Ночь накануне

[7] Single-wide - односекционный передвижной дом, готовый дом стандартной ширины - 14 футов (4,3 метра).

[8] Дэф Леппард (Def Leppard искаженное англ. Deaf Leopard - глухой леопард) - британская рок-группа из Шеффилда, Йоркшир, Англия, образована в 1977 году. Их стилевая манера с годами претерпела ряд изменений, двигаясь от хард-рока к поп-року.

[9] Здесь игра слов: название песни "Pour Some Sugar On Me." дословно можно перевести как "Посыпь на меня немного сахара" и имя Шугар Бискейн - Sugar Biscayne переводится как "сахар".

Глава 17

– Расскажите мне о несчастном случае на катере, - предложил Адам, когда Кейтлин устроилась на кушетке для очередного сеанса. Странное ощущение от пребывания в кабинете Ребекки частично исчезло, но Кейтлин все еще чувствовала себя не в своей тарелке. Ей не хотелось думать, что это было из-за Адама, из-за того что он привлекателен, что есть в нем намек на какую-то тайну, и она находит его чертовски сексуальным, на свою же беду.

– Что произошло?

Она подумала о прошлом, вспомнила спокойное море, гряду облаков, которая, казалось, была так далеко. Столь мирный пейзаж. Такой безобидный.

– Мы с Келли отправились поплавать на катере. Только мы вдвоем. Что-то вроде празднования дня рождения. Нам только исполнилось по двадцать пять, и наши трастовые фонды вступили в силу. Одним словом, катер был подарком Келли самой себе, - начала рассказ Кейтлин. Слова так и рвались из нее, пока она вспоминала жаркий, душный день, который так многообещающе начался.

– Куда мы пойдем?
– спросила Кейтлин, когда Келли появилась на ее пороге и стала настаивать на том, чтобы отпраздновать их новообретенную финансовую свободу.

– Это сюрприз.

– Я не уверена, что мне нравятся сюрпризы.

– Прекрати портить все удовольствие, ладно? Хоть один раз, расслабься. Давай же.

Она убедила Кейтлин сесть в машину, и они поехали на яхтенный причал. Припарковавшись, сестра вложила в руки Кейтлин пляжную сумку и вытащила из багажника маленький забитый холодильник.

– Ты арендовала катер?
– спросила Кейтлин, пока они шли по нагретым солнцем доскам пирса.

– Не арендовала.

– Что ты имеешь в виду?

– Я купила себе подарок на день рождения.
– Она остановилась перед доком, где был пришвартован блестящий прогулочный катер с каютой.

– Этот?
– спросила шокированная Кейтлин.
– Он же огромный.

– До яхты ему далеко.

– Но... ты хоть знаешь, как на нем ездить?

– Управлять. Конечно. Мне давали уроки. А теперь поторопись, или мы опоздаем на вечеринку.

– Вечеринку?
– Кейтлин чувствовала себя так, будто только что ступила на другую планету.
– Какую вечеринку?

– Ту самую, которую я организовала для нас.

– Ты ничего не говорила мне о вечеринке, - сказала Кейтлин, глядя на обтекаемое судно, покачивающееся у причала.

– Конечно, говорила. Сто лет назад! А теперь, давай выведем его в первое плавание, только мы вдвоем. У меня есть немного шампанского, чтобы отпраздновать.
– Она взобралась на лодку и открыла холодильник, чтобы показать длинные горлышки двух зеленых бутылок, увенчанных фольгой. – «Дом Периньон [1]», - провозгласила она так, будто это должно добавить привлекательности ее затее. Затем грациозно выскользнула из своих шортов, открыв нижнюю часть желтого бикини.
– Мы пойдем к Хилтон-Хед [2] и причалим на курорте. Я арендовала банкетный зал для нашей вечеринки.

– Ты все это серьезно?

– Абсо-мать-его-лютно. Нельзя отмечать двадцатипятилетие без вечеринки. Это вроде нашего последнего "ура" перед тем, как станем по-настоящему взрослыми.

– Я думала, что мы и так уже по-настоящему взрослые.

– Говори за себя. Ну, давай же!
– Келли сверкнула озорной улыбкой, ее волосы вспыхнули красным в лучах солнечного света, проникающего сквозь облака.
– Мы это заслужили. Наконец-то мы получили нашу долю денег дедушки Бенни. Господи, как долго мы слышали об этом?

Она встала на палубу, отставив одну ногу в сторону, и, кинула долгий оценивающий взгляд на свое приобретение.

– Знаешь, что я думаю?

– Даже не стану гадать.

– Я думаю, нет, я верю, что старый ублюдок ничего не хотел бы так сильно, как того, чтобы его любимые внучки устроили небольшую вечеринку.

– Что заставляет тебя думать, что мы были его любимицами?

Келли засмеялась и подмигнула, искоса глянув на Кейтлин.

– А кто ж еще? Аманда? Ханна? Или эти чертовы Бискейны? Да ладно тебе, я уверена, что мы были его любимицами. Не то, чтобы это имело значение. А сейчас, давай же, Бедовая Кейти! Вперед!

Конечно, она не смогла сопротивляться. Энтузиазм Келли был, как всегда, заразителен.

Сейчас, сидя в кабинете психолога, Кейтлин отчетливо вспомнила тот день, и, хотя она редко разговаривала с кем-либо о том, что случилось на ее двадцать пятый день рождения, даже с членами своей семьи, Адаму она рассказала. О том, как они шли на катере по темнеющему морю, о сгущающихся облаках, о собравшихся друзьях и семье. Там была какая-то музыкальная группа и именинный торт, и шампанское, и вечеринка, затянувшаяся далеко за полночь. К тому времени, когда они вернулись на катер, поднялся ветер. Келли на вечеринке пила, но настаивала, что сможет вывести судно назад к материку, а Кейтлин выпила слишком много шампанского, чтобы с ней спорить. Оглядываясь назад, она понимала, что ситуация как специально была подготовлена для трагедии.

На обратном пути к яхтенному причалу начался дождь, но Келли была неустрашима у штурвала своего нового судна. Она включила ходовые огни, и Кейтлин почувствовала, как легкий гул от выпитого шампанского усилился. Но под эйфорией проглядывало более мрачное чувство, головная боль угрожающе пульсировала, череп сдавило. Однако если Келли и чувствовала какой-то намек на собственное приближающееся похмелье, то этого не показывала. Стоя у штурвала с развивающимися на ветру волосами, она все еще шутила по поводу погоды, когда катер просто-напросто остановился, двигатель покашлял и заглох.

– Какого черта?
– пробормотала Келли, все еще смеясь, и попыталась завести лодку. Двигатель проскрежетал и снова замолк.
– Господи, этого не должно было произойти. Механик проверил лодку. Увижу его снова – клянусь – сверну его жирную шею!

Внезапно, показалось, что стало темнее, чем раньше, что, конечно, было невозможно. Но огни побережья виднелись в милях от них, а ветер пугающе усиливался.

– Дерьмо.

– Кончилось горючее?

– Я так не думаю. Господи, как тут темно.
– Она порылась в бардачке в поисках фонарика и ухитрилась его включить. Лодка раскачивалась на больших волнах, а ночь казалась мрачной и пустынной... как будто они были одни во всем мире.