Один E-mail

Мой самолет приземлился шесть минут назад, чуть больше, чем через двадцать четыре часа после того, как он приехал домой. Он знал, как я выглядела, потому что я послала ему своё одиночное фото, но я не знала кого ищу. Он всегда был таким застенчивым. Он открылся, однако ещё во многом оставался загадкой, что делало его ещё более привлекательным.

Мой желудок свернулся узлом, когда я посмотрела на свой наряд. Я одела тонкие светлые узкие джинсы-стрейч, неоново-коралловые сандалии, с отделкой из жёлтого золота, которые обогнули мои опухшие лодыжки, белую майку, простые золотые серьги, изящное колье и нанесла немного макияжа, чтобы выровнять тон своей кожи. Я думала о том, чтобы просмотреть этот предписываемый мне контакт, весь прошлый месяц, но так и не решилась на это. В этом вся я. У меня были непослушные тёмно-каштановые волосы, очень пышные изгибы. Я – ботан в очках, со склонностью к книжным парням, и сейчас, со склонностью к определённому военному. Тейлор скрашивал мои дни. Он значил для меня больше, чем я когда-либо ожидала. И мои нервы зашкаливали.

Я сделала успокаивающий вдох, плотно прижимая свою огромную сумку, когда шагнула вместе с другими пассажирами, которые настойчиво стремились к выходу. В тот момент, когда я переступила порог аэропорта, мой пульс ускорился.

Разговоры слились воедино, ни один цвет, ни один продавец, ни один пассажир не выделялись в толпе. Они не были тем, кого я ждала месяцами. Они не были тем, от кого я хотела с нетерпением услышать, что он благополучно вернулся домой. Каждый раз, когда он выходил на задание, каждый раз, когда он не писал мне несколько дней, я волновалась, моё тело застывало от страха, как сейчас.

Он уже видел меня. Он знал, что у меня было много лишней сексуальности, он знал, что я ношу очки, и он знал, что у меня есть причуды; он знал всё, так что возможно я должна быть смущена, но это не имеет значения. Меня до сих пор трясёт. Моё сердце до сих пор гремит в груди, ударяясь о грудную клетку при каждом вдохе.

Потому что, он знал всё эти вещи и хотел меня в любом случае.

Потому что, я всё ещё надеялась, всё ещё хотела тоже его увидеть.

Химия – это забавная вещь. Связи не всегда выдерживают.

И я хотела этого. Я хотела его. Я молилась, чтобы моё сердце почувствовало тоже самое. Я хотела раствориться в нём, чтобы моё тело откликнулось на его объятия, как на свой новый дом.

Я прерывисто вздохнула и поплелась вперёд, продвигаясь с толпой в сторону получения багажа, где я впервые встречу своего солдата.

Глава 16 Тейлор

Я посмотрел на своего младшего брата. Ему было двадцать два года и он досаждал мне, когда стоял рядом со мной, небрежно засунув руки в джинсовые карманы.

– Тебе действительно не нужно было идти со мной, Тейтер Тот?

Я не смог удержаться и не пихнуть его.

Тейт закатил глаза на моё детское поддразнивание.

– Я здесь ради мамы. Я сказал ей, что проверю эту девушку, ну знаешь, чтобы убедиться, что она не псих, прежде чем ты приведёшь её в наш дом.

Я сердито посмотрел на него, становясь немного больше, от чего он засмеялся в ответ.

– Десять лет во взрослой жизни, и она относится к тебе, как к безответственному подростку. – Он наслаждался этим.

Мне не нравилось спорить с ним. Каждый солдат знает, когда нужно отступить.

– Будь счастлив, что ты единственный для неё, – продолжил он.

Я хмыкнул, но опять ничего не сказал.

Я сложил руки на груди, борясь с желанием пройтись. Присутствие Тейта только усиливало мою нервозность. Эта встреча через несколько месяцев. Чтобы написать Мэдди, я использовал каждый шанс, который получал, находясь за границей. Однажды, я даже шёл два часа в другой лагерь, чтобы получить доступ в интернет. Она была зависимостью. Что-то было в её тоне, что-то в том, как она писала мне, соблазнительно и утешительно, в мои лучшие и худшие времена.

Она и её электронные письма держали меня в замешательстве. Я боролся, чтобы остаться в живых, чтобы прочитать ещё одно, и написать ещё одно. Что-то было в самой девушке, которая привлекала меня и сделала меня одержимым идиотом, который переживал из-за того, что написал, особенно когда она не отвечала быстро. Ни одна другая женщина так не влияла на меня. Только она.

Я снова проверил свои часы. Её самолёт приземлился четырнадцать минут назад.

Тейт заржал.

– Чёрт, бро. Это так серьёзно? – Он поднял руки вверх, сдаваясь, когда я зарычал, как дикий зверь готовый к прыжку.

Мне жаль каждую секунду, что я провёл с ним, потому что я прилетел, чтобы увидеть её. Что-то во мне хотело, чтобы она познакомилась с моей семьёй. Я никогда не был так серьёзно настроен по отношению к женщине, особенно к той, которую я даже не встречал.

Но я видел её фото. Когда я пришёл в другой лагерь, я обнаружил там принтер и распечатал его. Я рассматривал его каждый день. Она думала, что выглядела грубой, но я видел только её красоту: беззаботные, соблазнительные изгибы и волосы, в которые любой мужчина с радостью бы засунул свои пальцы.

Я изучал горизонт, с нетерпением ожидая новый поток пассажиров, который идёт за багажом. В тот момент, когда толпа оказалась в моём поле зрения, я встал повыше, вытягиваясь, чтобы мельком увидеть её.

Тейт автоматически сделал тоже самое, выискивая её. Это поведение раздражало меня. Он даже не знает, как она выглядит.

Потом я увидел её. И ничто другое не имело значения.

Я тяжело сглотнул. Моё сердце увеличило темп, забилось быстрее и сильнее, чем когда-либо на поле боя. Она была намного лучше, чем на фото.

– Да. Я не думал, что ты предпочитаешь больших...

Я выбью дерьмо из Тейта. Клянусь, что убью его прежде, чем этот день закончится.

– Бля, мужик! Я собирался сказать, что она красивая, для большой девочки.

Я уставился на него. Злость вскипела в моих венах, сжигая меня изнутри. Я сказал сквозь зубы.

– Ты подразумевал чертовски больше до этого.

Его стоны боли превратились в кряхтенье от смеха.

– О! Она взяла тебя за яйца, чувак.

Я сделал глубокий вдох, беззвучно умоляя о терпении, чтобы не отдубасить собственного брата, и терпении, чтобы не утащить Мэдди и её сладкие изгибы в тёмный угол и не заклеймить её немедленно. Бля. Давление в паху становится неудобным.

Я прокашлялся, поправив джинсы, прежде чем выйти в её поле зрения.

Она вздёрнула голову, её волосы поцеловали нижнюю часть её груди, когда она сделала так. Она указала пальцем в мою сторону, вопросительно подняв бровь. Было что-то настолько невинное и сексуальное в её движении, но опять же, сама женщина была невинной и сексуальной.

Я осмотрел её, от неоново-розового педикюра до мягких карих глаз, осмотрел всё её опасные изгибы, которые были между нами. Она была больше, чем я мог себе представить, но всё было не так плохо.