Нейропсихоz

Я вхожу в лифт, встаю рядом. Нас всего двое в тесной кабине. Ему кажется, что это — совершенно обыденная ситуация.

Но ровно до тех пор, пока я не поднимаю пистолет с глушителем и не нажимаю на спуск.

Глухой хлопок. Яркие брызги крови на стене лифта. Тело Мордакова заваливается назад, его папка с бумагами выскальзывает из руки и глухо шлёпается на пол. Глаза тут же стекленеют.

Я убираю ствол в кобуру, сердце бьётся равномерно. Имплант улавливает мой мысленный сигнал и вызывает транспорт:

«Harley-Davidson Livewire. Ожидание подтверждения».

Подтверждаю.

Байк уже поднимается к парковке на автопилоте.

Лифт с распахнутыми створками за моей спиной, а в нём — очередной труп, который до последней секунды думал о жене и дочери. Мне не нужно переживать за него, не нужно задаваться вопросами о его семье. Боевые скрипты внутри меня глушат все переживания до состояния будничного заказа. Теперь они — неотъемлемая часть меня.

Никто не смог их отключить.

Никто не заставил меня.

Максим бы смог. Он бы сделал меня свободной. Единственный человек, которого я полюбила. И единственный, кого бы я готова была слушать.

Но его больше нет.

Камал-Сити забрал его у меня.

А я заберу всё у Камал-Сити.

Захожу на уровень парковки, и в этот момент на улице рекламный дрон снова включает слоган:

«КАМАЛ-СИТИ — ГОРОД ВОЗМОЖНОСТЕЙ!»

Байк Макса встречает меня мягким мерцанием фар. Теперь он мой. Запрыгиваю в седло, электродвигатель практически оживает.

Город всё так же принимает меня назад, совершенно не обращая внимания на чужую кровь.

Впрочем, как и всегда.