Невеста врага

— У меня и в мыслях этого не было, — отозвался тот. — Я даже близко к ним не подойду и словом не обмолвлюсь. Буду делать вид, что их не существует. Не волнуйся, Лукас, праздник я не испорчу. Если только Гард первым не начнет...

— Вот этого я и боюсь. Как бы он не устроил провокаций в твой адрес...

— Я постараюсь сдержаться, — пообещал Роун. — Но оскорблять себя и своих близких не позволю. Здесь уж не обессудь.

— Скорей бы эти три дня прошли, — вздохнул Морай. — И с меня свалилась эта ноша. Ненавижу праздники, точнее, устраивать их. Столько мороки...

— В следующем году эта ноша ляжет и на мои плечи, — невесело ухмыльнулся Фаррет.

Морай со смехом развел руками, мол, что поделаешь? — и направился к двери:

— Ладно, пойду готовиться. До встречи с гостями осталось меньше трех часов. И ты тоже не опаздывай, — проходя мимо, он похлопал Роуна по плечу. — Я распорядился, чтобы ваши с Петрой места за столом были рядом со мной, а Гарда как можно дальше.

Фаррет на это лишь усмехнулся, а когда за другом закрылась дверь, поднялся и теперь уже сам подошел к окну, которое выходило на подъездную дорогу и крыльцо. Около него как раз остановился экипаж с гербом Белой Стужи. Первым из него вышел сам Гард, как всегда разодетый и с надменным выражением лица. Ладонь Фаррета непроизвольно сжалась в кулак, а в голове вспыхнула картина, как он со всей силы врезается с острым подбородком этого ледяного урода. Между тем распахнулась вторая дверца кареты, выпуская девушку в легком лазурном плаще, из-под которого виднелся край бледно-голубого платья. Стройная фигурка, золотистые кудри... Сердце Фаррета замерло. Это была она, его Теолла. 

*** 

— Покои сьера Гарда и его невесты, — поклонился пожилой слуга в желтом балахоне, распахивая перед нами двустворчатые двери. — Две спальни, личная гостиная и личная столовая. Слуги, что сопровождают вас, размещаются в отдельном крыле. Наши слуги тоже готовы в любое время выполнить все ваши пожелания.

Вот же черт! Что за закон подлости? Почему нас разместили вместе с Гардом? Да тут спальни через стенку! Надеюсь, прохода между ними нет? Убедившись, что комнаты не смежные, я немного успокоилась, хотя все это продолжало мне нравиться все меньше и меньше.

— Сьер Морай просил напомнить, что начало праздничного ужина в семь, — напоследок сообщил слуга и вышел.

Охранники Гарда остались за дверью: караулить снаружи.

— Теолла, милая, не опаздывай, — сказал мне Эйдон и удалился в свою комнату.

— По-прежнему чувствую себя как в тюрьме, — вздохнула я, обращаясь к Райме, но та не поддержала меня, сделав вид, что не расслышала. Вместо этого она деловито стала разбирать сундуки с одеждой, которые внесли в мою спальню следом.

Еще две местные служанки стали готовить мне ванну, которая после долгой дороги была очень кстати. Она размещалась в комнате, похожей на восточную купальню, а еще на ту, в которой в моих снах мылись Фаррет и Теолла. Я отогнала эти непрошенные ассоциации, ибо они сбивали меня с мыслей и заставляли думать совсем не о том, о чем следует.

А ванна сама была чудесная: в меру горячая, с густой пеной и цветочно-фруктовым ароматом. Стены самой купальни были увиты растением, похожим на белый вьюнок, по углам стояли кадки с пальмами, а пол усыпали лепестки красных роз. Из такой ванны не хотелось выходить, но явилась Райма и напомнила, что одежда уже выглажена и пора готовиться к ужину.

Я с сожалением покинула теплую воду и вернулась в комнату. Там меня уже ждало платье из легкого шелка нежно-персикового цвета. Фасон его был свободным, на манер греческой тоги, руки и декольте открыты, а золотистый поясок повязывался чуть выше талии. Далее Райма с помощью одной служанки долго делала мне прическу, вплетая в волосы живые цветы и жемчужные бусины. Затем мне припудрили лицо, щеки слегка покрыли румянами, на ресницы щеточкой нанесли черную краску, а на губы — что-то похожее на блеск кораллового оттенка. Этот незатейливый макияж придал лицу свежести, а глазам — блеска.

