Один из ста
Шрифт:
– Родители считают, что я виновата в том, что больна. Брат меня ненавидит. Человек которому я доверяла, предал меня. Мой парень мне ни разу не позвонил. Я не могу петь. Моя жизнь разрушена. Вот и всё, что случилось.- Я выдохнула.
– Стало легче?
– Да.
– Вот и хорошо. Поехали строить твою жизнь заново.- Он улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.
– Помнишь, в детстве у тебя хорошо получалось рисовать? Ты ходила не только в музыкальную школу, но и в художественную.- Мы шли к какому-то незнакомому мне зданию.
– Да.
– Прошу.- Он улыбнулся и открыл
– О боже…
Андрей приложил палец к губам, показывая мне чтобы я говорила по тише. К нам подошёл парень с дредами.
– Привет. – Он пожал Андрею руку.- А ты та самая Ева.- он улыбнулся мне
– Да. Привет.
– Меня зовут Витя, можешь занимать любой свободный мольберт и приступать. Успехов.- Я непонимающе уставилась на Андрея.
– Иди. Порисуешь.
– Я давно не рисовала.
– Ничего, вспомнишь. – Я не сдвинулась с места.
– Иди. А я тут посижу, подожду.- Он указал на диванчики поставленные вдоль стены. И ушёл. Мне не оставалось ничего делать, как пойти к мольберту. Сначала ничего не получалось. Штрихи были нервными и не плавными, но потом у меня начало получаться. Я сама не заметила как почти завершила набросок. Подошёл Витя.
– Неплохо. Очень даже неплохо.- И ушёл. Я улыбнулась. Повернулась и посмотрела на Андрея, он еле сдерживался,чтобы не уснуть.
Обратно вернулся Витя
– Кстати набросок можешь забрать себе, а дома доделать.- И опять ушёл. Странный он какой-то. Я свернула работу и пошла будить Андрея. При моём появлении он встрепенулся.
– Ну, что, закончила?
– Дома закончу. Пошли.
Когда мы вышли на улицу, я посмотрела на Андрея.
– Спасибо, что свозил меня сюда.
– Всегда, пожалуйста.- Он улыбнулся.
– Кстати, книжку читать начала?
– Ты читаешь классику?
– Я вообще не читаю. Но надо же куда-то эти книжки девать, вот думаю, дай я их одной трусихе подброшу.
– Я не трусиха.
– Трусиха, трусиха.
Глава 4
Никогда не доверяй человеку,пока он этого не заслужил. Так говорила бабушка. Она всё время повторяла мне, что я слишком доверчивая.
Я застегнула на шее бабушкин кулон. Поправила скромный, небольшой камень. Чуть провела большим пальцем по грани камня. Бабушка. Я всегда буду скучать по ней. В дверь постучали, я отняла руку от камня и отвернувшись от зеркала посмотрела на дверь. В проёме стояла мама, скрестив руки на груди.
– Готова?
– Я сейчас.
Мама со вздохом хлопнула дверью. Я вздрогнула как от удара. Подавив предательские слёзы, посмотрела в зеркало. Волосы на бок, коротенькое кремового цвета платье, в тон платью балетки (не люблю каблуки) и бабушкин кулон. Улыбнулась отражению. Улыбка получилась вялой и неестественной. Сегодня мой девятнадцатый День рождения. Я должна радоваться, но этот день лишь доказывает то,что время летит и я не замечу как наступит день операции. Да ещё и мама … Она ведёт себя так как будто я виновата, что сегодня мне 19. Но я всё выдержу. Я сильная. Я шумно выдохнула, ещё раз улыбнулась отражению, на этот раз улыбка получилась более радостной.
– Евочка, дорогая. Мы тебя так долго тут ждём.
– Тётя Катя взяла меня под руку, второй она держала бокал и светским тоном продолжила.- Деточка, ты так похудела, тебе следует лучше питаться.
– Конечно, тёть Кать, я пойду.- Я отдёрнула руку и поймав на прощанье недовольный взгляд маминой сестры пошла на улицу. Мне необходим свежий воздух. Не так я представляла
свой день рождения. Думала, будет шумно, что придут ребята из группы, остальные мои друзья. Как оказалось таковыми они и не являлись. Я слегка поёжилась от холода, руки покрылись мурашками. Сейчас дом занят родственничками, которые приехали, чтобы меня «навестить». На самом деле большинство из них приехали, чтобы посмотреть как живёт наша семья ведь слух о разорении нашей семьи дошёл и до них. Я люблю своих родных и тем более не все они как тётя Катя… Но среди них нет моих друзей и с большей их частью я вообще не общаюсь. Я скрестила руки на груди и зябко поёжилась.– Ева, иди быстрее в дом, там тётя Катя мне все мозги проела. Где Ева? Где Ева?- в дверном проёме показалась светлая голова Ника.
