Объятые Пламенем

– Она все также любит делать это по утрам? – насмехался он – Именно тогда у нее полно энергии.

Я потеряла самообладание, гадая что он задумал. Какого черта происходит?

Собравшийся народ охал и хихикал. Джаред усмехнулся, а я нахмурилась, почувствовав как Бен напрягся стоя возле меня, пока Джаред решил проучить его. Рассказывая как хорошо он меня знал.

Я сжала кулаки и медленно подошла к нему. Я не скрывала улыбки прошептала – Джаред, он прекрасно знает что и как я люблю.

Это была ложь, но Джареду не обязательно это знать. Его ухмылка тут же исчезла с лица, и в глазах читалась неприкрытая ярость.

Я повернулась как раз в то время, как Бен толкнул Джареда, и всхлипнула когда Джаред толкнул его в ответ, и Мэдок подбежал к ним и преградил путь Бену. – Сукин сын - кричал Бен, когда Мэдок отводил его в сторону подальше от толпы.

Джаред забыв о Бене, притянул меня к себе – Хочешь поиграть? – он проговорить каждое слово так тихо, чтобы услышала их только я.

– Хорошо Татум, вызов принят. На этот раз я не хочу причинять тебе боль – продолжил он говоря у моих губ – Но ты нужна мне целиком. Я хочу тебя. Ты меня поняла? – он вжал меня в свое тело – На твоем пальце будет красоваться мое обручальное кольцо, и моих детей ты будешь вынашивать под сердцем.

Я вертелась, освобождаясь от его хватки. Он лишь улыбнулся – Татум Брандт моя – рычал он – Им всем было это известно в старших классах, и с тех пор ничего не поменялось.

Я выскользнула из его рук и пошла к патио, а он не сводил с меня глаз. У меня руки чесались так хотелось его ударить, я сжала кулаки, приготовившись его ударить. А он стоял и улыбался.

– А вот и моя дикая кошка – комментировал он, видя с какой злостью я смотрела на него – Ты хочешь меня ударить, да? Ты хочешь драться, кричать и снова бросить мне вызов и знаешь почему?

Я стиснула зубы, представляя как мне было бы приятно стереть эту ухмылку с его лица.

– Потому что тебе не все равно. Ты все еще любишь меня и этого не изменить.

Я мотала головой, и прежде чем стать старой Тэйт, и наброситься на него, доказывая что он прав, я развернулась и ушла. Я прошла через весь дом и вышла на улицу.

Почему он все еще так на меня влияет? Почему я до сих пор …

Я не могла закончить мысль. Глаза защипало от слез, и я полезла за ключами, не заботясь что оставляю Бена. В любом случае сегодняшний день итак был испорчен, даже если он будет злиться что не провел этот вечер со мной.

Я застонала, когда в заднем кармане завибрировал телефон, и я хотела проигнорировать его, но все же вытащила.

Она сказала да!

У меня округлились глаза когда я прочитала сообщение от папы. И закрыв их на минутку, я почувствовала как по щеке скатилась первая слезинка. Черт меняется не просто кое-что. А вся моя жизнь.

Глава 9

Джаред

Глиняный кулон с отпечатком пальца был гладкий как камень, я поглаживал его большим и указательным пальцами. Зеленая тесьма на которой он весел с самого начала немного потрепалась. Но даже спустя годы ничего не изменилось, это была моя самая любимая вещь.

Зеленый цвет все также отождествлял зеленую листву на дереве, соединяющее наши дома, а маленькие изгибы и линии, символизировали ее. Пережившая многое, но все же сильная. Хрупкая, но нерушимая.

Я поднес пиво к губам, допивая бутылку и жалея, что не принес еще одну. Сидя в одиночестве в пустом и темном кинозале в доме Мэдока, слушая как из дома доноситься “Breath” в исполнении Breaking Benjamin, я посмотрел на экран телевизора, вернее экраны, видя в них только свое отражение. И впервые за последние два года я ненавидел то, что видел.

Снова стал тем парнем. Тем, кто доводил ее до слез в старших классах. Тем, кто разбил ей сердце и перестал быть ее другом. Полным лузером.

Я был намного лучше. Ну почему я всегда пытаюсь вернуться к тому времени? Почему постоянно хочу прижать ее к стенке?

– Джаред – я услышал голос своей мамы, и моргнул выплывая из своих мыслей. Я поставил пустую бутылку на стол и встал, взяв куртку и одевая ее.

– Я думала ты повзрослел – сказала она весьма разочарованно. Скорее всего она была там когда я ругался с Тэйт. И по ее грозному взгляду и сжатым губам я с уверенностью могу сказать, она была взбешена. Я отвернулся, пытаясь сдержаться – Мама, знаешь что я больше всего люблю в тебе? Ты понятие не имеешь кто я такой.

Она подняла подбородок и я увидел боль в ее глазах, хотя она старалась это скрыть. Я опять отвернулся и мне стало стыдно за свои слова. Она не показывала свою злость, но вот боль в глазах скрыть она не могла. Не то, чтобы моей мама было наплевать на меня, но все же в свое время она сожгла между нами пару мостов. И я часто напоминал ей об этом.

Ее тура опустилась на живот и я посмотрев вниз увидел с какой любовью она поглаживает его, это новая жизнь, ее шанс все исправить.

– Прости меня – сказал я, не смотря ей в глаза.

– Значит это будет часто повторятся?

– Что именно? – спросил я – Ссоры с Тэйт?

– Извинения – ответила она.

Ага, да это часто делал.

– Ты уже не ребенок. Ты должен вести себя как взрослый мужчина, стать тем на кого будет ровняться твои будущие сыновья.

Я поднял глаза. Сыновья. А мама знала чем меня зацепить.

– Ты всегда задирал ее – она выдохнула и присела – Всегда. Конечно в детстве это было немного мягче, но все что тебе нужно было сделать, даже когда тебе было 11 – она улыбнулась – это обхватить ее рукой за шею, и повести туда, куда тебе надо было. И она всегда шла за тобой.

Перед глазами всплыл образ 11 летней Тэйт, которая сидела на моем руле, в то время как я захотел с разгона заехать на рампу и совершить прыжок. Я сломал палец, а ей наложили 6 швов.

– Но ты также и защищал ее – продолжала мама – Ты выпрыгивал перед ней, укрывая ее от драки или опасности.

Я засунул руки в карман и смотрел с какой любовью мама смотрит на меня.

– Джаред, тогда она была девчонкой, а сейчас она женщина – она говорила как бы невзначай, но голос ее становился уверенным – Мужчина, который стоит перед ней, просто закрывает ей обзор. Ей нужен мужчина, стоящий рядом, так что повзрослей.

Я перестал дышать, словно получил пощечину. Эта женщина никогда не вела себя по-матерински. И сейчас у нее нет никакого права читать мне нотации. Но блять, ее слова звучали … правильно.