Гард ждал меня в общей гостиной. Свой привычный камзол он сменил на легкую рубашку цвета слоновой кости, поверх которой был накинут нарядный бирюзовый плащ с серебристой вышивкой по канту. Ткань брюк тоже заметно стала тоньше и легче, а сапоги сменили мягкие туфли с пряжкой.

— Ты совершенна, моя милая, — осчастливил он меня свои «комплиментом» и предложил взять под руку.

Я без особого желания приняла этот жест, переплетя наши руки.

Мы чинно покинули наши комнаты. Шли медленно и довольно долго, минуя анфилады коридоров с расписными потолками и стенами, внутренние дворики, украшенные цветниками и фонтанами, огромный холл, пока наконец не оказались около стеклянных дверей зала, где уже собирались гости.

— Правитель кантона Ваи, глава клана Белой Стужи сьер Эйдон Гард и его невеста сьера Теолла Милт, — объявил при нашем появлении церемониймейстер, и я, затаив дыхание, ступила внутрь.

Гард тоже подобрался и еще больше распрямил спину, вздернул подбородок. Мы шли по ковровой дорожке, и там, где она заканчивалась, нас ждал мужчина. Чуть старше Гарда, высокий, стройный брюнет, со смуглой кожей и чуть раскосыми темно-карими глазами. Но больше остального привлекала внимание его прическа: длинная толстая коса, доходящая ему почти до бедер.

— Сьер Морай, — чуть склонил перед ним голову Эйдон, я тоже присела в легком реверансе, как меня учила Райма.

— Сьер Гард, — тот поклонился в ответ. — Сьера... Милт, — его неожиданно заинтересованный взгляд остановился на мне. Рад видеть вас на землях Йорта. Приветствую вас от лица всех магов клана Зыбучих Песков. Добро пожаловать, чувствуйте себя как дома...

— Благодарю, сьер Морай...

Пока мы разворачивались, чтобы пойти обратно, к ложе, специально приготовленной для нас, церемониймейстер объявил следующих гостей:

— Правитель кантона Бастор, глава клана Живого Огня сьер Роун Фаррет и его спутница сьера Петра Вурт.

Я ощутила, как под моей ладонью напряглась рука Гарда, у меня же самой ослабли колени. Нам нужно было вновь пройти по ковровой дорожке, однако навстречу уже шел Фаррет. Я узнала его сразу, он был точь-в-точь как в моих снах: рост, разворот плеч, светло-зеленая рубашка и плащ не способны скрыть рельф мышц, каштановые волосы, в этот раз собранные в хвост. И глаза, как темный малахит. Только смотрели они сквозь меня, будто нарочно не замечая.

Гард тоже напустил на себя равнодушный вид, а вот спутница Фаррета Петра, которую я тоже узнала, все же одарила меня колким взглядом. Разминулись мы на самом центре дорожки и, проходя мимо, мы с Фарретом случайно задели друг друга руками. Это было сродни удару тока, от которого внутри сразу вспыхнул пожар. И мне стоило немалых усилий сохранить бесстрастное выражение лица и не вызвать подозрений Гарда.

Глава 18

Как шел назад Фаррет со своей спутницей я не видела, опустила глаза в пол, чтобы не вызвать подозрений у Гарда, который, между тем, так сжимал мою руку, что едва хватало сил терпеть.

— Мне больно, Эйдон, — не выдержав, прошептала я.

— Извини, — он слегка ослабил хватку, но руку не убрал.

Фаррет оказался последним из глав кланов, поэтому сразу же после его представления, нас всех пригласили в другой зал, где были накрыты столы, которые располагались полукругом. Центральные места занял хозяин праздника Лукас Морай и его спутница — девушка с огненными волосами и необычайно светлой кожей, изящная, высокая, в летящем изумрудном платье.

— Это его невеста? — проявила я любопытство.