Ночной крик

Вика и рада была бы исчезнуть, но сделать это быстро не могла при всем желании – из-за чемодана, естественно, ни дна бы ему ни покрышки. Неловко извинившись, она поволокла свою ношу в сторону, чувствуя спиной все тот же недовольный взгляд.

Неожиданно хлопнула позади калитка и Вика нервно вздрогнула. Обернувшись, она увидела совсем не то, что ожидала: от злополучного дома к ней спешил импозантный красавец, что называется, в летах, в отличие от первого – подтянутый и улыбающийся.

– Какой сюрприз! – воскликнул он так радушно, что Вика заозиралась, думая, что слова обращены не к ней. Но тип так и ел ее глазами, а руку уже тянул к ее чемодану, пытаясь вытащить ручку из ее онемевших пальцев.

– Позвольте вам помочь, прелестная фея, – галантно предложил он, завладев ее поклажей и держа ее на весу с изящной небрежностью. – Куда прикажете доставить багаж?

Вика нашлась не сразу. Она была в недоумении. Обозвать ее феей в нынешнем состоянии мог только сильно близорукий человек и теперь она опасалась, что подойдя ближе, красавец осознает свою ошибку и, чего доброго, швырнет в нее чемоданом.

Но тип продолжал улыбаться, демонстрируя полный набор металлокерамических зубов и масляно блестя глазами. Теперь Вика сообразила, что лицо этого человека ей знакомо. Нет, с ним лично она никогда не общалась, однако не раз видела его лицо по телевизору.

Тип был не абы кто, а известный режиссер, в последнее время находившийся на пике славы. Не успела Вика осознать в полной мере свое открытие, как вслед за ним последовало второе, не менее удивительное. Дело в том, что и первого типа она знала в лицо. То был политик, кажется, депутат и правая рука лидера какой-то серьезной партии. Вика политикой не интересовалась и узнала его не сразу, а узнав, совсем оробела. И чего это они тут скопились, по соседству? Неужели и остальные – такие же шишки, как эти двое? Этого только не хватало…

– Мадемуазель? – Режиссер – как бишь его фамилия? – попытался обратить на себя Викино внимание.

– Простите, это я от неожиданности, – пробормотала Вика как-то уж совсем по-деревенски, с легкостью входя в роль, хотя в деревне оказалась впервые в жизни.

– Прелестно! Вам идет смущение, дорогая, – покровительственно улыбнулся режиссер с забытой напрочь фамилией, очевидно приняв ее смущение на свой счет.

«Ого! Что-то слишком быстро он стал величать меня "дорогая"», – с неожиданной неприязнью подумала Вика, но заставила себя улыбнуться.

– Я сняла здесь домик на время отпуска, – пояснила она,– но понятия не имею, где он находится.

– Чудно. А номер дома вы помните?

– Конечно. Тринадцать, – с готовностью сообщила девушка, пытаясь незаметно стереть крупную каплю, повисшую на самом кончике носа.

Ловелас удивленно вскинул бровь и спрятал ироническую улыбку в уголках холеных губ.

– Ну что ж, – произнес он, слегка растягивая слова, – мы будем соседями.

Вика с ужасом покосилась на подслеповатый домишко, возле которого они как раз проходили, воровато выглядывающий из-за облезлого, давно не крашеного забора. «Это – мой дом?» – подумала она испуганно.

– Вы будете жить вон там, – показал рукой ее спутник на соседний участок. – Я остановился… хм… погостить в доме номер девять. Значит, тринадцатый – вон тот.

– Это радует, – пробормотала Вика себе под нос с облегчением.

Возле калитки она решительно затормозила.

– Вы позволите занести ваши вещи в дом? – попытался вежливо поднажать режиссер, очевидно, надеясь продолжить знакомство немедленно.

– Спасибо. Я сама. – Покачала головой Вика, стараясь, чтобы ответ прозвучал решительно, но необидно. Режиссер и не обиделся. Ему, избалованному вниманием, и в голову прийти не могло, что кому-то может быть в тягость его общество. Разубеждать его Вика не собиралась.

Режиссер галантно приложился к ручке, заверив девушку, что будет с нетерпением ждать следующей встречи, после чего Вика шустро подхватив чемодан, шмыгнула в калитку.

Возле крыльца ее внезапно осенило:

– Двуреченский! – громко сказала она, вспомнив, наконец, фамилию режиссера. Неожиданно в сенях что-то громыхнуло. Вика вздрогнула.

– Это еще что за черт? – пробормотала она, только сейчас заметив, что входная дверь полуоткрыта. – Ошиблась я, что ли? – добавила она совсем тихо, опасаясь шагнуть на деревянное крыльцо и не решаясь уйти.

Пока она размышляла, дверь открылась еще шире и Вика увидела молодую женщину, судя по виду – из местных. Нет, дело было вовсе не в ее довольно мешковатой одежде, состоящей из бесформенной вылинявшей юбки ниже колен и такой же простой кофточки с рукавами фонариками. Ее кожа так и лучилась здоровьем – вот что главное. Такого цвета лица – медово-золотистого от загара – живя в городе, вы не получите, даже если будете глотать поливитамины пачками. Женщина была лет на пятнадцать старше Вики, но ее лицо было гладким и очень привлекательным, только, пожалуй, немного худым. Впрочем, это ее не портило, она была очень хорошенькой. Не слишком высокая, светловолосая и голубоглазая.

– Здравствуйте! – первой поздоровалась она приятным голосом, с непривычно-мягким деревенским акцентом.

– Здравствуйте!

Женщина выглядела удивленной, ее взгляд все время перебегал с лица Вики на тяжелый чемодан у ее ног.

– Простите, но я думала, что это дом, который я сняла на лето, – пролепетала Вика, все больше впадая в растерянность. – Наверное, я ошиблась.

– О, нет! Все правильно. Вы, наверное, Вика Стрельцова, да? Как же я сразу не догадалась.

– Так это мой дом? То есть… тогда почему… кто…

Вика запнулась и сглотнула, силясь понять, что делает эта женщина в ее доме? Пусть временно, но этот дом принадлежал ей, и она не рассчитывала, что придется делить его с кем-то еще. Девушка разволновалась так, словно застала незнакомку за чем-то предосудительным и теперь сама испытывала от этого неловкость. Должно быть догадавшись о чувствах девушки, женщина начала быстро краснеть – сначала шея, потом щеки, лоб и уши. Ее руки вцепились в край юбки.

– Извините, я думала… Я не знала, когда именно вы приедете. А Сергей Валентинович попросил меня немного прибраться. Дом-то больше года без хозяев стоял, сами понимаете.

– Так вы, наверное, Катя! – обрадовалась Вика. – Мы с вами говорили по телефону. Договаривались об оплате.

Катя с готовностью кивнула. В ее взгляде промелькнуло облегчение. Краска отхлынула с ее лица. Вика улыбнулась, обрадованная, что все так хорошо разрешилось.

– Я живу в соседнем доме, – кивнула Катя в сторону избы, которая не так давно привела в смятение Вику. – Простите, что не успела прибрать дом как следует, – извинилась она еще раз.– Если я вам понадоблюсь, то…

– Ничего страшного. Я сама справлюсь с тем, что осталось.