Очи бога

— Нет никакого Гримхольда, Фиггис.

— Откуда вы знаете, что нет? Вы же не верили в амулеты, пока мы не привезли вам один из них. Разве этого доказательства недостаточно, милорд? Если амулеты существуют, так почему бы не существовать и Гримхольду?

— Месту, где живут монстры? Вы бредите, друг мой.

— Месту, где обитает волшебство, милорд. Которым правит ведьма. Посмотрите на Кассандру и попробуйте утверждать, будто не верите в магию!

— Я не могу посмотреть на Кассандру, — горько промолвил Акила. — И все из-за чертова проклятия!

Фиггис улыбнулся.

— Да, но ваша разлука может подойти к концу. Подумайте об этом, милорд. Мы всегда знали, что второе Око существует. А теперь сможем отыскать его. Разве вы не понимаете?

Акила кивнул. Невероятно, но в гипотезе Фиггиса забрезжила надежда. Во всяком случае, она не лишена смысла. Но оставались еще вопросы.

— Если вы правы, то кто тогда жена Кадара? — задал один из них Акила.

Фиггис выглядел озадаченным.

— О чем это вы?

— Жена Кадара, помните? В манускриптах джадори упоминается, что хозяин сокрытого места носит Око, а его жена — другое. Так кто же жена Кадара?

— Вы все помните прекрасно, когда хотите, — усмехнулся старый ученый. — Говоря по правде, не знаю. Может быть, я неверно прочитал. Может быть, хозяин сокрытого места — вовсе не Кадар. — Тут его глаза засияли. — А может, хозяин Гримхольда и носит второй амулет!

Акила вытаращил глаза.

— Не сходите с ума, Фиггис. Как это у ведьмы может быть жена?

— Не имею понятия, — признался тот. Вопрос поставил его в тупик. — Но мы уже близки к ответу, я уверен. — Он постучал по книге. — Здесь сокрыт ключ к разгадке. Я чувствую это.

У Акилы вдруг закружилась голова, и это не было связано ни с алкоголем, ни с поздним часом. При виде взволнованного Фиггиса его охватили тяжелые воспоминания. С ужасающей ясностью он припомнил похожий разговор шестнадцать лет назад. В результате того разговора он оказался отделенным от Кассандры. А теперь Фиггис вновь сулит надежду, подвергая Акилу невыносимым мукам.

— Фиггис, я не вынесу, если это окажется только шуткой. Я ждал шестнадцать лет, и больше не смогу ждать ни дня. Мне нужна уверенность в том, что это правда.

— Милорд, поверьте. Я ведь только что начал поиск.

— Мне все равно, — бросил Акила. — Ищите все о Гримхольде и его местоположении, но торопитесь. Мне нужен другой амулет, Фиггис. И я не намерен ждать ни одной лишней минуты.

Кассандра спала глубоким сном, когда услышала голос. Он пришел издалека и вначале был частью ее сна. Потом она поняла, что ее зовут.

— Кассандра, проснись.

Она открыла глаза, но встретилась лишь с беспробудной тьмой. Озадаченная, огляделась. Села, потрясла головой. Сон был таким живым, что она до сих пор легко могла вспомнить его. Она повернулась к ширме, отделяющей от мужа, и слабым голосом спросила:

— Акила, что случилось? Который час?

— Поздний, — ответствовал голос. — Но это не имеет значения. Я нашел его, Кассандра! Нашел второе Око Господа!

Кассандра похолодела. Может быть, она все еще спит? — Что?

— Амулет, Кассандра. Второе Око!

— Ты нашел Его? — еле выдохнула она. Ее охватила нешуточная паника. — Оно у тебя?

— Еще нет. Но я знаю, где оно. Фиггис обнаружил это место.

— Ты уверен? — тревожно спросила она. После всех минувших лет новость казалась невероятной. — Я имею в виду, уверен, где его искать?

Голос Акилы звенел, как колокольчик.

— В Гримхольде! В Гримхольде, Кассандра! Можешь ли ты поверить?

— В Гримхольде? — Кассандра едва удержалась от смеха. — Акила, Гримхольда не существует. Это миф. Клянусь Небом, ты что, не знал этого?

— Я не ребенок, — проворчал Акила. — Гримхольд — не просто миф. Он существует, он спрятан за Пустыней Слез. Где-то за Джадором.

Для Кассандры это было уже слишком, ее голова закружилась. Она знала о Гримхольде всего-то ничего: сказки и страшные истории. Поэтому решила, что Акила окончательно тронулся умом, если верит во все это. Но он верил: в голосе звучала явная убежденность.

— Хорошо, Акила, — мягко проговорила она. — Если ты веришь, отлично. Фиггис должен знать, что делает.

За ширмой воцарилась тишина. Наконец, послышался разочарованный голос мужа:

— Я думал, ты будешь радоваться, узнав об этом, Кассандра. Мы ведь говорим о том, чтобы быть вместе после долгих лет!

— Я рада, Акила. Просто я… удивлена.

— Да, знаю, в это трудно поверить. Но Фиггису можно доверять. Объяснять долго, но, в общем, он считает, что неверно прочитал в свое время тексты. Считает, что Гримхольд реально существует и в нем есть Око, — тон Акилы снова стал возбужденным. — Это не безумие, Кассандра. Это время приближается. Я чувствую!

Кассандра беззвучно вздохнула. Это настоящее безумие. Она решила отвлечь его невинной ложью.

— Я верю тебе, Акила. Но что же теперь? Как ты отыщешь второй амулет? Да и сам Гримхольд?

— Фиггис займется этим. Но я не буду зависеть от его поисков. Если Гримхольд находится за Джадором, значит, джадори должны знать о нем. Они и расскажут нам, где он находится.

Кассандра села прямо.

— Разве? Почему?

— Когда увидят нашу армию, идущую на них, быстренько заговорят.

— О небо! Акила, ты же не сделаешь этого?

— Конечно, сделаю, — Акила придвинулся ближе к ширме. — Я буду с тобой, Кассандра, и никто из джадори или чудищ Гримхольда не остановят меня. Если у них есть Око Господа, они отдадут его мне!

— Нет! — закричала Кассандра. Она подпрыгнула на постели и приблизила лицо к ширме, достаточно близко, чтобы почувствовать запах спиртного, идущий от Акилы. — Ты собираешься учинить резню. Я этого не позволю!

— Я говорю о том, чтобы нам быть вместе! Боже милостивый, ты что, не понимаешь?

— Но я не позволю убивать людей, Акила! Это не для меня!

— Тогда для меня! — прошипел Акила. Разъяренный, он ударил кулаком по ширме, разорвав ткань. Его рука протянулась и схватила Кассандру за рубашку.

Впервые за долгие годы она близко видела его лицо, правда, почти неразличимое в темноте. Глаза были закрыты, но рот скривился в гневе.

— Я жил без тебя целую вечность, Кассандра. И не стану ждать ни минуты больше!

Кассандра смотрела на него бешеным взглядом. Он не знал, что проклятие оказалось мифом, и должен был понимать, что в своем гневе рискует ее жизнью.