Одержимость Фенрира

Потом я увидела, что чёрная скала – теперь я была уже убеждена, что скала – тех самых знакомых очертаний… она снова маячит прямо перед глазами, впереди.

Как будто невидимая сила развернула нас. И теперь мы снова идём к ней, как бы не пытались уйти в другую сторону.

Фенрир страшно, бешено зарычал.

Буря вторила ему, дико подвывая.

В шуме ветра мне послышалось хлопанье тяжёлых крыльев.

Волк подо мной сорвался с места и побежал. Взрывая снег мощными лапами. Я не знаю, где он брал силы, учитывая, как долго мы шли, и как он должно быть устал. Но меня охватил дикий страх и я понимала, что нам надо любой ценой убраться из этой странной долины.

Она была совершенно плоская, мы спустились в неё, минуя гряду невысоких холмов.

Какая-то… странная.

Я поняла это, когда Волк вдруг снова остановился. Принюхиваясь напряжённо чёрным носом к запаху ветра.

А потом земля стала трескаться под его лапами.

И я в ужасе поняла, что это не земля. А лёд.

Мы – на поверхности озера. И оно стремительно проваливается под нами.

Фенрир взвыл. Схватил зубами меня за платье. Скинул со своей спины и отбросил подальше.

Я увидела отчаянный ужас в серебряном волчьем зрачке.

Страх не за себя. За меня.

Беги!

Беги, сказал мне его взгляд.

Я лёгкая, я должна была справиться…

Но как я могла его оставить?!

Стояла и смотрела, как из полыньи, в которую провалились его задние лапы, взмыли две чёрные струи отравленной воды. Совсем такой, как в реке. Схватили Волка и потащили вниз.

У меня не было сил даже кричать.

Ни единой ветки дерева рядом, никакой верёвки… ничего, чем я могла бы ему помочь. А я слишком маленькая и слабая. Никогда в жизни я так сильно не страдала от своего бессилия и от того, что у меня нет магических способностей.

Когда лёд стал трескаться и под моими ногами тоже, смогла лишь чуть отступить назад инстинктивно.

Страшное, дикое рычание.

Он бы мог сейчас сразиться с целым светом. Порвать кого угодно за меня. За нас. Но не было врага, которому можно было вцепиться в глотку. Как можно бороться со стихией? А зловещий плеск воды раздавался всё громче. Она вздымала пенистые чёрные воды, в которых таяли крупные хлопья снега, которые метали в нас безучастные небеса.

«Нет!» - послышалось мне в полузверином-получеловеческом рёве.

Нет…

Я же так и не успела рассказать тебе, какой чудесный был сон.

А потом волчьи клыки щёлкнули с оглушающим треском и Волк посмотрел куда-то за мою спину.

И я ощутила чьё-то присутствие.

Что-то большое и чёрное ринулось на меня с небес. Камнем упало, как ястреб падает на куропатку.

Тень чёрных крыльев заслонила слабый сумеречный свет, едва пробивающийся сквозь пелену снега.

Мне стало так страшно, что я боялась пошевелиться. Боялась оглянуться и посмотреть. Потому что сквозь вой ветра услышала тяжёлое приземление за спиной. И поняла, что позади кто-то есть.

На моё плечо легла чужая холодная ладонь. Крепко сжала.

Фенрир стремительно обращался человеком. Полу-лапы, полу-руки впивались когтями в край потрескавшейся льдины.

– Только попр-р-робуй… я тебя пор-р-р-ву заживо… - страшным, утробным рыком прорычал мой муж, расчленяя кого-то за моей спиной налитым кровью взглядом.

Холодные жёсткие пальцы на моём плече сжались крепче.

Невозмутимый мужской голос ровно произнёс.

– Прошу прощения. Но у меня приказ. Я её забираю.

Распахнулись гигантские чёрные крылья. Передо мной на снег упало воронье перо.

Меня схватили железным обручем чужих рук. Оторвали от земли.

От страха я крепко зажмурила глаза. Одна-единственная слеза выкатилась из-под ресниц, её тут же выстудил и заморозил северный ветер.

Не понимала, что происходит. Чувствовала только, что меня стремительно уносят. Куда-то в небо.

А моё сердце остаётся там, внизу.

И вместе с ним остаётся моя жизнь.

Глава 34

Глава 34

Кажется, я ненадолго потеряла сознание.

Меня вывел из забытья острый укол боли. Сердце напомнило о себе. И теперь это была не ядовитая игла, как раньше. А словно кто-то сжал моё сердце невидимыми пальцами. Сжимал всё сильнее. Ещё немного, и оно перестанет биться.

Тошнит.

Такое чувство, будто желудок поднялся куда-то к горлу.

– Меня сейчас вырвет, - пробормотала я.

– Давай только не на меня? Подожди немного, скоро приземлимся где-нибудь, - ответил обеспокоенный мужской голос. Очень близко. Слишком близко!!

Я испуганно распахнула глаза, вспоминая. Но лучше бы я этого не делала.

Вокруг меня был снег. Сплошная пелена снежных хлопьев, летящих с чёрных небес. Буран завывал, кидал их мне в лицо, и не помогал спрятаться от них капюшон плаща, в который я была закутана. А самое страшное было то, что вьюга бесновалась и под моими ногами.

Я глянула вниз.

Тошнота усилилась.

Далеко внизу плыли бескрайние поля ровного снега. Идеальные холмы, буруны, как в пустыне, нигде не тронутые человеческим или звериным следом.

Меня несли высоко в небе. Я всё больше приходила в себя, и теперь ощущала властные прикосновения незнакомых рук, которые обхватывали меня в стальном объятии, прижимая спиной к жёсткому чужому телу. Я слышала мерные взмахи огромных крыльев, но не могла уместить такого в своей голове.

Может, это кошмар? Я сплю, и это всё снится.

С трудом проглотила комок в горле при очередном рывке.

– О боже… - выдохнула тихо.

– Так плохо? – уточнил мужской голос у меня над ухом. В нём мне почудилась тревога. Не понимаю, почему, но угрозы в нём я не чувствовала. Что было в высшей степени странно, учитывая ситуацию. И то, что мои ноги сейчас болтались на не пойми какой высоте над землёй, а если незнакомец разожмёт руки, я полечу прямиком вниз, и от меня даже мокрого места не останется. Даже если угожу в сугроб. Слишком высоко.

Учитывая это, тревога в голосе незнакомца и то, как крепко и надёжно держали меня его руки, почему-то внушали уверенность в том, что он мне зла не хочет. Но ведь он точно враг?! Ох, сейчас было не время задумываться над этим парадоксом.

У меня ужасно закружилась голова, я поняла, что снова ускользаю в обморок. Перед глазами стемнело. Через пелену, в которую погружалось моё сознание, до меня едва-едва доносился вой бури.

Фенрир…

Любовь моя, что с тобой?..

Я знаю, что ты жив. Я уверена, что почувствовала бы, будь иначе.