Обмануть судьбу

– Конечно, ширма. И поддержка, когда я займу место матери. Ты же знаешь, этот клан на Совете самый непредсказуемый. Никогда не знаешь, чью сторону они в итоге поддержат.

– Приручаешь?
– с пониманием кивнул я.

Прекрасно, одной тайной стало меньше. Когда на Совете принимались важные решения, реакцию барсов действительно было не предугадать. Как и то, кого они поддержат, если столкнуться интересы нескольких дружественных кланов, среди которых были и пантеры. И последних снежные коты поддерживали не всегда.

Только, не рано ли Алекса начала задумываться о том, как обеспечить дочери поддержку в Совете для сохранения первенства клана черных кошек? Сначала она знакомит её с Вентреем и его женой-пантерой Каринорой, бывшей ученицей Лексы, потом с главами кланов рысей и тигров, которые должны были хозяйке Рассветного леса небольшую услугу... Про меня будем молчать, для меня клан пантер - второй дом...

Нет, слишком рано. Неужели Алекса собирается покинуть свой пост? Что-то не похоже на неё... Или я чего-то не знаю?

– Именно, - Ли подняла на меня полный сожаления и вины взгляд, - Прости, что так получилось. Я хотела все рассказать, но ты в тот же день покинул Столицу и долгое время у нас не появлялся. А если и приезжал, то только когда я гостила у дяди в университете, в клане волков у Зара или ещё где-то...

' - А в мой клан тебя не пускали, справедливо считая, что ничем хорошим это не закончится', - мысленно добавил я, вспоминая укоризненное выражение лица отца каждый раз, когда он сообщал мне об очередном письме из клана пантер, в котором Ли просила устроить ей встречу с сыном главы клана. И об очередном отказе, неизменно следующим на такой запрос.

Вот уже кто всегда открыто демонстрировал свое неодобрение моим поступкам. Но и единственный, кто знал настоящую причину, по которой я тогда сбежал из замка Царицы.

Я догадывался, что барс - всего лишь часть плана, связанного с Хранителями, и ничего больше. Но, вот беда, как и все Д'аркв'ир я собственник до мозга костей. Не знаю, следствие ли это их воспитания или ещё что-то, но я четко давал себе отчет в том, что присутствия рядом с Ли другого барса не потерплю. И в итоге испорчу Алексе и Нику всю игру, возможно, поставив жизнь младшей пантеры под удар. Единственный способ не допустить этого - уйти, заняв место наблюдателя до тех пор, пока не позовут на сцену...

Мы немного помолчали, думая каждый о своем. Хотя нет, скорее, об одном и том же.

Со стороны лестницы снова послышались чьи-то тяжелые шаги, но спустя миг чуткий слух уловил тихое шипение Зара:

– Оставь их в покое, пусть разбираются. Иди лучше принцесс развлекай, а то мне уже надоело их личной нянькой работать. Да ещё и бесплатно...

В ответ раздалось только недовольное ворчание Ириана, после чего волк бесцеремонно (судя по тихой ругани и ударам) спустил барса в зал. И в коридоре наконец-то воцарилась звенящая тишина.

Мысленно поблагодарив друга за помощь, я бросил на Лиину задумчивый взгляд. Пантера неотрывно наблюдала за мной, дожидаясь реакции на свои слова.

К демонам этого барса. Но шкуру я ему все равно подпорчу при первой же возможности.

Одним движением преодолел разделявшие нас с Ли несколько шагов и нежно провел рукой по её щеке. В изумрудных глазах пантеры мелькнула слабая надежда.

' - Прощаешь?' - тихий шелест на грани сознания. Шелест, от которого я почти отвык за эти годы.

Заправил за ухо кошки выбившуюся из косы прядь, чувствуя, как теплые руки ложатся мне на плечи.

' - Да куда ж я от тебя денусь...'

Тишина после признания Лиины затягивалась. Недоуменно вскинув брови, Зар осторожно заглянул за поворот коридора.

Если Василен упустит такой шанс, волк ему лично уши надерет... и скажет, что так и было...

Солнечный свет, ливший из единствено в коридоре окна, неприятного резал по глазам, но с упоением целующуюся возле него парочку оборотню разглядеть удалось.

И двести лет не прошло...

Понимая, что уши друга можно оставить в покое, Зар с довольной улыбкой начал спускаться в зал, где барс спешно залечивал приобретенный синяк под глазом.

Начало дня выдалось превосходным.

Василен

В зал мы спустились, когда даже принцессы начали обеспокоенно поглядывать в сторону лестницы. Но, увидев, что их хранитель и новая подруга целы, невредимы и очень даже довольны жизнью, тут же вернулись к новой игре - доведению барсов до белого каления.

Долгожители же тактично сделали вид, что не заметили ни чуть припухших губ Лиины, ни моих взъерошенных волос, которые я безуспешно пытался пригладить рукой. Глубокомысленней всех молчал Ириан, под правым глазом которого ещё виднелись следы от хорошего синяка, с которым с трудом справлялась даже кошачья регенерация.

Теперь ясно, что это был за удар и последовавший за ним грохот.

После сытного завтрака за нами пришли вампиры князя, которые должны были проводить нас в зал для совещаний. Когда мы вышли из здания и направились к центральному крылу, к нам присоединился Иллорин, который участвовал в переговорах от имени королевства и должен был помогать Каролине - официальной главе нашей делегации.

Всю дорогу вампир одаривал нас с Ли далеко не ласковыми взглядами, но пока разбор полетов после вчерашней выходки устраивать не стал. Видимо, хотел сначала разобраться с нами сам, а потом сдать тому же Зару. Но, увы, он был рядом и язык Д'аркв'ир, на котором мы могли без опасений говорить при слугах князя, знал не хуже нас.

Что ж касается самих переговоров, то они проходили с переменным успехом. Много Каролина предложить князю была не в состоянии, поскольку её отец ничего не знал о нашей 'делегации', и что он думает по этому поводу, старшая принцесса не знала. Поэтому ей пришлось собрать в кулак все свои дипломатические способности и попытаться договориться хотя бы о минимальных поставках за ту цену, которую она была в состоянии предложить, но с возможностью пересмотра условий договора в будущем. В общем, использовала все, чему наследницу престола обучили многочисленные учителя.

Но князь вампиров был девчонке ещё не по зубам. Кровосос, проживший не одно столетия и наверняка догадывающийся, что с нашей делегацией что-то не чисто, не собирался облегчать Каролине работу. Спорить приходилось за каждый золотой, который принцесса могла заплатить за артефакты, и за каждое редкое свойство, которое могло быть или отсутствовать в товаре.

Понимая, что скоро переговоры зайдут в тупик, в них вступил Иллорин, и дело пошло заметно живее. Слову кузена Алексы князь верил намного больше, чем слову неизвестной малолетней девчонке, хоть с Илом у них и были напряженные отношения. Но все-таки, когда речь шла о благополучии его народа, правитель княжества забывал об этих разногласиях.