Нимфоманка

— Ого! — удивился Костыль.

— Да, да, она ведь извращенка. Но это детали. Теперь главное. В случае нарушения клиентами условий работы девочек, например, в случае группового изнасилования кого-нибудь из них, вы должны обеспечить примерное наказание виновных. На то вы и «крыша». Вот, собственно, и все. Теперь ваше слово.

— А если девочку обидят мои же ребята?

— За их дисциплину отвечаете вы. Иначе на сцене сразу же появится сам Шаман.

— Ясно. Дисциплину обеспечу. Но, знаете ли, конфликтовать из-за вас с другими крупными группировками мне очень не хотелось бы…

— Надавите своим авторитетом. Весь город должен знать: девочки фирмы «Шаман» надежно защищены.

— Что ж, подходит…

— По рукам! — Они обменялись рукопожатием.

— Тогда возьмите первый взнос, — Север протянул Костылю пачку денег. Тот взял, пересчитал и даже удивился: сумма была больше той, которую он собирался запросить.

— Еще у Шамана есть личное пожелание, — продолжал Север. — Пусть бригадиром нашего района останется Володя. Его здесь все знают, а главное — он знаком с Шаманом…

— Понял. Сделаю, — коротко отозвался Костыль. — Что еще?

— Вроде все…

— Тогда я тоже хочу предложить кое-что. Сведите меня с Шаманом. При моем опыте и его боевых качествах мы весь город возьмем…

— Боюсь, ничего не выйдет. Как ни странно это звучит, но Шаман не любит крови…

Север действительно не хотел лишней крови, не хотел лишний раз привлекать внимание к своей фирме. Он хотел лишь одного: перестать ежедневно бояться за жизнь Милы. А свяжешься с блатными вплотную — на горизонте обязательно замаячит Столетник со своей местью, грузины… Попробуем жить тихо.

— Вы все же передайте Шаману мое предложение, — попросил Костыль.

— Я обязательно передам. Но в его отказе я практически уверен.

— Жаль… — посетовал Виталий Павлович, уходя.

79

После заключения договора с Костылем фирма «Шаман» заработала на всю катушку. Девочки, вышколенные Беловым до уровня светских дам, пользовались бешеным успехом: их приглашали украсить собой почти любой праздник, презентацию, какую-нибудь заметную тусовку. Иметь дело с проститутками от «Шамана» теперь считалось даже престижным среди местных «новых русских». Поэтому, несмотря на крайне высокие цены, фирма всегда имела клиентов и процветала.

Мила работала «субботники» и вообще ублажала любителей групповухи. Ее уже знали почти все городские бандиты, и когда звонили, то прямо просили прислать Астру. Север скрепя сердце отвозил ее на очередные развлечения, дожидался в машине, привозил назад. Ему было муторно и гадко. Он почти потерял надежду на то, что Милу удастся когда-нибудь вылечить. Болезнь прогрессировала. Но Север по-прежнему мучительно любил жену и не представлял своей жизни без нее. Пусть хоть такая, но будет рядом. А что самому погано… потерпим, на то мы и мужики.

Вот и сейчас Белов тосковал за рулем, дожидаясь Милу с «адреса». Светало. Завтра Астра отдыхает — она работает все же не каждую ночь и, похоже, старается, чтобы промежутки между «сменами» становились длиннее. В прошлый раз она выдержала три дня, а в этот — целую неделю. Правда, к концу недели говорить почти не могла — только зубами скрипела. И глаза были мутные-мутные, полубезумные. Смотреть страшно…

Дверь подъезда открылась, Мила вышла, направилась к машине. Влезла в кабину.

— Ну как? — спросил Север ровно.

— Нормально. Как обычно. Освободилась… — Она вздохнула. — Надеюсь, еще на неделю хватит. А может, и больше. Поехали…

Возвращаясь с «адреса», Белов вспомнил визит Милы к сексопатологу и подумал: «Да, может, недельку Милка и выдержит, скрипя зубами. А может, и нет. Предложить ей, что ли, не мучиться? Все равно результат призрачен… Еще умом двинется от своих экспериментов… Физическую безопасность во время ее «загулов» я ей вроде уже гарантировал. Что лучше — позволять ей терпеть или гнать работать? Во проблема… Хорошие у нас семейные проблемы…»

Контора встретила Беловых неожиданной атмосферой тревоги. Север открыл дверь, пропустил вперед Милу. Навстречу им кинулся дежурный охранник Коля.

— Ой, Игнат! — это было имя Белова согласно новому паспорту. — Ой, Игнат, беда! С Мишкой, с Иркой, с Натахой…

— Что?! — резко выкрикнул Север.

— С ними нехорошо обошлись…

— Где они?!

— Там! — Коля мотнул головой назад.

Север прошел в заднюю комнату. Мила последовала за ним.

Ирка и Наташка ревели в три ручья. Размазанная по их лицам косметика мешала определить, где у девчонок грязь, а где синяки. Зато охранник Миша, сидевший в углу, являл собой редкий образчик живой боксерской груши. Над Мишкиным лицом явно потрудились профессионалы. И потрудились на совесть.

— Что случилось?! — Север ощутил накатывающуюся ярость. — Кто вас?!

— Кадыровцы… — прорыдала Наташка.

— Как?!

— Я… Мы поехали… Вроде все… — перебивая друг друга, залепетали сквозь слезы девки.

— Ну-ка замолчите! — прикрикнул на них Север. — Говори ты! — приказал он Мише.

— Сначала было все нормально, — начал Миша. — Позвонили, вызвали девочек в сауну. Я отвез. Там два мужика — сам Кадыров и его помощник Донат. Я их знаю. Ребята опасные, но тут вроде без всяких понтов… Заплатили, я девчонок оставил и уехал… Дальше пусть они рассказывают.

— Ирка, что было дальше? — спросил Север быстро и жестко, не давая девушке распустить сопли. Та подобралась.

— Дальше сначала тоже все было как обычно, — заговорила она, словно рапорт отдавала. — Мужики нормальные. Мы поработали, выпили, искупались, потом опять поработали, потом опять выпили. Парни начали заводиться, но это как всегда… Они повыкаблучивались, повыпендривались, стволами хвастались… ну обычный бандитский понт. Достали анаши, предложили нам, мы отказались, они покурили, потом мы снова поработали, сели пить. Кадыр куда-то ушел… По-моему, звонил. И через полчаса ввалилась вся его кодла. Восемнадцать человек, да еще две бабы: одна кадыровская — Нинка, другая донатовская — Зойка. Я сразу поняла: приплыли, девки, сливайте воду. Ну и началось…