Один шаг

Я указал на припаркованное у дороги золотистое Вольво, эта машина была не моя, а компании где я работал, но так как не по статусу такому сотруднику кататься на метро мне выделили транспорт. Маша приподняла бровь, но никак не прокомментировала средство передвижения.

Когда мы загрузились в машину тишина навалилась на нас, заставляя чувствовать себя неуютно, я видел у Маши такое же ощущение, как и у меня, поэтому молча завел тарантас и выехал по знакомой дороге.

Город пестрел огнями, шумел многолюдными проспектами, пел музыкой, доносившейся из ресторанов и зазывал вредными забегаловками, но мы будто не замечали ничего, я упорно смотрел на фонари впереди едущей машины, а Машунька уткнувшись носом в стекло провожала безразличным взглядом проносившийся мегаполис, она с таким же успехом могла бы смотреть на великую китайскую стену, проезжай мы мимо, или на туман из фильма «Мгла» — совершенно отстраненно. Я не знал, что сказать, а сказать надо было, не зря же вызвался провожать её домой, это понимал и я и она, но в голову приходил кокой-то бред. Так мы и доехали. Я припарковался у подъезда и то набирал полную грудь воздуха, то выпускал его, будто шарик, не придумав, что сказать, как школьник ей богу. Любимая не торопила меня, но и сама не рвалась из машины даря надежду. Мы просидели так минут двадцать, когда она наконец отодвинулась от стекла:

— спасибо, что подвёз.

— можно я завтра тоже приеду?

— приезжай, но я не знаю во сколько освобожусь, — пожала она плечами и вышла из машины.

С одной стороны, я не смог за сегодняшний день, ни на шаг приблизится к своей цели, но с другой я был почти у неё, любимая не оттолкнула меня.

Мария

Когда я вышла из офиса и увидела Игоря, скажу честно в душе ничего не ёкнуло, но было это по тому, что я чертовски, катастрофически устала, у меня не было сил даже на эмоции. Он предложил подвезти, а я не отказалась, зачем? Я ведь так мечтала в глубине души побыть с ним, хотя бы просто рядом. Мне было хорошо от осознания, что вот он только руку протяни, напрягала тишина в машине, но сил придумывать какие-то пустые разговоры не было, а на беседы со смыслом и вовсе мощностей мозга не хватало. Так и ехали.

Уходить из припаркованной машины не хотелось, я слышала, как Игорь пытается собраться с силами и что-то сказать, но видимо, ему, как и мне ничего не приходило в голову. Но мне было так спокойно рядом с ним, пока я ни о чём не думала.

Когда я поняла, что уже разомлела и сейчас банально усну, пришлось прощаться и покидать ставшую такой уютной машину, надо же, пока ехали было тягостно от молчания, а сейчас просто спокойно, от понимания, что я там, где должна быть. Я знаю, когда у меня появятся силы, я начну думать и всё то, что было между нами опять будет грызть меня изнутри, но не на данный момент, не сейчас, пока мне было просто хорошо в этой тишине и с этим человеком. Он предложил подвезти и завтра, я согласилась, возможно я уже утром пожалею от этом, осознав на «трезвую» голову своё решение, но это будет завтра.

Конечно утро обрушилось «похмельем» на мою измученную голову-тыковку. Что это вчера было? Зачем? И почему? То, что я этого хотела, я отдавала себе отчёт, но черт подери куда я влезаю и как буду потом выпутываться из этой паутины чувств и боли. Сомнения накрыли с новой силой. Даже Ниночка начала расспрашивать, что со мной, видимо я совсем замучено и всклокочено выглядела. Пришлось выкручиваться, грустно рассказывая о бездарности коллег, о том, как я замучалась всё за ними править и подпихивать их, словно мулов. Моя няня — подруга, сочувственно покивала, но я видела, что она не поверила. Ещё бы самой поверить в то что говорю…

Но судьба видимо решила дать мне передышку, наконец-то на работе всё сдвинулось с мёртвой точки, сотрудники будто все поголовно хлебнули энергетика и заработали толково, принося наконец мне разумные и, что не маловажно, готовые документы. Нина вдруг позвонила и радостным шепотом, боясь спугнуть, сказала, что Алиска без боевых действий села за уроки. То, что Игорь придет вечером я не сомневалась, так же, как и знала, что это затишье перед бурей, сегодня говорить придётся. Необходимо если и не расставить точки над ё, то хотя бы очертить границы — что есть сейчас и как оно будет.

