черный цвет ему очень шел, в сочетании с темными волосами и цветом глаз. – Как спалось?

– Привет. Я вообще не очень хорошо сплю в последнее время, часто просыпаюсь.

Я села на кровати, пытаясь вспомнить, что видела во сне. Ощущения при этом были не очень приятные. Забавно, но, даже когда мы не помним, о чем был ночной кошмар, с нами на утро остаются ощущения страха. Я сосредоточилась и начала прокручивать в голове те короткие фрагменты сна, что все еще могла удержать, пока они не исчезли навсегда: за мной снова шла моя тень. Я пыталась спрятаться от нее в доме, где жила еще в раннем детстве. В нем было темно. Забежав в свою комнату, я стучала по выключателю, но тщетно. В лампочке на потолке загоралось лишь немного света, которого не хватало даже на то, чтобы увидеть мою вытянутую руку. Затем он снова пропадал.

– А ты? – спросила я решив, что лучше подобные детали опустить.

– Почти не спал. Много думал о вчерашнем, обо всем, что ты рассказала, – Хорхе взял небольшую паузу. – Я приготовил тебе полотенце, халат, если хочешь пойти в душ.

– Спасибо, очень кстати.

– Что хочешь на завтрак?

– Тост с кофе вполне сойдет. А который час?

– Уже почти 13.

– Можно назвать это сразу обедом. – я взяла полотенце и халат и направилась в сторону ванной комнаты.

Стены в ней были отделаны изящной плиткой темно-серого цвета. Широкое зеркало обрамлено подсветкой, под ним – двойная раковина из черного мрамора с золотистыми линиями из янтаря.

Я разделась и зашла в душевую, закрыв в нее за собой стеклянную дверцу. На подставке был шампунь из трав и гель для душа. Я включила воду и на меня упала прохладная мощная струя. Механизм душа был достаточно замудрёный: на стальном каркасе было несколько регуляторов мощности и температуры. Минуты две я пыталась разобраться, чтобы получить нужную температуру, стоя немного в стороне от струи, и наконец это удалось.

Приятная горячая вода обняла мое тело, смывая весь накопившийся стресс. Я выдавила немного шампуня на ладонь и душевую заполнил ароматный запах трав, словно в хвойном лесу. Несколько секунд я просто вдыхала этот запах, заполняя им весь объем моих легких: он был таким мощным, свежим. Выходить совсем не хотелось, и еще какое-то время я просто стояла под водой с закрытыми глазами, пытаясь отключиться и ни о чем не думать.

Я вытерла тело и волосы полотенцем и накинула мягкий белый халат.

Оказавшись в коридоре, я направилась к соседней широкой двери. За ней был большой зал с огромным панорамным окном, закрытым жалюзи. Я подошла к окну, чтобы их поднять, и мне тут же пришлось прищуриться: с улицы комнату залил яркий свет золотого летнего испанского солнца. Когда я все же смогла поднять ресницы и перестать щуриться, мне открылся прекрасный вид на парк, расположившийся немного выше дороги. По периметру его украшали пальмы, в центре располагался египетский храм. С высоты парка должно быть можно видеть всю восточную западную часть города. Идеальное место для вдохновения.

– У меня нет фена, – за спиной раздался голос Хорхе, я чуть подпрыгнула на месте.

– Ты меня напугал.

– Прости.

– Ничего страшного, – я выдохнула. – Я не пользуюсь феном.

– С такими длинными волосами?

– Именно поэтому, – я улыбнулась, – Фен сильно сушит волосы, я стараюсь просто пользоваться полотенцем, а потом оставляю сохнуть самостоятельно. Иначе они сильно ломаются.

– Идем на кухню, – Хорхе взял меня за плечо и повел в сторону коридора. За соседней дверью была просторная кухня с большим стеклянным столом в стиле модерн. Парень подошел к холодильнику и открыл дверцу. – Тут куча всего, можешь брать, что тебе захочется.

Фрукты, овощи, соки, йогурты, сыры, бутылка шампанского. На дверце сбоку в ряд красовались баночки с пивом, колой, фантой: напитки на любой вкус.

– У тебя часто наверно бывают друзья?

– Последний раз большая компания приходила, когда у меня была высокая температура. Я заболел гриппом и меня пришли проведать.

– Это здорово, что они заботятся о тебе.

Хорхе посмотрел на меня со знакомой уже мне улыбкой, поднимая лишь левый уголок губ:

– Они устроили вечеринку в зале, пока я пытался в спальне заснуть.