Нормальное общество

Осмотревшись, я приметила девушку, которая точно была местной невидимкой: длинные волосы, собранные в аккуратную косу, огромные очки в толстой черной оправе и вещи, явно купленные на стоковой распродаже. Девушка перехватила мой взгляд, улыбнулась и жестом показала обернуться. Я последовала совету и уставилась на большую серую стену с формулами. И что это было? Невербальный намек учиться и вести себя хорошо?! Скользнув взглядом дальше, я увидела мусорное ведро, из которого торчало что-то серое, очень похожее на мой рюкзак.

Можно было, конечно, жестами ответить, что это не моя сумка и вообще, люблю ходить в школу налегке, без тетрадей, учебников, ручек. Но идею я отбросила сразу: другой рюкзак у меня не появится, да и его содержимое мне не помешает. Класс с интересом ждал моих действий, и я решила не заставлять их ждать. Глубоко вздохнув, я быстрым шагом направилась к мусорному ведру.

Не обращая внимания на возгласы, смешки и камеры телефонов, я пыталась вытащить рюкзак, который застрял в мусорке. На видео, наверно, можно будет полюбоваться, как я с энтузиазмом роюсь в содержимом урны.

Вернувшись за парту, я осмотрела рюкзак: искусственная кожа в нескольких местах протерлась, лямка оторвалась, и сам он оказался грязным, в следах от ботинок. Внутри лежали помятые тетради, раздавленные ручки с потекшими чернилами и новый планшет с разбитым экраном. А ведь он появился у меня всего два дня назад. Это был примирительный подарок мамы за внезапный переезд и еще необходимым условием директора при приеме. Ведь нам придется учиться и по электронным книгам, школа делает большой упор на инновации.

Планшет работал. Но весь экран покрывала мелкая сетка трещин. Пара осколков уже выпала, и выглядел он как в рекламе мастерской по ремонту техники в разделе «до». Плакать не хотелось. Мне было бесконечно обидно за то, что со мной так обошлись. Но в тоже время я понимала причину: мой рюкзак стал помехой в жизни королевы школы и его ожидаемо казнили.

Разложив помятые тетради, планшет и пенал на столе, я стала слушать первую лекцию про интегралы. Но мысли с формул соскакивали на разбитый экран, на насмешливые взгляды одноклассников, и я не могла сосредоточиться на предмете. Неожиданно картинка перед глазами стала мутной, в носу противно защипало. Только этого не хватало!

Подняв руку и спросив учителя, можно ли выйти из класса, я выбежала в коридор, так и не услышав ответ.

Закрывшись в туалетной кабинке, я дала волю слезам. Было жалко себя: новая школа – и сразу такое отношение одноклассников. Я никого не знала, ничего не сделала им, не обидела и не задела. За что они так со мной?

Мне было больно за дорогой планшет, новый рюкзак. У нас с мамой нет возможности просто взять и купить что захочется. Поэтому придется пользоваться испорченными вещами, попытаться отремонтировать экран и выслушать очередные мамины претензии. Скоро поводов для слез не осталось, да и плакать мне надоело. Всхлипывания сменились злостью. С треском открыв дверь, я направилась к зеркалам.

На меня смотрела блондинка с потекшей тушью, разводами тонального крема и красными глазами. Жуткое зрелище. Захотелось умыться и показать настоящую себя. Если быть честной, то обычно я не крашусь. Просто в первый учебный день хотелось быть как все. Но не такого знакомства с одноклассниками я ожидала.

Я смыла макияж, и мне стало лучше. Только неприятное ощущение злости разъедало. Хотелось закричать, чтобы стало легче. Если бы сейчас зашла Джессика, ей бы не повезло. Я сжала кулаки и представила, как хватаю ее за волосы и с силой бью об стену. Потом еще раз, и еще раз… Закрыв глаза и глубоко вдохнув, я прислушалась к себе и поняла: мысленное избиение обидчицы не принесло облегчения. Боевое настроение быстро прошло, и я пыталась решить, как поступить дальше.

Открыв глаза, я увидела прямо перед собой огромные очки, болотного цвета глаза и робкую улыбку. Эта была та самая девушка, которая сидела за соседней партой. И которая любезно подсказала, где искать рюкзак. Немного странно видеть ее в паре сантиметров от своего лица. Но вот ее ситуация нисколько не смущала.

– Селенис, – представилась она и сразу крепко обняла меня.

Я почувствовала запах старых книг. Захотелось закрыть глаза и перенестись за тысячи километров отсюда, в старую школу. Снова погрузиться в особенную атмосферу местной библиотеки и сесть на подоконник читать, забыв про все неприятности. Но это было невозможно. Как и терпеть эти затянувшиеся обнимашки. Не хватало еще прослыть лесбиянкой. Я и так наверняка удостоилась звания любительницы копаться в мусоре. Бр-р-р.

Мягко оттолкнув ее, я криво улыбнулась.

– Хлое. Прости, но ты не считаешь объятия в туалете немного странным занятием? Что тебе от меня нужно? – задав несколько вопросов я, сощурив глаза, испытующе посмотрела на нее.

Та смущенно опустила голову и робко улыбнулась.

– Прости. Мне просто захотелось тебя поддержать. – В это время она рассматривала пол и, видимо, разговаривала со своими туфлями. – И если тебе будет грустно, то ты всегда сможешь рассчитывать на меня. – Поймав мой взгляд, она снова робко улыбнулась. – Понимаю, это звучит странно, но в этой школе выжить одной будет очень сложно. Лучше найти друга.

Ответные слова не приходили на ум. Пауза затянулась. Я чувствовала, что она говорит искренне. Селенис не хотела меня задеть или обидеть. Среди колких взглядов и осуждающих слов появилась та, с кем я могла нормально общаться. Но так сразу принять нового человека, с которым нас объединяет только последний ряд, я не могла. Мне нужно время, чтобы пообщаться и узнать Селенис лучше. Вдруг за этими огромными очками скрывается совсем не друг.

– Ну, я пойду, – сообщила Селенис и вышла из туалета. Видимо, мое молчание она восприняла как отказ. Подружиться не получилось. Я могла бы побежать и поделиться своими мыслями, но что-то меня останавливало. Наверно, каждый переживал предательства и неприятные моменты в жизни, пополнять эту копилку не хотелось.

Посмотрев на закрытую дверь, я почувствовала сильную усталость. Учебный день только начался, а я уже чувствовала, будто провела в этой школе полжизни, без выходных и каникул. Я была уничтожена.

Два

Первая учебная неделя в новой школе прошла без особых происшествий. Если, конечно, забыть про рюкзак. После того случая одноклассники делали вид, что меня не существует, и никто не собирался дружить со мной или пытаться общаться.

Иногда я переписывалась с Селенис, но в школе мы делали вид, будто не знаем друг друга. Такое положение дел вполне устраивало нас. Я могла снова быть собой и не разглядывать только пол и стены, чтобы случайно не встретиться с кем-то взглядом и не вызвать возможную агрессию.

После уборки в комнате я лежала в кровати и отдыхала, слушая случайный плейлист в айтюнс через ноут. Раздался сигнал. Пришло новое сообщение.

Интересно, от кого? У меня было около трех тысяч друзей на фейсбуке, но вовсе не потому, что я популярна. Просто бум, когда все добавляли всех, не прошел мимо меня. Если считать только людей, которых я знаю, список сократится до 50 человек. На стене висели бесконечные фотографии из жизни, мои любимые книги, видео выступлений в школьном театре, тортики с дней рождений, плюшевая кошка без глаза. А еще цитаты с красивыми снимками – моя фишка. Обычная страница, как у всех.