Обрученная

Проснулся через несколько часов с привычной уже головной болью. Впихнул в себя кофе и таблетки. На телефон пришло сообщение. Алексу удалось получить доступ к данным о полетах. Смирнов улетел несколько месяцев назад. Один. Месяца через два прилетал на неделю в Остин. Снова один. И сейчас на него есть бронь на следующую неделю. Милена в Остине?! Он летает к ней? Ну, конечно же, к ней! К кому же еще?! Нервно заходил по номеру. Какое совпадение, что мы на территории одного штата. От этой мысли меня бросило в жар. Мир такой огромный, а известная отдельно взятая территория уже дает надежду. Позвонил Алексу, попросил сосредоточиться на этой зацепке. Сколько еще времени ему понадобится, чтобы найти ее? Учитывая, как долго пришлось искать доступ к базе, это не может быть ошибкой. Дмитрий, конечно, сделал все, чтобы спрятать Милену. Но она не уехала с ним, не уехала! А я все это время изводил себя мыслями о том, что вернулась к нему. Возможно, вышла замуж, как планировала до нашей встречи. Вообще, за шесть месяцев многое могло произойти. Как это отвратительно – понимать, что эта полугодовая разлука – полностью моя вина. Но я найду слова, смогу объяснить, сделаю все, чтобы простила. В конце концов, теперь я абсолютно свободен. И если для того, чтобы остаться вместе, нужно оформить отношения – я готов. Наверное… Черт… С обязательствами у меня всегда было неважно. И зачем все так усложнять? Если можно быть вместе пока хочется, а потом разойтись спокойно. Так, стоп! Об этом Милене точно говорить не стоит. Свадьба, значит, свадьба. Только надо как-то сказать, что я теперь вроде как мелкий бизнесмен. Ну, пусть не очень мелкий, но возможности мои сильно сократились. На фоне Дмитрия буду смотреться очень бледно. Да уж, неуверенность в себе – это тоже нечто очень новое для меня. Если она откажет мне из-за денег, не знаю даже, что буду делать в этом случае. Работать дальше, только вот вернуть мое состояние в ближайшее время вряд ли возможно. Разберусь с этим после. Сейчас нужно на ферму, отоспаться, как следует, прийти в себя и… Наверное, я там и останусь, пока идут поиски рядом.

Уже в полной темноте подъехал к дому бывшего владельца фермы. Отец Хэнка разорил добротное хозяйство, доставшееся ему в качестве приданного жены. А потом спился и умер. Мать Хэнка вскоре ушла от болезни, и молодой еще парень остался здесь один, не считая наемных работников. Он любым способом хотел сохранить ранчо, даже продав его кому-то. Я купил, их деятельность соответствовала моим перспективным планам. Купил и не лез. Раньше, а теперь буду бывать здесь часто.

Для позднего времени дом был непривычно освещен. Свет включен и на первом, и на втором этажах. Довольно странно для Хэнка, который ведет очень уединенный образ жизни. Вышел из машины, продолжая рассматривать точно не спящий дом. Внезапно входная дверь распахнулась, и на крыльцо выскочил сам Хэнк. Двигался он очень быстро, учитывая свои габариты. Потом резко остановился, увидев мою новую машину.

– Привет, Хэнк. Это я, – поздоровался, чтобы он понял, кто приехал.

– Мистер Грассо, – ринулся он ко мне. – Хорошо, что вы здесь! В город надо, в больницу, срочно! Моя машина на яме без колес. Врач сказал везти срочно. Новенькая моя, помощница, помните, говорил? Беременная, кровотечение!

– Поехали, – развернулся и снова пошёл к водительской двери.

Хэнк рассказывал как-то, что взял помощницу на первичку и аналитику. Но я тогда был так занят после побега Милены, что пропустил все мимо ушей. Следовало, конечно, хотя бы по телефону поговорить, ведь работает она на меня. А потом Хэнк написал, что она беременна и скоро уедет к своему парню. И я забыл о новенькой.

Сел за руль, запустил двигатель. Хэнк снова показался на крыльце. Под руку вел хрупкую на его фоне девушку. Она поддерживала не очень пока заметный живот. По крайней мере, в колеблющемся свете фонаря над дверью сложно было разглядеть что-то еще.

3

Арман Грассо

Чем ближе Хэнк с помощницей подходили к машине, тем отчётливей мне становилось не по себе. Она сильно похудела. И подстриглась. Но я бы узнал ее даже в полной темноте. Милена то держалась за живот, то вытирала слезы, второй рукой судорожно вцепившись в локоть Хэнка. Беременна и есть парень, к которому она собирается. Сжал руль до боли. А я-то радовался, что не уехала с Дмитрием. Оказывается, и так можно все успеть. Зря, наверное, на что-то рассчитывал после своего поступка. Прочь эти мысли, нужно помочь, потом поговорим.

Хэнк сначала посадил Милену на заднее сидение, помог прилечь. Лицо все мокрое от слез, губы искусаны – видимо, дело плохо.

