Ночные снайперы

— Я в этом ничего не понимаю, — улыбнулась Саша. — Но если вы сможете выиграть деньги, я буду стараться.

— Если вы выиграете, мой доход — пополам, — предложил Степашка.

— Нет, Степан, в азартные игры мне папа играть не разрешает, — засмеялась Саша.

— Да, я понимаю… — Степашка почесал свой мясистый нос. — Несообразно… Тогда я вашу программу проспонсирую. В этом же нет ничего такого.

— Проспонсируйте, Степан, — вмешалась Алена. — Обязательно проспонсируйте. Наш канал переживает сейчас не лучшие времена. А Александре Николаевне личная монтажка нужна с компьютерными технологиями. А то она ночами работает.

— Чего ж вы раньше молчали? — удивился Степашка. — Вы скажите, куда бабки скинуть, я и без выигрыша вам это дело организую. Какой базар? Мне передачи ваши очень нравятся. А ночи, они это… не для работы придуманы.

— У Степана есть еще одна информация для тебя, — сказала Алена.

— Ага, — спохватился Кокорев. — Мы тут с теми пацанами немного разобрались, которые в другую «забиваловку» играли. Ну, помните, вы просили?

— Конечно, — кивнула Саша, — получилось?

— А что в этом трудного? — развел руками Степан. — Морж сделал ставку на того мэна, которого вы назвали. Ну, фирмача этого, с термометрами. А после вечерних новостей, где вы о преступлении сообщили, Морж сразу пошел за своим выигрышем. Причем, с техникой там всякой связываться, ждать, пока на его карточку электронную бабки перечислят, не стал, сразу к ним домой заявился. А те пацаны его так быстро не ожидали в натуре, вещички не торопясь собирали, съезжать вознамерились до того, пока победитель не раскумекает, что его кинули. Потому как никаких денег они на счет Моржа переводить не собирались. А напротив, хотели обналичить да в Мексику, наверное, свалить. Придурки… А тут Морж к ним оперативно вваливается. И скромно интересуется, где можно получить выигрыш по счастливому билету. Ну, парни — в шоке, поначалу в отказку идут, потом под укоризненным моржовым взглядом быстро с банком связываются, деньги переводят, все путем. А поскольку все непонятки разрешаются благополучно, мир, дружба и жвачка, то Моржу как-то неудобно сразу из гостей уходить. По всем мировым этикетам положено светскую беседу хозяевам предложить. А Морж, он на темы-то всякие — о погоде или о женщинах — не слишком изобретательный. Поэтому первое, что ему в голову пришло, о снайпере ночном поговорить. Ну типа не знают ли они чего, не их ли это идея… Опять-таки маркерами поинтересовался, нельзя ли у них в аренду их взять.

— Степан, не томите! — воскликнула Алена. — Сашке еще в финале играть!

— Не причастны они, — вздохнул Степашка. — Идея с «забиваловкой» про четверговые и пятничные жертвы им позже пришла. После того, как и в меня плюхнули, и в директрису школьную. Кто-то им из их знакомых школьников про эту бодягу врубил. А они подумали — чем не пенсия на старость. Сначала среди малолеток информацию к размышлению по чатам рассыпали. А потом, само собой, и люди постарше в игрушку врубились. Отсюда и бабки неплохие.

— Ну что же… — проговорила Саша. — Почти все подтверждается. Странно, что они не побоялись продолжить свое занятие после визита в управление внутренних дел. Совсем у них мозгов нет, что ли?

— Похоже на то, — согласился Кокорев. — Может быть, Морж их теперь вразумил? А вам спасибо, Александра Николаевна, Моржу на карман двести тридцать тыщ тугриков перепало. Бабки, конечно, скромные, но все равно приятно.

Саша покраснела. Ситуация была щекотливая. По сути, в ходе оперативного мероприятия она организовала незаконную акцию. По всем статьям следовало бы эти деньги изъять и запротоколировать. А также призвать к ответу участников тотализатора.

Степан, кажется, понял ее смущение.

— А вы знаете, почему ему приятно? — сказал он проникновенно. — У Моржа давно одна мечта имелась — в детской комнате милиции, где он, считай, все детство провел, ремонт сделать. Да все как-то свободной налички не было, капиталы-то в бизнесе постоянно крутятся. А тут, можно сказать, бабки с неба свалились. Теперь будут у пацанов и обои в цветочек, и столы для настольного тенниса. А можно будет и пейнтбольный клуб при этой комнате организовать. Глядишь, малолеток меньше будет на глупости тянуть. А уж как майор Марья Васильевна порадуется! Классная тетка! Это ведь она из Моржа человека сделала. Еще тогда, когда в лейтенантах бегала. Страшно подумать, чем бы он сейчас занимался, если бы не она.

