Новые: Изгой

— Никого. — Прошептал Константин.

Изгой ждал и через минуту кусты зашевелились и оттуда вышел один голый инфицированный. Он принюхивался, вероятно учуяв их и сам того не осознавая стал фигуркой в игре изгоя. 362 выстрелил с глушителем, сняв опасность и обернулся, смотря в сторону неуловимого.

— Нас услышат. — Сказал Дмитрий. — Ты чего удумал?

— Хитрая игра. — Сказал Федор, понимая задумку изгоя. — Если не можем преследовать, надо заманить к себе. Доиграем до конца.

Энергия неуловимого начала колебаться вокруг одной точки и изгой это едва ощущал, постепенно изучая свои возможности. Он услышал выстрел своим тренированным слухом и пошел на звук, понимая, что если это преследователи, то они слишком подобрались к его норе и их придется уничтожить. Сотрудники тоже понимали это, принимая правила смертельной игры. Пора устраивать ловушку для неуловимого.

— Он идет. — Улыбнулся нервно Константин и махнул своим коллегам. — Распределяемся.

Сотрудники рассыпались вокруг, буквально сразу исчезнув из виду и 362 спрятался в сухом овраге, тянувшемся к реке, засыпанным большими камнями, став приманкой. Ждать придется долго и от нечего делать изгой начал рассматривать камни и то, что между ними творилось. А здесь кипела своя жизнь и между камней деловито ползали жуки и муравьи, занимаясь своими весьма важными для них делами. До войны между людьми и тем более между людьми и инфицированными им дела не было, впрочем, у них всегда была своя жизнь, полная задач, приключений и опасностей. Он подставил руку и один из жуков залез на неё, бегая между пальцев и шевеля усами, а затем видимо это ему надоело и он взмыл в небо с легким жужжанием, не желая быть игрушкой в руках изгоя. Для жуков люди были как горы со своим, необъяснимым сознанием, который им никогда не постичь, да может они и не стремятся к этому, вполне довольствуясь своим миром, а люди никогда не задумывались, о чем думают жуки, тем более в нынешних условиях. 362 замер, отвлекшись от размышлений, поскольку церковник был совсем недалеко, и его энергия неумолимо приближалась нарастающим сиянием.

— 362. — Раздался голос Киркина и он ощутил изменения.

Изгой из-за ожидания церковника ослабил свою защиту и ученый дотянулся до него, сам того не осознавая раскрыв все свои карты. Ученый раньше контролировал всех изгоев, управлял ими, он мог манипулировать и им, но теперь он имел только иллюзию контроля над 362 и сам не осознавал этого, по крайней мере пока что.

— Я здесь. — Ответил мысленно 362.

— Почему я тебя не слышал? Куда ты исчез?

— Я не знаю. — Ответил изгой. — Разберемся позже, я с сотрудниками. У нас здесь проблема с церковником, он рядом с лабораторией.

Ученый замолчал и изгой перевел свое внимание на энергию неуловимого. Он уже был здесь. Церковник приближался, кружась вокруг поляны в лесу и изгой понял, надо показать себя, иначе он обнаружит сотрудников, не проявив себя. 362 осторожно пополз по канаве в сторону реки, бесшумно, но недостаточно, задевая мелкие камни. Заметил. Он ощутил энергию человека, сконцентрировавшуюся на нём. Тот ходил вокруг, медленно подбираясь, видимо ища точку, чтобы убить. Изгой шевельнулся и резко нырнул вниз, весьма вовремя по склону к реке, ведь меньше чем через секунду, в том месте где он был просвистели пули, вспахивая землю и дробя камни.

— Стоять. — Раздался голос Константина и воцарилась тишина, лишь только трава шелестела от шагов сотрудников, выходивших к своей цели.

Изгой поднялся из канавы и посмотрел на противника издалека, сразу сев обратно. Посередине поляны стоял человек в своеобразном серо-зеленом камуфляжном костюме, с полностью закрытым лицом и снайперской винтовкой в руках, которая тоже была обмотана такой же тканью. Он опустил ее на землю и медленно разогнулся, подняв руки, окруженный тремя сотрудниками, держащими его на прицеле. Его взгляд не отрывался от того места, где сидел изгой при этом ни секунды, он даже не моргал, смотря словно остекленевшими глазами на того, кто его обманул. Это не было видно сквозь маску, просто ощущалось и изгою, кидавшему маленькие камни из оврага в реку не понравилось это ощущение. От напряженного взгляда противника ему захотелось вырвать глаза этому человеку.

362 не собирался подходить к ним, ведь сейчас он будет только помехой при захвате столь серьезного противника и то, что он стоял с поднятыми руками под прицелом трех автоматов еще ничего не значило. Лучше не вмешиваться, а переждать, до того момента, когда всё закончится.

— Что здесь забыли? — Спросил Константин. — Здесь чистая зона.

— Бог привел меня. — Произнес тихо церковник и внезапно исчез у всех на глазах вместе с винтовкой.