– Я сейчас приду.- Дверь с силой захлопнули. И это стала последней каплей. Да кто они такие, чтобы решать, как мне праздновать СВОЙ День рождения?! Я никому ничего не обязана. Я развернулась и решительно пошла в дом. Не замечая ринувшуюся ко мне тётю, ни маму, ни папу, Ника и всех остальных. Подошла к барной стойке и, взяв бутылку виски, пошла на улицу. Мне было всё равно что кричал мне вслед папа, о чём шептались и тихо посмеивались, глядя на меня, две двоюродные сестры. Я продолжала уверенными шагами идти вперёд, по пути опустошая бутылку. Думаю родители будут больше огорчены исчезновением бутылки виски, чем моим уходом, одной, почти пьяной, ночью. Правильно. Я горько усмехнулась. Всем ведь всё равно что со мной, денег ведь я теперь не зарабатываю. И ещё раз отпила из горлышка бутылки. Не знаю сколько я вот так слонялась по городу, но в один прекрасный момент поняла, что бутылка закончилась, я со злостью отшвырнула её. Послышался звук разбитого стекла.
Поблуждав ещё, я нашла клуб. Какой-то парень разрешил мне пройти туда и сказал охранникам, что я с ним. Ещё днём я бы посчитала его опасным типом и не в коем случае не пошла бы с ним. Но сейчас всё о чём я могла думать, так это о новой порции алкоголя. Поэтому, улыбнувшись ему приторно пьяной улыбочкой, я вошла в плохо освещённое помещение, везде были люди, казалось, стало плохо дышать от количества людей в одном помещении. Посередине находился огромный танцпол, сбоку стояли столики, а напротив столиков барная стойка. Вот туда-то мне и надо. Я вырвала свою руку из руки этого парня. И пошла к бару. Там я пила, пила и пила. Меня уже начало мутить. Но тут пара девушек начала танцевать на самой барной стойке. Ну как я могла такое пропустить. Я, с пьяной улыбочкой начала залазить на стол, покачнулась, но меня удержали и подтолкнули, помогая залезть. Я обернулась и увидела, того самого типа с которым в клуб пришла. Он мне как-то странно улыбнулся, но я не обратила внимание. Мелькнула мысль. Странно, что меня тут ещё никто не узнал. Но эта мысль была сразу забыта. И я начала танцевать. Нам посвистывали, и это ещё больше разгоняло адреналин в крови. Тут я нашла глазами того парня с противной улыбочкой. Он кивнул мне в направлении одного коридора и, показывая, чтобы я шла за ним, пошёл туда. Я, не соображая ничего вообще, кое-как слезла со стола, не без помощи. И развернувшись в сторону уходившего парня, собираясь идти следом, сказала спасибо тому, кто помог слезть. Отдёрнула платье. И вдруг у самого уха услышала.
– Да не за что. – Обернулась и увидела смутно знакомые злые тёмно-синие глаза. Тут до меня дошло.
– Андрей?
– Ого, так ты ещё соображать в состоянии.- Он ухмыльнулся. Но глаза оставались злыми.
– Немного. А что ты тут делаешь?- Язык заплетался.
– Тот же самый вопрос я хотел задать тебе.- Он взял меня за руку и потащил куда-то.
– Ты куда меня тащишь?- Он не отвечал. Я начала вырываться и пыталась задержаться за любой предмет или человека, лишь бы он прекратил меня тащить.
– Куда мы идём?!- Я сорвалась почти на визг. Вдруг Андрей резко остановился да так, что я налетела на него. Повернулся зло посмотрел на меня, а потом резко прикрыл глаза, и уставшим голосом сказал мене.
– Домой.
– Я не хочу домой.
– А надо.- Он опять потащил меня. Теперь я заметила табличку «выход». И во мне начала просыпаться паника.
– Я не хочу домой! Андрей, пожалуйста, только не домой!!!- Он опять повернулся и аккуратно большими пальцами вытер мне что-то со щеки. Оказывается, я плакала.