Игорю, как любому мужчине было тяжело прийти с повинной, уговорить себя иметь хоть что-то, а не всё. Я это отлично осознавала, пора и мне перестать метать громы и молнии, тем более что я хочу попытаться что-то построить. Пока я была готова только на встречи на нейтральной территории, эдакий секс без обязательств. Готов ли он пойти на такое, или же ему нужно большее и сразу? Я не готова это дать и простить сразу и все обиды, что были в нашей жизни, но в душе теплилась надежда, что со временем… Я же взрослый человек, а не сопливая девочка, играть в смертельную обиду просто глупо, если уж за год чувства ни на каплю не притупились.

Вечер наступил почти незаметно в заботах, а когда я закрыла последнее окно на компьютере подкрался липкий страх, а вдруг мы и сегодня не сможем пересилить себя и начать решать наши проблемы и будем как два юнца сидеть, прижимаясь к противоположным дверям машины и вытирать потные от нервов ладони о штаны. Взяв себя в руки и покидав нехитрые дамские нужности в сумочку, я решительно вышла из кабинета. На улице тихо шел снег, пушистые снежинки кружась в воздухе медленно осаживались на всё, превращая мир в рождественскую сказочную открытку. Я ещё днём сказала водителю, что он на вечер свободен и сейчас стояла посреди двора оглядываясь и не находя Игоря. Неужели он передумал, разочаровавшись вчерашним вечером, а если так, то что мне делать?

Неожиданно, взметая только что выпавший снег во двор влетела машина, резко затормозив около меня, из нее выскочил запыхавшийся Ершов, с выпученными глазами, всклокоченный и жутко нервный. От этой картины мне стало так забавно, что я расхохоталась, скидывая с себя все переживания, что успела пробудить за несколько минут ожидания. Человек торопился и спешил, он же тоже работает, по глазам мужчины я видела, как же он боялся опоздать и не найти меня здесь.

— Привет, — отдуваясь сказал он, а я улыбнулась на отпуская своё весёлое настроение, не позволяя занять его место страху.

— Привет.

— Давно ждёшь? Ты извини, совещание затянулось! Думал не успею, проще сказать какие правила дорожного движения я не нарушил, торопясь сюда, — и он нерешительно улыбнулся в ответ, — телефона то твоего у меня нет.

— Это большое упущение с Вашей стороны, товарищ юрист, — продолжала веселится я, — как же вы его не вызнали у своих проверенных источников? — не сдержалась от шпильки.

— Знаешь, просто не додумался, — виновато развел он руками, не слыша моего сарказма, — поедем?

— Ну давай попробуем, если на дороге тебя не поджидает патруль ДПС, чтобы арестовать за нарушение всех писаных и не писанных ПДД.

— Я на это очень надеюсь, но откровенно говоря не буду утверждать, что их там нет, — подхватил мой тон мужчина, наконец справившись с эмоциями внутри себя, не позволяющими адекватно смотреть на мир, — но, если они вдруг там, будет и положительна сторона, избавишься от моего общества побыстрее.

— ответ не верный, — погрозила ему пальцем, — я отпустила водителя и, если тебя заберут в каталажку, мне придётся мёрзнуть на проспекте, ожидая таксиста, который будет спешить ко мне застревая во всех пробках.

— Этого мы не можем допустить, — он распахнул дверь машины у пассажирского сидения, приглашая внутрь, — ты и так, боюсь уже околела, поджидая меня, — я хихикнула и скользнула в тёплое нутро салона, — домой? Или может кафе? — нерешительно предложил он, — гулять не зову, боясь, что ты замёрзнешь до самого сердца и тогда прощения мне точно не вымолить.

— Зря боишься, погода отличная, если конечно не стоять на одном месте.

— Тогда гулять? — с надеждой в голосе спросил Игорь.

— Гулять! — вынесла вердикт я.