– Надо быстро, – хмуро проговорил он, садясь рядом со мной. – Пожалуйста.

Молча кивнул, лишний стресс ей сейчас ни к чему. Выжал из своей новой машины все, что было возможно. У клиники нас уже ждали. Милена тихо всхлипывала позади, и это разбивало мне сердце. Хотелось обнять, заглянуть в глаза, сказать, что все будет хорошо. Но ей сейчас нужны врачи, а не я. Ее быстро увезли в здание. Хэнку объяснили, где можно подождать. Мы припарковались и тоже поднялись. Нервно расхаживал по коридору, не зная нужно ли сообщить Дмитрию, что я здесь, и все буду держать под контролем. Звонить сопернику совсем не хотелось. В итоге решил спросить Хэнка.

– Она звонила своему парню? Наверное, он должен знать.

– Я спрашивал, надо ли сообщить, сказала "нет", – буркнул в ответ неодобрительно. – Мне вообще кажется, это не его ребенок.

Я замер, как вкопанный, посреди коридора.

– Почему?

– Он приезжал всего один раз к своей беременной девушке. Состоятельный, прилично старше. А увивается как. Не от него точно, – Хэнк неопределенно причмокнул губами и продолжил. – Да и замуж за него она не хочет. Уговаривал уехать, не согласилась.

– Это все твои предположения или она сама сказала?

Не знал, куда девать глаза от сверлящего взгляда Хэнка. С его феноменальной проницательностью сталкивался и раньше. Но сейчас и вовсе казалось, что он видит меня насквозь.

– Ничего она мне не говорила. С чего бы?

– Вот и я не знаю, с чего твое воображение так разыгралось.

Прозвучало достаточно раздраженно, и этому было объяснение. Переживать за Милену из-за сложностей с ребенком от другого оказалось совсем не тем же самым, что беспокоиться из-за собственного малыша. После слов Хэнка меня буквально колотило.

– Мистер Грассо, может, вернётесь в дом? Отдохнёте? Ночь на дворе давно. Я тут сам, а завтра займёмся делами с самого утра.

Смотрю на Хэнка, он смотрит на меня, и я понимаю, что попал. Как объяснить ему, что остаюсь? Я еще и с врачом хочу поговорить. Если Хэнк не планирует уехать, то это тоже покажется ему странным.

– Понял, что вы знакомы, еще когда в машину садился. На вас лица не было, – проговорил он тихо и медленно, все же опустив взгляд.

– Еще что понял?

– Не важно. Если вы остаетесь, то я, пожалуй, поеду. Не родственник, ничего почти о ней не знаю. Только никак не могу понять, можно ли быть спокойным, оставив ее на вас?

Опять этот буравящий суровый взгляд. Потер виски. Я хотел, чтобы он уехал. Чтобы честно потом сказать Милене, что ее босс не в курсе. С другой стороны Хэнк с его непробиваемой уверенностью и мне самому бы сейчас не помешал.

– Поезжай. Я разберусь.

Хэнк ушел молча, окинув меня не очень приязненным взглядом. Что ему рассказала Милена? О чем догадался сам? Не знаю, но обо мне его мнение точно изменилось не в лучшую сторону. Жаль, мы всегда прекрасно ладили. Как-то ведь и работать еще вместе нужно. Мне особенно нужно. Неужели я скоро стану отцом? Хотел этого и сейчас хочу. Лишь бы с Миленой и малышом все было хорошо.

Через тридцать минут появилась медсестра.

– Сэр, с пациенткой все в порядке. Но врач настаивает, чтобы она до утра осталась под наблюдением. Потом, вероятно, будут анализы. Сейчас сложно сказать, когда выписка. Вы ведь работодатель? Мы сообщим вам, когда можно будет приехать.

– Мне нужны подробности. Что с ней? Нужны какие-то лекарства? Что привезти, чтобы утром ей было комфортно? Нужна отдельная палата.

– Сэр, я сожалею, но подобную информацию мы сообщаем только родственникам. Распоряжения по палатам принимаем от самих пациентов, если они в сознании. Все для комфортного пребывания у нас есть.

Медицинская сестра одарила меня вежливой улыбкой.

– Фамилия Грассо вам о чем-нибудь говорит?

Разумеется, фамилия говорила. Отец много лет спонсирует эту клинику. Собственно на ферму Хэнка я наткнулся в одной из поездок по делам благотворительности.

– Чезаре Грассо – наш многолетний спонсор, – чуть робея, ответила она.

– Я – его сын. Пожалуйста, мне нужна встреча с врачом.

Женщина поджала губы, но пообещала, что передаст мою просьбу. Доктор появился еще спустя двадцать шесть минут и три с половиной стаканчика кофе из автомата. Он представился и вежливо поздоровался. Несмотря на благожелательную улыбку, я видел, что он немного дергается. Плохие новости или люди близкие к спонсорам его пугают?