Одна ночь

— Действительно ситуация сложилась непростая, — сдержанно согласилась она.

— Ну, это как посмотреть, — пробормотала Гонория.

— Мы собираемся пожениться.

— Что ж, это самый лучший вариант, — одобрительно кивнула прабабушка Бетси.

— Простите, что вмешиваюсь, — Ноэль смерила обоих уничтожающим взглядом, — но, видите ли, я не собираюсь ни за кого замуж ни сейчас, ни когда бы то ни было! — громко заявила она, настолько громко, что посетители за соседними столиками обернулись и уставились на нее.

— А тебе не кажется, что ты ведешь себя несколько эгоистично?

Ноэль поперхнулась и с недоумением уставилась на Гонорию.

— Эгоистично?!

— Да. Ты подумала о Бетси?

На лице Филипа так и читалось: «А я тебе что говорил!» Ноэль почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног. Она ждала, что Гонория придет в отчаяние, разобидится, вознегодует. Но мысль, что та может столковаться с Филипом и одобрить идею абсурдного брака, ей и в голову не приходила.

— Ах вот вы где!

— Мама! — обрадовалась Ноэль возможности временно прекратить неприятный разговор.

— Можно подумать, ты удивлена, что встретила меня здесь, — Маргарет Норд неодобрительно покосилась на спутницу дочери. — Добрый день, Гонория, я думала вы уже ушли домой. А как моя маленькая девочка? — И она нежно склонилась к спящей Бетси.

— Рад приветствовать вас, миссис Норд.

— Ох! — Маргарет едва не подпрыгнула от неожиданности. — Здравствуйте, мистер Нейчел.

— Пожалуйста, зовите меня просто Филом.

Ноэль с беспокойством наблюдала, как прохвост включил свое обаяние на полную мощность. И, без сомнения, ее мать вскорости будет без ума от него. Молодая женщина нервно вскочила, села, вновь вскочила.

— Что с тобой? — удивилась миссис Норд. — Ноэль, выбери наконец что-нибудь одно: либо уж сядь, либо стой.

— Ну… я… — Ей уже было невмоготу бездействовать и мучительно ожидать, что именно скажет Филип. Хватит роковых разоблачений для одного дня! — У меня что-то голова разболелась, — сказала Ноэль.

— Вид у тебя и впрямь усталый.

— Зато очаровательный, — возразил Филип, поднимаясь. — Давай я отвезу тебя домой.

Потрясенный взгляд Маргарет немало позабавил Гонорию. Обе дамы издавна невзлюбили друг друга, и теперь старшая злорадствовала при мысли, что ей известно нечто, неизвестное младшей. Ведь Маргарет обожала все узнавать первой, а вот осталась не у дел!

В полном смятении Ноэль не могла отвести глаз от стоящего перед ней красавца. Как она ни старалась, как ни пыталась обуздать себя, но эмоции были неподвластны разуму и здравому смыслу. Один лишь взгляд — и сердце ее пускается вскачь, все внутри трепещет, она готова забыть обо всем на свете. В голове Ноэль проносились эпизоды их отношений с Филипом. И все эти разрозненные кусочки складывались в картину, подтверждающую ошеломляющий вывод: ее стремление к Нейчелу нельзя объяснить простой сексуальной жаждой, физическим влечением. Это была любовь, любовь с первого взгляда. Но если Филип догадается об этом, он легко может сыграть на ее чувствах. О, Боже, пожалуйста, пусть он никогда не догадается! — взмолилась Ноэль.

— Ладно, поезжай, детка. А меня подбросит домой твоя мать, — прервала Гонория затянувшуюся паузу.

— Что? Я… — Маргарет осеклась, перехватив заговорщицкий взгляд старушки, устремленный на Ноэль и высокого широкоплечего мужчину рядом с ней. — Ах да, конечно.

Филип непринужденно поцеловал Гонорию в щеку, лучезарно улыбнулся Маргарет и, подхватив Бетси на руки, двинулся вперед, легко прокладывая путь в толпе. Подавленная происходящим Ноэль не сразу последовала за ним.

— Чего ты ждешь? — прикрикнула на нее Гонория. — Не зевай, держись за этого мужчину. В наши дни не так-то много стоящих мужчин.

Маргарет согласно кивнула. В этом вопросе обе дамы придерживались единого мнения.

Что оставалось несчастной Ноэль? Она неохотно поплелась следом, на ходу пытаясь привести в порядок разбегающиеся мысли. Даже если бы родственницы не понукали ее, не могла же она стоять и спокойно наблюдать, как дочку уносит чужой человек. Впрочем, какой же он чужой?

— Что ты себе позволяешь? Это уже слишком! — сердито воскликнула она, догнав Филипа.

— Разве? Да я сама сдержанность и выдержка.

— Сдержанность? — ахнула Ноэль. — Знаешь ли, моя мать отнюдь не дурочка.

— Ладно, забудем.

От быстрой ходьбы одна из бретелек платья слетела с плеча, и Ноэль сердитым жестом вернула ее на место. Жаркий взгляд Филипа жег ее нежную кожу сильнее полуденного солнца.

— Кстати, а ты уже придумала имя для следующего ребенка? — внезапно спросил он. — Хотя на сей раз мы будем придумывать его вдвоем.

Ноэль в безмолвном изумлении уставилась на Филипа.

— Ну, — невинно заметил он, — я просто подумал, что Бетси будет рада маленькому братику или сестричке.

— Ах ты подумал! — возмутилась Ноэль. — Ради блага Бетси надеюсь, что невменяемость не передается по наследству! И как ты себе это представляешь — до или после заключения предложенного тобой идиотского фиктивного брака?

— Я придерживаюсь весьма старомодных взглядов.

Ноэль фыркнула. От напряжения она даже взмокла, и по ее спине побежали струйки пота. Не может быть, чтобы я влюбилась в него! Я не собираюсь влюбляться в него! Она твердила это как заклинание. Но одного взгляда на мужественное привлекательное лицо спутника хватило, чтобы понять, как безосновательна и самонадеянна ее бравада.

— В общем подумай хорошенько. Уверен, ты сама признаешь, что это самое логичное предложение.

— Я и логика несовместимы! — отрезала Ноэль. А иначе никогда не влюбилась бы в такого невыносимого типа! — мысленно добавила она.

— Это я заметил, — с сожалением вздохнул Филип. — Но пойми, в прошлый раз тебе просто не повезло. Это еще не значит, что замужество — такая уж скверная штука. В нем есть и свои плюсы.

— Да? А почему тогда ты до сих пор не попробовал вкусить все радости брака? — насмешливо осведомилась она, вызывающе вздернув подбородок.

— Знаешь, любимая, встречал я циников, но ты заняла бы среди них первое место, — сухо ответил он.

От нежного обращения «любимая», так легко слетевшего с его языка, у Ноэль перехватило дыхание.

— Я вовсе не циник, — угрюмо возразила она. — Для меня замужество прежде всего означает партнерство…

— Ну и?..

— Равенство бывает только на бумаге. А в жизни всегда один из партнеров доминирует, а второй вынужден идти на компромиссы…

Она замолкла, заметив, как неубедительно звучат ее аргументы. Да любой, у кого есть хоть капля мозгов, с легкостью опровергнет их, а уж в умственных способностях Филипа сомневаться не приходилось.