Первым был атакован Константин и сбит с ног. Федор и Николай тоже отлетели и они втроем открыли огонь сразу же, но церковник уже был в лесу. Они не видели его, стреляли только по ощущениям, но изгой наблюдал с интересом его энергию и видел, как пули ложились в нескольких сантиметрах от человека, который убегал, маневрируя. Все-таки сотрудники весьма подготовлены, даже к неожиданностям и победить их было крайне непросто.

— За ним. — Скомандовал Константин и сотрудники исчезли в лесу, а изгой не спеша пошел следом, ожидая развязки, на данный момент не собираясь вмешиваться.

Началась серьезная охота, в которой не было добычи, а были только одни превосходные охотники. Сотрудники осторожно продвигались, а вот церковник вовсю наблюдал за ними, не останавливаясь на одном месте. Он отступал, заманивая их, ведь теперь они были на хорошо изученной им территории, в которую они сами пришли на свою погибель. Сотрудники остановились и 362 сам того не желая нагнал их. Константин всем указал распределится и посмотрел на изгоя. Он поднес палец ко рту, указал изгою на землю, требуя остаться здесь и направился в лес, сверля его взволнованным и напряженным взглядом, которого не может быть у победителя. 362 обернулся. Никого вокруг теперь не было видно и слышно. Только энергия. Он видел энергию всех участников охоты. Изгой сел на ствол поваленного дерева, положив автомат на колени и стал тихим наблюдателем этого смертельного шоу. Это было захватывающе, смотреть, как воюют друг против друга профессионалы своего дела. Они крутились в лесу, выискивая друг друга, но все же церковник был умнее и более подготовлен. Он ходил буквально за спиной у сотрудников, но каждый раз они ощущали приближение и разворачивались к опасности, стреляя и почти зацепляя церковника. Только вот тот не стрелял, продолжая играть и заставляя сотрудников терять самообладание. 362 наблюдал за танцем смерти более часа, совершенно не шевелясь и определил, что все подходит к финалу. Церковник приспосабливался к ним, ощущал их, понимая их уязвимые места. Сотрудники погибнут, это было неизбежно, вот только у изгоя были другие цели, которые не совпадали с планами неуловимого.

— Что ты делаешь? — Он услышал голос Киркина в голове, как только начал вставать. — Не мешай.

— Иду к ним. — Ответил 362 и направился в лес. — Церковник нам непосредственная угроза, надо ему помешать.

Константин внимательно смотрел вокруг, уставшими глазами ища врага. Пот застилал его глаза от напряжения и он торопливо вытирал его рукавом, ощущая смерть. Он был где-то рядом, но превосходил его. Он не был готов к такому умелому противнику, но выбора не было. За его смерть отомстят другие, церковника все равно уничтожат. Он ощутил выстрел, неожиданный для него и пуля пробила ему ногу. От толчка его крутануло и пуля Церковника, которую он так же не предвидел пробила ему плечо вместо головы. Его поразила пуля изгоя в ногу и ошарашенный сотрудник смотрел на бесшумно выскочившего 362 из-за дерева, который полоснул очередью куда-то в лес и схватил его под плечи, потащил прочь от места боя.

362 влепил очередь по церковнику и зацепил его. Это конечно были царапины, но этим он отбил охоту неуловимому продолжать бой, заставив его потерять внутреннее спокойствие и вдобавок повредил его костюм. Невидимкой ему точно не побегать и это сделало его уязвимым для боя против других двух сотрудников, тем более в состоянии внутреннего дисбаланса. Изгой тем временем тащил раненого сотрудника быстро и легко, готовый к любой неожиданности. Они добрались до поляны и здесь изгой остановился, положив раненного сотрудника на землю, осматриваясь вокруг. В лесу была еще опасность кроме церковника и про инфицированных не стоило забывать, поэтому 362 по привычке быстро скинул рюкзак и дополнил рожок автомата.

— Я на поляне. — Прохрипел в наушник сотрудник и растянулся на земле, смотря на изгоя и на небо, счастливый от того, что жив. — Спасибо.

Через десять минут на поляну вышли еще двое сотрудников и сразу занялись раной Константина, пока изгой контролировал местность.

— Он ловок. — Федор осмотрел раны у сотрудника. — Сразу две пули.

— Одна подарок от нашего коллеги. — Усмехнулся Константин, несмотря на то, что в этот момент Федор вынимал пулю у него из плеча. — Весьма интересный способ спасти мне жизнь.

— Надо найти его, пока он не ушел. Иначе скоро здесь их будет много. — Сказал Федор, обработав раны своего командира. — Лаборатория в опасности.

— 362. — Произнес Константин и присел, держась за плечо. — Что же, твой черед.

Сотрудники удивленно посмотрели на него и перевели взгляды на 362, безмолвно смотрящего на главного сотрудника.

— Нет смысла прятаться. — Константин усмехнулся. — Я же вижу, ты превосходишь нас, ты превосходишь его. Покажи этому засранцу, что вы достойны жить в этом мире. Поймай и приведи его к нам или убей. Будем ждать тебя в лагере.