Саша вздохнула. Это был компромисс. С другой стороны, это было целевое вложение изъятых из незаконного оборота средств. В иных, законных случаях, деньги неизвестно куда деваются. А тут — ясно, что на благое дело…

— Хорошо, — кивнула она. — Мы еще обсудим этот вопрос. О том, чтобы какие-нибудь ретивые сотрудники внутренних дел действия Моржа как вымогательство не квалифицировали. Ведь эти мальчики-тотализаторщики вполне могут заявление в прокуратуру написать. Несмотря на то, что на них самих дело, скорее всего, заведут.

— Заявление? Что вы? — поразился Степашка. — Они с Моржом расстались как друзья. И обещали больше никогда не заниматься противоправными действиями. А с любого бизнеса — налоги платить. Худо только, что в деле мы нисколько не продвинулись. Ниточка не туда увела.

Саша опустила голову.

— Она давно не туда увела. Я надеялась, что смогу отыскать подходящих кандидатов в подозреваемые на соревнованиях, — огорченно сказала она. — Но в таком коловращении это не представляется возможным. Игры идут по пять минут, некоторые заканчиваются дракой. За масками не видно лиц. Поэтому непонятно, что чувствует тот или иной игрок, когда прицеливается или стреляет. Возможно, со зрительских трибун было бы виднее, кто чего стоит. А на поле мне совершенно недосуг приглядываться. Ведь команда на меня тоже рассчитывает.

— Если исходить из психологического портрета, изображенного тобой, — сказала Алена, — то подозревать следует самых хладнокровных игроков. Это, во-первых, вся команда, которая сейчас будет сражаться против вас. Но все они, если не ошибаюсь, живут в городе Клайпеде. Представить себе, что кто-то из них каждый четверг приезжает в Питер, чтобы пострелять в наших горожан, по-моему, невозможно. Команда из Москвы в полном составе отпадает. Суворовцы, с которыми играли прибалты в полуфинале, конечно, организованные ребята. Но на поле они ведут себя так, как и полагается мальчишкам — слишком возбуждаются. Поэтому и проиграли. Кроме того, суворовское училище следствие уже проверяло, не так ли?

— Да, — подтвердила Саша.

— По той же причине, что и другие иногородние команды, отпадают рязанцы, киевляне, минчане, — продолжала Алена. — В команде Московского района очень слабые игроки. По всем параметрам. Остается команда «Викинг». А вот в этой команде, с твоей точки зрения, нужно рассматривать четверых. Тех, кто не участвовал в драке в первой игре, а занимался делом. Это был Корецкий, бабушки — божьи одуванчики и ты, Саша. Правда, ты здорово осадила одного скакуна, но я отношу это на счет твоих навыков, приобретенных в процессе редких стычек с нехорошими людьми.

— Хы… — не выдержал Степашка. — Вы подозреваете свою подругу?

— А вот если брать психологический портрет, который рисует Корецкий, — усмехнулась Алена, не обращая внимания на реплику Кокорева, — то сумасшедших тут, по-моему, предостаточно. Особенно эта ваша Лариса. Видела бы ты, как она перепрыгнула через ограждения и стала колошматить двухметрового детину.

— Получается, что подозреваемых нет, — подвела итог Александра. — Корецкого трясет, когда он слышит о пейнтбольном снайпере. Он уверен, что это происки против его детища. Или он гениальный актер. Бабушки? Это несерьезно. Зачем им стрелять в Степана Владленовича? Они, небось, о нем никогда и не слышали. Я? Я, наверное, могла бы забираться на чердаки и, возможно, не промахнулась бы. Но мне некогда. И у меня алиби…

— Хы… — снова сказал Степан.

4

Игра с «зондеркомандой» из Клайпеды под названием «Эдельвейс» вопреки всем прогнозам затянулась. Для пейнтбола и десять минут — слишком большой срок, если команды играют в малом составе. А тут прошло уже пятнадцать, над городом сгущались сумерки, но ни одна из сторон не понесла серьезных потерь. И никто до сих пор не сумел приблизиться к финальной елке, не говоря уже о том, чтобы захватить ее. Двухметровая на этот раз красавица стояла немым и веселым укором претендентам. Фронтальные и фланговые игроки притомились, отбегав более четырех игр подряд, у снайперов запотевали защитные очки и окуляры прицелов, действующие на подстраховке застаивались, а от постоянного напряжения реагировали на двигающиеся мишени запоздало. Прибалтийские пейнтболисты работали четко, по выученной, вероятно, схеме, но это их и подводило, потому что «Викинги» знали, откуда ждать того или иного игрока, угадывали, что он будет делать, и не давали прорваться к заветной цели. Но и им самим не удавалось пробить оборону противника, поскольку организована она была безупречно. Дело шло к длительному выжиданию с обеих сторон, пока тот или иной участник действа не совершит ошибку.