Норвуд Кроу

Глава 5

Мы приехали в НИИ секретных разработок «НордКрест». Заселились в общежитие, оснащенное всем необходимым и современным оборудованием. Нам дали время, чтобы осмотреться, после чего мы пошли на ужин. 10 основных во главе с Николаосом после ужина пошли в качалку. К ним подтянулись несколько человек из резерва. Норвуд не пошел из-за того, что увлекся разговором с Вивиан, которая задумчиво сидела возле своей кровати. Разделения комнат на мужчин и женщин не было. Все 35 человек находились на одном этаже, там же находился современный спортивный инвентарь.

– Что ты такая задумчивая? Тебе грустно? – спросил Норвуд у Вивиан

– А? I’m sorry! 1 second, – ответила на английском Вивиан, одевая наушник. – Ээм, что ты говорил? – переводил наушник ее слова.

– Мне кажется, ты грустишь? – продолжил Норвуд.

– Нет, не грущу, все хорошо, не беспокойся. Просто я еще не адаптировалась, – ответила Вивиан.

– Ты не говоришь на русском, значит, какой у тебя второй язык?

– Итальянский.

– Круто, у нас есть что-то общее, это радует.

– Что?

– Английский язык.

Так разговор продолжался чуть ли не до отбоя. Каждый с кем-то разговаривал, но их будто никто не замечал. Прозвучала команда голосовой помощницы, встроенной в видеокамеры и наушники: «Отбой».

Лежа на кровати, Норвуд думал о завтрашнем дне, о приятном разговоре с Вивиан, о том, что еще вчера он был никому незнаком, а уже через считанные месяцы, если повезет, станет одним из участников корабля «OXYGEN». Название корабля происходило от фирмы по производству кислорода. Корабль был достаточно большой, но цель у этого корабля была колоссальной.

Глава 6

6:00. Подъем.

– Живо встали. Быстрей, быстрей, быстрей. 3 круга вокруг плаца. Разминка – и на этаж, – пробудил полковник Виджей своим криком 35 человек.

Для кого-то было тяжело, кому-то нелегко, Норвуду было интересно, кто же ступит на борт «Оксигена».

«Все-таки нужно 10 человек. Зачем тогда готовить сверху еще 25? Хватило бы и 15. Мне кажется, не зря же так тратят время на нас», – думал Норвуд.

Время шло, обучение было на уровне. При участии Вивиан Норвуд стал более-менее хорошо различать быструю речь. Чем больше он с ней общался, тем больше она манила его к себе. Тем больше он в нее влюблялся. Одним из вечеров он даже сочинил для нее поэму, которую назвал «Путь длиною в жизнь». Норвуд прочел ей поэму 7 июня, и Вивиан аж прослезилась.

– Мне так приятно. Я даже не думала, что ожидает меня здесь, но чтобы вышло все именно так, как есть… У меня нет слов. Я счастлива. Я очень рада, что ты появился в моей жизни, – с приятным трепетом в сердце произнесла Вивиан и обняла Норвуда.

Когда Норвуд и Вивиан засыпали, им снилось, что они снова вместе, гуляют по красивым местам, плавают в чистейшей воде, прыгают с парашютом.

Незаметно дня них наступило 1 июля. После подъема, разминки и завтрака все 35 человек поднялись на борт «Оксигена». На тренировках работа и поведение на корабле были доведены до автоматизма, но им было волнительно вылететь впервые в космос. Волнительно, но не страшно.

– Что ж. Полет прошел отлично и превзошел мои ожидания. На этот раз мы просто вылетели в космос, не используя скачок времени – скачок, дающий преодолеть большие расстояния за малое время, – говорил полковник Виджей, пока не перебил его Николаос.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться?

– Разрешаю.

– А скачок времени проходил проверки? На нем хоть раз преодолевали световой год?

– Хороший вопрос. Проверки проходили, расстояния преодолевали, но именно световой год нет.

– А почему нет? – продолжал Николаос.

– Для этого вы и нужны. С вами мы прыгнем на 5 световых лет, до ближайшей возможной планеты с живыми существами. Наш мощнейший телескоп засек жизнь на планете Кайзуно, находящейся в 5,04 световых года, – ответил полковник Виджей.

– А если вдруг кто-то из нас умрет? Если вдруг все мы умрем? – спросил Марк, входящий в десятку «Оксигена».

– Если кто умрет, я не виноват. Условия договора предусматривают смерть подписавшегося. Там оговорено, при смерти кого-либо один миллиард долларов выплачивается родственнику, которого вы указали. Если не согласен, надо было не подписывать. Сейчас отказаться можно, но тогда вы будете возместить компенсацию за проживание, питание и пройти стирание памяти, – продолжал отвечать Виджей.

– Стирание памяти? Что это значит? – спросил испуганно Марк.

– За этот период времени вы узнали о секретных разработках компании «Нордкрест». Стирание памяти – это вам дадут таблетку, которая стирает память за последние примерно 3 месяца.

– Ну я не соглашался на такое. Это не было оговорено в договоре! – говорил Марк.

– Согласились вы на все, подписав договор. Договор дороже денег. Там было все оговорено, – парировал каждое недовольство Марка полковник Виджей.

– Тогда замените меня. Отправьте в резерв, – предложил Марк.

– Хорошо, вы будете заменены. Путь для вас в десятку «Оксигена» закрыт. Желающие туда попасть из резерва – два шага вперед, – сказал полковник Виджей.

Каждый из резерва сделал два шага.

– Так, хорошо. Будем выбирать тогда по результатам проживания на этаже. Так. Кто еще из десятки хочет покинуть «Оксиген»? – говорил Виджей.

Было видно как двое, Тод и Стэн, нерешительно хотели сделать шаг вперед, но их удерживала будущая известность всему миру, к чему они и стремились, хотя все-таки страх перед смертью их пересилил, и они сделали два шага вперед.

– Хорошо, еще кто?.. Никого больше. Окей. Тогда до завтра.

Глава 7

Уже почти наступил вечер 5 июля.

– Вивиан, я так хочу, чтобы нас двоих взяли. Может, это будет мешать работе или наоборот… Не знаю, что на уме у командования, но я хочу быть рядом с тобой. Я еще ни в кого так не влюблялся, как влюбился в тебя. Мои чувства к тебе истинны, – признавался Норвуд.

– Я знаю, и мои чувства к тебе истинны. Я тоже хочу полететь вместе или не лететь вообще, но лишь бы мы были рядом, – отвечала взаимностью Вивиан.

Наполненные любовью разговоры сменяли вечер на ночь, прозвучала команда «Отбой».

Норвуд не мог уснуть продолжительное время. Он думал о Вивиан, иногда ему казалось, что он как будто каждый новый день влюбляется в нее по-новому. Еще сильнее. Еще страстнее.

В его ушах играла итальянская песня, та, которую напевала ему Вивиан каждый вечер, и клонила Норвуда в сон.

Она рассказывала ему про виноградники Италии, и они стали ему сниться. Как он и Вивиан блуждают, держась за руки, среди виноградников, улыбаются и пьют вино из одного бокала под палящим солнцем.