Обида маленькой Э

Я чума, я злодей —

Пожираю людей!

Загрохотал барабан.

— Это карлик? — закричала Маленькая Э. — Он живой? Как же он меня съест, когда я больше его? Я его так толкну!

— Молчи! — ответила Сюй Сань. — Это не человек, это кукла.

Кукла расхаживала по помосту и говорила:

— Я чудовище, которое пожирает страну и истребляет людей. — Тут он обеими руками выкинул вперед бороду вместе с длинными рукавами и страшно зарычал. — Я похитил богатство и счастье китайского народа. — Тут он выхватил из рукава веер и начал яростно обвевать свою бороду. — Никто мне не страшен! — Он зарычал. — Что хочу, то и делаю! — Он зарычал еще страшней. — Хочу казню, хочу милую. Иноземцев милую, китайцев казню. Все меня ненавидят, но боятся приблизиться ко мне!

Выкрикивая эти слова гнусавым голосом, кукла вся дрожала от злости. Дрожали поднятые руки, и борода, и голова на тонкой шее, и огромный тюрбан. Ужасно было смотреть на это!

В толпе зрителей послышались брань и проклятья. Кто-то плюнул, изловчившись, на золотой халат. Кто-то запустил в куклу недоеденной лепешкой.

Загрохотал барабан, так громко и настойчиво, что Маленькой Э почудилось, будто ее собственное сердце бьется у нее в ушах. Она открыла рот, потому что ей казалось, что она сейчас лопнет от волнения и грохота.

На помосте появилась вторая кукла. У этой лицо было красное, как огонь и кровь. Сразу было видно, что это человек прямой, гордый и отважный. На этой кукле были доспехи с узором в виде чешуи и широкий пояс, на котором была вышита голова тигра. В руках кукла держала дубину. Повернувшись во все стороны, она остановилась посреди сцены и запела:

Я отважный Ван Чжу,

Я моей стране послужу.

При этом имени зрители вздрогнули, ропот пробежал по их рядам.

А Ван Чжу пел:

Чтобы покончить всеобщее горе,

Я злодея пристукну вскоре!

И, держа свою дубину за тонкий конец, указал ею через правое плечо на бородатую куклу. Зрители кричали:

— Пристукни его, Ван Чжу, герой! Мы не забудем тебя! Отважный герой! Прекрасный герой! Слава Ван Чжу!

Маленькая Э вопила изо всех сил. А Сюй Сань, вдруг покраснев, подняла вверх обе руки и крикнула:

— Стукни его как следует за нашу обиду!

Ван Чжу обеими руками поднял дубину. Видно было, как она велика и тяжела. Ван Чжу опустил дубину на голову злодея. Прогрохотал барабан. Злодей упал. А Ван Чжу, отбросив дубину, выхватил меч и вспорол мертвому злодею живот. Оттуда совсем целые, как ни в чем не бывало выскочили несколько человечков и под веселую музыку пищика заскакали и закувыркались.

Но зрителей веселый конец не успокоил. Они кричали:

— Это А-ха-ма! А-ха-ма, ненавистный людоед! Так ему и надо! Смерть иноземцам! Смерть проклятым монголам!

Но уже откуда-то скакали стражники, кони топтали толпу, слышались вопли и выкрики. Кукольный помост покачнулся и упал. Кто-то ударил Сюй Сань, и она, схватив на руки Маленькую Э, бросилась бежать. Люди напирали на нее со всех сторон, она не могла вырваться. Ее закрутило, как водоворотом, куда-то несло, ноги уже оторвались от земли. Она жалобно вскрикнула, и, словно в ответ, над ней послышался голос такой громкий, что земля затряслась и небо дрогнуло. Чьи-то руки высоко подняли Сюй Сань, Маленькую Э и узел с одеялами. Все закачалось и исчезло.

Глава десятая

КАК МАЛЕНЬКАЯ Э ПОПАЛА В АБРИКОСОВУЮ РОЩУ

Сюй Сань почувствовала, что ее осторожно ставят на ноги, и низкий голос, как далекий раскат грома, пророкотал над ней:

— Ну как, красавица? Сумеешь дойти одна? Я проводил бы тебя, но меня ждут.

— Благодарю вас, господин, — прошептала Сюй Сань. — Я дойду.

— Обопритесь на меня, — заговорила Маленькая Э. — Я сильная, вы не думайте. Я понесу узел, если вы позволите.

— Я сама понесу! — сказала Сюй Сань, подняла узел, выпрямилась и оглянулась.

Далеко позади виднелись розовые стены монастыря, и человек, спасший ей жизнь, входил в красные, с круглыми медными гвоздями ворота. Сюй Сань отвернулась и поправила тяжелый узел на руке. впереди была большая дорога.

Сюй Сань попробовала ступить — ноги держали ее. Тогда она пошла вперед.

Сколько времени она шла, она не понимала. Маленькая Э что-то бормотала, она не слышала. Ноги ступали по мягкой пыли, поднимались, опускались, один шаг, второй шаг, один шаг, второй.

Кто-то дернул ее за халат, она отмахнулась головой, как лошадь от докучливого овода. Кто-то настойчиво дергал халат. Ее тело качалось взад-вперед. Ноги остановились, а сама она как будто еще шла. Может быть, это казалось ей. Голова клонилась вниз, вбок.

— Матушка, матушка! — кричала Маленькая Э и дергала ее за рукав.

Сюй Сань села на землю, спросила сердито:

— Что тебе?

— Вы не слышите меня, матушка? Мы идем с самого утра. Я устала и хочу есть.

— Что тебе? — повторила Сюй Сань и закрыла глаза.

— Матушка, вы слышите меня? — кричала Маленькая Э.

Но Сюй Сань больше не отвечала. Она сидела прямо на дороге, упав головой на узел, и молчала.

Тогда Маленькая Э закричала не своим голосом. Она бежала по дороге и кричала:

— Помогите, помогите, добрые люди! Моя матушка умерла! Помогите кто-нибудь, услышьте меня!

Из небольшого домика у дороги вышла пожилая грузная женщину и расставила руки. Маленькая Э с размаху ударилась о ее теплый мягкий живот и заплакала.

— Ну, ну, не плачь, вытри глазки! — заговорила женщина. — Ай-я! Какая хорошенькая девочка! Какие бровки, как у мотылька! Какие щечки, как цветок сливы! Идем, я угощу тебя пельменями. — При этом она нежно поглаживала Маленькую Э по волосам, ущипнула ее за щеку, двумя пальцами взяла за подбородок и подняла ее лицо. — Ай-я! Какой ротик, коралловое колечко!

— Моя матушка умерла и лежит на дороге, — рыдала Маленькая Э. — Помогите ей!

— Как же я ей помогу, когда она умерла, — сказала женщина. — Идем ко мне, я дам тебе пирожок с начинкой из сладких черных бобов.