Объект 162

Это здорово, но после отключения от искусственной поддержки жизнедеятельности организма, заботы о пропитании всецело перешли от автоматики на мои плечи. И возмущённое урчание в животе, громогласно заявляло о том, что пора бы и покушать.

– Олеся, как добраться до кухни?

– Маршрут построен, до точки назначения двести пятьдесят метров. Через четыре метра поверните вправо.

Столовая находилась на одном этаже со штабом. Но дверь снаружи подпирал полтора метровый черенок. А табличка, висевшая на стене, гласила:

«без оружия не входить, тараканы!».

Я включил освещение в предбаннике, благо выключатель находился снаружи. Не понимая, как крошечные насекомые в действительности могут стать опасными для людей, достал из кобуры свое оружие, на всякий случай. После чего быстро извлёк черенок и резко открыл дверь.

Стояла глубокая тишина, единственно заросшие пылью светильники на потолке, функционируя, еле слышно гудели. В предбаннике находились автоматы с газировкой и ряд умывальников. Я неторопливо приблизился к плану эвакуации и по нему внимательно изучил расположение вспомогательных комнат, дверей и проходов. Как оказалось, столовая состояла из просторного банкетного зала, санузла и собственно кухни, состоящей, в свою очередь, из ряда служебных помещений.

У входа висел щиток, отвечающий за электричество по всему пищевому блоку. Переведя рубильники в положение «вкл.», я зажёг лампочки по всему заведению. Зрелище, открывшееся передо мной, обладало удручающим видом. Пыль не обделила вниманием и столовую.

– Откуда она только берётся? Наверно, проходящее время мелкими частичками белого кварца плотно ложиться на брошенную утварь в опустевшем жилище человека. В конечном счёте за неполный век пролетающие года оседают полуметровой толщей пыли. – Подумал я и отчётливо представил, как где-то на потолке полчище быстроногих товарищей дружно барабанили стальными башмаками, а из-под них обильно сыпалась пыль.

От весёлых мыслей меня оторвал неожиданный шум, появившийся где-то на кухне, смахивающий на клокотание или стрекот. Резкий звук издавал таракан, но судя по громкости, он значительно поменялся в габаритах. Чем ближе я подходил к буфет-раздаче, тем, количество голосов увеличивалось. Стало страшно и чтобы не рисковать, активировал приложение радара в своем наручном компьютере. На табло мгновенно засветилось около десятка красных точек. Я заглянул через стойку и обомлел.

В дальнем углу кухни стояла установка, отдалённо напоминающая печь. Судя по всему, машина работала в автоматическом режиме. Всё пространство было завалено кашей. Столы погрязли в ней уже по самую столешницу. Сверху высохшего слоя, растекался более свежий. Из-под откидывающейся крышки неизвестного устройства вывалилась очередная партия овсяной каши. Новая порция из пяти чашек, выталкиваемая специальным механизмом, сбросила уже стоявшие здесь ранее. Мутанты медленно побрели к свежеиспечённому обеду.

По имевшимся сведениям, рыжие тараканы – небольшие насекомые, не более спичечного коробка в длину. А эти экземпляры по габаритам были соизмеримы с упитанным котярой. Увидев незваного гостя, один из насекомых совершил немыслимый кульбит: сиганув в мою сторону с громадною прыткостью, усердно помогая себе небольшими крыльями.

Хорошо, что всё время удерживал его на мушке и успел выстрелить, прямо в полёте. Бластер хорош! Лазерный луч оттолкнул летящую на меня тушку в противоположную сторону, попутно спалив животине башку. В общем, я славно потренировался в прицельной стрельбе, таким образом, очистив столовую от неприятных соседей.

Перемахнув через буфет-раздачу, я, перемещаясь по столам, приблизился к чудо агрегату. Аппетитный запах дурманил и манил. Решив только лишь попробовать, сам не заметил, как слопал одним махом три порции. Глядя на гигантские тела, убитых мной очень упитанных тараканов, стало понятно, как они достигли таких габаритов.

После того, как насытил свой рычащий живот, проснулась природная любознательность, которая погнала обследовать кухню целиком. Выбив дверь, какое-то время пропускал лениво вытекающую кашу. Когда движение полностью остановилось, аккуратно спустился и направился инспектировать складское помещение. Оно разделялось на четыре отдельных секции, над каждой висели таблички:

«биомасса для опытов», «заправка сырья для Печи», «консервы»,

ну а четвёртая долго пустовала, видимо, в этом месте когда-то содержались свежие продукты.

