Одержимость Альфы

Это спина напоминает перепаханное поле. Качественно перепаханное, нет живого места.

– М-м-м… – отражает мужчина.

Ну хоть в сознание и отвечает.

– Они снова это сделали, – проговариваю отрывисто и аккуратно убираю прядь волос с его лба.

Но быстро одергиваю руку, понимая, с каким благоговением это делала.

– Я уже понял, – отражает глухо. – Ценю, отличный прием на новом месте. Ты как?

Его речь прерывистая, и некоторые слова приходится предугадывать по смыслу предложения. Но суть, я улавливаю.

– Все хорошо, как тебе помочь, я не умею лечить, – признаюсь и задумываюсь.

Слуга сказал, что я должна укротить демона, а не угробить. Скорее всего здесь есть целитель или нужные мази для заживления.

– Подожди, сейчас, попробую найти целителя, – тараторю, поднимаясь с корточек, но не успеваю и шагу ступить, как чувствую на своем запястье сильную хватку мужчины.

– Не шевелись, – строго выговариваю, пытаюсь избавиться от его руки.

Но от моих движений он только сильнее сцепляет пальцы.

– Хелена останься. Побудь рядом это поможет, – хрипло выдвигает, и не создавая резких движений тянет к себе.

– Ты спятил? – возмущаюсь в ответ. – По голове прилетело? Нужно лечение.

– Кто я?

– Хм… оборотень, – не об имени же своем он задает вопрос.

– А здесь? – напирает.

– Демон, – отвечаю без заминки.

– А что есть у демонов? – спокойно отражает, даже насмешливо.

– У тебя настроение поднялось, что за вопросы. Я тут переживаю, а ты решил пообщаться?

– Не кипятись, ответь.

– Магия, вторая ипостась.

Только озвучив это понимаю, какая дура. Из-за своих переживаний упустила такой простой факт, как регенерация. В поселение кинов Морад был обычным человеком, а здесь демон.

– Молчишь, значит, вспомнила, – констатирует непринужденно.

– Значит разбирайся сам, – выпаливаю гневно, чтобы скрыть свое смущение и пытаюсь отстраниться.

– Кто сказал? Лечи, мне приятно твое беспокойство.

– Да иди ты знаешь куда…

Не дает договорит, сразу перебивает.

– Хелена, – строго и с расстановкой.

– Почему ты, валяясь без сил на диване, вздумал мной командовать?

– Я всегда буду командовать, потому что мужчина. И всегда буду отвечать за нас двоих по этой же причине. Лечи.

Упертый. Прицепился. Его регенерация вылечит, не понимаю, что он хочет от меня.

– Чего ты хочешь? – устало произношу.

С его врожденной упертостью проще согласится, потом повоюем.

– Побудь рядом, пока этого достаточно.

– Мало смахивает на лечение.

– Откуда ведьме знать, как действует регенерация?

У меня ее никогда не было и не будет, но общие понятия имеются.

– Не в глухом лесу выросла, – возмущенно парирую.

Хотя это спорный вопрос, наш ковен располагался, как раз в лесу.

На этом наше препирательство закончилось. Каждый остался при своем мнении. Усаживаюсь поудобнее на пол возле дивана и жду пока рассеченная кожа срастется. Морад время от времени хрипло вздыхает и крепко держит мое запястье, словно боится, что уйду.

Не понимаю это мужчину. Он такой разный.

Обычно, когда мужчины ослаблены они прогоняют от себя абсолютно всех, чтобы не показывать слабости, а Морад наоборот настоял, чтобы была рядом. Сильный, бескомпромиссный, но иногда с распахнутой душой.

Мне кажется, он начал раскрываться передо мной. Для чего и по какой причине, не знаю. В эти минуты тишины могу спокойно подумать и переосмыслить наш разговор. Мужчина хочет связать наши жизни.

Плотно и навеки.

Самой прочной сцепкой, детьми.

Зачем?

У него в стае наверняка найдется парочка девушек, которые с радостью родят ему чистокровных оборотней, а он вцепился в ведьму. Которая хочет свободы и семьи. Которая хочет простого женского счастья и свой дом. Свой уютный мирок в котором буду хозяйкой. У меня никогда не было своего дома, только пристанища. А хотелось бы.

Не строила планов на будущие. Все так зыбко, что боялась их строить. Обретая надежду и мечту так горько их лишаться.

А сейчас Морад не предложил мне дом. Не предложил семью. Но он будто в уме выстроил наше совместное будущие. Если я не задумывалась на эту тему, то он оказывается, думал. И в его извращенной фантазии оно общее.

А хотелось бы мне этого общего?

Не знаю.

А предоставят ли мне выбор?

Скорее всего, нет.

Но только я, вправе решать смирится и подстроиться или протестовать. Бороться до конца отстаивая свои права. С одной стороны, могу многое, а с другой ничего. Запуталась в лабиринте своих чувств. Глупо отрицать, они есть. Пусть только в зародыше, но он крепнет с каждым днем.

Что-то меняется, что-то кардинальное, то, что неподвластно мне. Страшно.

Но возможно лучше принять эти изменения, чем прятаться и делать вид, что их нет. Только сейчас замечаю, что вожу подушечкой пальцев по шрамам мужчины. Кожа стягивается и остается только кровь, как свидетельство происходящего.

Устремляю свой взгляд в одну точку на полу и размышляю дальше. Мысли хаотично сменяют одна другую, а руки живут своей жизнью. Не смогла объяснить, даже самой себя, почему не отдергиваю руку, почему продолжаю поглаживать его кожу.

Наверное, это признак жалости. Или сочувствия.

Из размышлений меня вырывает поцелуй. Перевожу взгляд на мужчину и отмечаю, что он лежит на спине. В начале он поцеловал центр ладони, а сейчас проводит языком по фалангам пальцев. Они перепачканы в его крови, а Морад облизывает их.

Зверь. Это звериные повадки.

Смотрю в его прищуренные глаза своими распахнутыми, и не могу вымолвить ни слова.

Мы чем-то обмениваемся. И это не кровь.

Контакт более глубокий, чем тактильный.

– Ты со мной, ведьмочка?

О чем он спрашивает?

Настолько погрузилась в себя, что уже слабо соображаю.

– Ты со мной?

Не понимаю вопроса, но все же отвечаю. Так как подсказывает глупое и наивное сердце.

– Да.

Глава 17. Морад