Я прихватил на всякий случай чемоданчик с сухим пайком, и покинул хранилище. В других комнатах ничего любопытного не нашлось, поэтому решил вернуться в штаб. Есть не хотелось, и, надеясь узнать по голосу, ту, что приходила ко мне, начал разглядывать видео файлы.

О сколько нового и познавательного содержалось на любительских видео с корпоративов, приуроченных к всевозможным праздникам. Я как ребёнок воспроизводил мимику людей, возникающих на экране. Мысленно участвовал в разнообразных весёлых конкурсах. Сопоставлял действительный облик того или иного блюда с информацией в памяти. Познавал совершенно неизвестные мне процессы, например: беззаботные танцы, произношение тостов, разного характера поцелуи. К тому же алкогольное опьянение на сухом языке медицины традиционно описывалось как нудное и весьма унылое действо. А здесь можно увидеть наглядно, как меняется индивид в процессе довольно продолжительной пьянки. Я даже принял решение как-нибудь попробовать на вкус алкоголь или научиться танцевать, но позже.

А пока желудок опять зарычал, мигом вернув в реальность. Как, оказалось, незаметно пролетело восемь часов. Пришлось на время отвлечься от эмоционального сопереживания весёлых моментов из сложной жизни работающих в убежище людей. Уложив контейнер себе на колени, я надавил на кнопку, и послышалось знакомое шипение разгерметизации.

В крышке кейса располагались специальные кармашки, в них вложены вилки, ложки, ножики, зубочистки и всякая всячина, каждая в собственную ячейку. Горячие блюда и напитки отсутствовали, Зато имелись в наличии три баночки со льдом внутри, и с особыми насадками сверху. Нажимаешь на кнопку, химический реагент быстренько размораживает лёд. Потом надо сильно потрясти пол-литровую ёмкость, чтоб растворились вкусовые добавки. В итоге получался чай со льдом, морс или лимонад.

Хлеб предоставлялся в виде связки палочек, сделанных из чего-то, что напоминало очень высохшее тесто. В упаковке обязательно лежал маленький пузырёк с жидким реагентом, каковым надо полить палочку и чуть-чуть подождать. Из десяти сантиметров полуфабриката выходил целый метр очень вкусного ржаного багета.

Банки паштета, говядины тушёной, каши рисовой с курицей, а также с килькой в томатном соусе смахивали на противопехотные мины. Кнопка находилась сверху, надавив на неё, послышался щелчок и внутри завязался какой-то центробежный процесс. В руководстве писалось, что нужно удерживать руку на кнопке до прекращения движения, так как человеческие импульсы являлись энергией для процесса расконсервирования блюда. А за счет сил трения происходил незначительный подогрев блюда. После чего прозвучало уже знакомое шипение разгерметизации, и баночка с говядиной тушенной автоматически раскрылась. Наевшись от пуза и, доедая багет, запивая его морсом, я продолжил разглядывать видео.

Окунувшись в довоенный мир, опять не заметил как пробежало восемь часов. До конца списка оставалось пару файлов. Зевая запустил предпоследнюю видеосъемку. Вдруг сначала услышал, а потом увидел её. Невысокая женщина средних лет с короткими светлыми волосами. Одетая в элегантное вечернее платье она исполняла шуточную песню про чёрного кота, которому всё время не везёт. Глядя на монитор, я получал различные эмоции, как со знаком плюс так и минус. Мне неистово захотелось оказаться рядом с ней. Но уверенность, что этого никогда не произойдёт вызывало гнев. А невозможность найти виновного за возникшую боль порождало уныние. Многократно прокручивая один и тот же файл, я как бы накручивал себя. Слёзы копились, изображение расплывалось. Когда цветастая клякса заполонила всё пространство, эстафету подхватило воображение.

Привиделось, будто выхожу из колбы, а она встречает с распростёртыми руками. Обнявшись мы стоим какое-то время молча. Потом на радостях заявляю, что готов ко всему и теперь жизнь будет только налаживаться. Женщина в ответ по-матерински поцеловала в лоб. Но вместо приятного ощущения я стукнулся головой об столешницу и проснулся. Потирая ушибленное место взглянул на часы и осознал, что бодрствую почти сутки напролёт. В один миг навалилась безграничная усталость, да так, что если бы стоял, то тут же рухнул.